— Больно! — завопила Хлоя.

Сбежались мальчишки. Я отпустила её и снова взялась за метлу. Хлоя потирала руку и посылала мне испепеляющие взгляды.

— Зачем?

— Чтобы ты, наконец, поняла: люди для Сумеречников смешной противник. Лучше не нарывайся. Пока ты безоружная маленькая девочка, тебя могут пожалеть.

— Не нужна мне ничья жалость! — она подняла нож и спрятала за пазуху.

— Давно вы без родителей? — поинтересовалась я.

— Мама умерла, когда Бурро родился. Слишком много детей — так соседи говорили. А отца через пару лет в «Дюжептице» прирезали. Старшие их ещё помнят, а мы совсем плохо, — Хлоя вначале поникла, а потом вдруг просияла: — Зато мы сами себя растим. Это намного веселее, чем с занудными взрослыми. Начо обещал сделать меня Королевой воров. Сказал, что даже Лино уговорит. А если уговорит Лино, считай, дело в шляпе!

Я потеряла нить её рассуждений, пока выметала пыль за порог. Столько её было — целые горы! Это я ещё не разбирала тюфяки.

— Вставай!

Я пихнула мальчишку-лежебоку ладонью, когда на голос он не ответил. Уж полдень близко — не время для сна, пускай даже он куролесил всю ночь, как бродячий кот.

— Не мучайте Бурро. Ему и так плохо, — попросил самый меньший из братьев Хлои.

— Что с ним? Перегулял?

— Нет, ему просто плохо. Оставьте его в покое! — потребовал старший из мальчишек.

Они явно волновались. Я повернула Бурро к себе и стянула с него одеяло. Бледная кожа вспотела, лоб горел. Густые, как у сестры, ресницы приподнялись с усилием, открыв подёрнутые мутью глаза. Бурро сдавленно застонал.

— Давно он так?

— У него просто зуб болит. Чуть отлежится и сходит к кузнецу. — Старший потянул меня за руку прочь, но я вырвалась.

Положила голову Бурро к себе на колени и приподняла его верхнюю губу. Десны опухли, покраснели и пульсировали у меня под пальцами.

— Кузнец не поможет. Его надо вести к целителям.

— Эти шарлатаны его угробят! — замотал головой старший. — Какого демона вы распоряжаетесь в чужом доме?! Я позову Лино!

— Зови. — Лино хоть и бандит, но взрослый. Должен понимать, чем это чревато. — Хлоя, надо умыться и переодеться. Мы поведём Бурро в храм Вулкана.

— Почему я? — заупрямилась она, примеряя на себя мою заколку. Зеркала у них не было, а иначе она бы от него не отходила.

— Потому что ты выглядишь приличней всех.

Я потащила её на улицу.

— Не нужно мне мыться. Я месяц назад в речке купалась. От меня даже не пахнет совсем ничуть, вот ни капельки! — канючила она по пути к колодцу. — К тому же он протух. Там уж точно кУли водятся.

— Ты же в них не веришь, — усмехнулась я. — Сейчас мы их потравим.

Я выплеснула в колодец зелье. Хлоя перегнулась через деревянную перегородку и заглянула внутрь. Я едва успела её оттащить, когда вверх с шипением ударила струя воды, обдав нас студёными брызгами.

— Что это? — ахнула Хлоя.

— Целительская магия. — Хоть чем-то смогла её пронять!

Когда струя опала, мы набрали четыре ведра чистой воды.

— Может, сама очистилась? Эх, балаганные фокусы! — всё удивлялась Хлоя, пока мы тащили воду к её дому.

Из разбитой трубы валил дым, занавесь на входе собрали сбоку. Весело трещали дрова в очаге.

— Позвал Лино? — поинтересовалась я у старшего, который следил за огнём.

Остальные сгрудились кружком возле Бурро.

— А я знаю, где он шляется? — хмуро ответил старший. — Вот… дров позаимствовал.

Я недоверчиво выгнула бровь. Теперь воровство так называется?

— Я Чус, кстати, — он отёр ладонь от сажи об штаны и протянул мне.

— Я запомню, — пожала ему руку.

Раз уж взялась помогать… Мы в ответе за того, кого спасли. Демоны! Я вязну в этой трясине всё сильнее!

— Она точно ведьма, и безо всяких фокусов половинчатого Лелю. Колодец очистила… Вжух! — рассказывала Хлоя, размахивая руками.

— Пожалуйста, все на улицу! — скомандовала я, перекрикивая галдёж. — У Бурро на счету каждая минута.

Мальчишки послушались без возражений. Хлоя тоже попыталась улизнуть, но я ухватила её за рукав. Она разделась и села в большой деревянный чан, чудом отыскавшийся в этом бардаке. Я поливала тощее тело с выпирающими рёбрами водой и стирала прихваченной из дома рогожкой месячную грязь. Хлоя ойкала, вырывалась и царапалась прямо как кошка.

— Холодно! Я заболею! В этой воде все кУли собрались! — причитала она.

— Не сахарная — не растаешь. А если растаешь, то Королевы воров из тебя не выйдет.

Я прополоскала ей волосы ромашковым настоем. На столе было уже приготовлено горчичное платье с квадратным вырезом, обрамлённое по воротнику и подолу белыми кружевами.

— Почему я должна носить это убожество?! — возмутилась Хлоя, но платье надела.

— И никаких украшений! — предупредила я, когда она полезла за сваленными на полу в куче грязных лохмотьев лентам и брошкам. Хлоя метнула в меня полный ненависти взгляд. — Хорошо, можешь надеть только мою заколку.

Пока она возилась, я обмыла Бурро тёплой водой и тоже переодела в чистые штаны и рубаху. Он пришёл в себя и бормотал что-то невнятное, едва стоя на ногах.

Мы под руки протащили его через весь Нижний город к щели между домов. Там пришлось перегруппироваться: я тянула спереди, Хлоя толкала сзади. Мы запыхались, взмокли и снова перепачкались в кирпичной крошке. Через ворота прорываться было бы проще! Бурро держался с трудом. Каждый раз, когда его густые ресницы опускались, а подбородок опрокидывался на грудь, я вздрагивала. Может, не стоило его тревожить?

Когда мы дотащились до людной улицы, на помощь пришли двое любезных господ. Мы с Хлоей немного отдышались, пока они волокли Бурро к храму Вулкана. На пороге нас встретили послушники и проводили к свободному целителю.

— Что же вы так его запустили? — цыкнул пожилой уже дядька с седой бородой, внимательно осматривая Бурро.

Тот уже никого не узнавал, беззвучно шевеля губами.

— Здесь зреет большой гнойник. Он может вызвать заражение крови, — стращал целитель.

Хлоя бледнела и таращила и без того огромные глаза.

— Но вы ведь поставите его на ноги, правда? — спросила я, сглатывая сухой ком.

— Сделаю, что смогу, но ничего не обещаю, — развёл он руками. — Оставляйте его здесь, напишите свой адрес. Я отправлю посыльного, когда будут новости.

Плату за лечение назначили такую, что мне пришлось отдать все деньги и пообещать отработать у них пару недель. Одалживать из жалованья Микаша не хотелось, всё-таки это его кровные. Он так мечтает о собственном доме со слугами…

На занятия я опоздала и решила проводить потерянную и потухшую Хлою домой.

— Старшие говорили, что всё хорошо будет. Всегда так было. Так почему с Бурро не вышло? — задавала она вопросы, ответы на которые вряд ли рассчитывала услышать.

— Плохие вещи просто случаются, — на ум шли только премудрости Кодекса. — Целители справятся. Они и мёртвого на ноги поставят. Моего друга отравил демон, и они его вылечили. А что значит обычная болезнь по сравнению с демоническими чарами?

— Да-а-а, — протянула Хлоя. — А ты их правда видела?

— Правда. Они и здесь есть, в катакомбах под городом.

Хлоя передёрнула плечами.

— Нет, я их не боюсь. Я их ножичком по рёбрышкам!

— Лучше мойся почаще. Демоны запах грязи и пота первым делом чуют.

В лачуге нас уже ждала большая компания: все одиннадцать братьев Хлои во главе с Лино.

— Где Бурро?! Книжникам на пытки сдала или стражников на нас натравить решила? — напустился он на меня.

— Заткнись! — зарычала на него Хлоя прежде, чем я успела ответить. — Мы отвели его в храм. Его подлатают, и он вернётся как новенький. А ты только и можешь, что орать и кулаками махать. Мы, между прочим, давно говорили, что Бурро плохо. А ты: как на собаке зарастёт. Целитель сказал, что ещё чуть-чуть, и было бы всё!

— Слушайте вы их больше!

— Перестаньте, — встала я между ними. — Я пришла в гости по просьбе Хлои и принесла кое-какие вещи.