Поиск
3325
Каэси-ута
Обвита плющом скала…
Там, где горы Иварэ,
Белотканое стоит
Облако среди небес.
То не ты ли это там, мой великий государь?
3326
Здесь, в Ямато- стороне,
На простертых островах
Много разных есть земель,
Что лежат среди морей. Как это
Надумал ты?
Как решиться только мог?
Там, где нету никого,
В склепе дальнем Киноэ
Усыпальницу себе
Ты воздвиг
И скрылся там,
Заперся в чертогах тех…
Оттого и слуги все,
Что ты звал к себе всегда
Рано поутру,
Что ты звал к себе всегда
Поздно ввечеру,
Словно стая певчих птиц,
Что стремятся улететь,
Собрались толпою здесь,
Ждут приказа твоего,
Но к себе ты не зовешь…
Оттого и чувства их,
Закаленные сердца,
Что натачивали меч,
Растворились в горе здесь,
Словно в небе облака…
И, катаясь по земле,
Мы промокли все от слез,
Горько плача о тебе,
Но не хватит наших слез,
Чтобы выплакать печаль…
3327
Много мелкого бамбука на полях Мину…
Кони, что содержит “принц полей” — Мину
В западной конюшне у себя,
Кони, что содержит принц Мину
В тех конюшнях, что в восточной стороне,
Хоть травою вдоволь кормят их,
Хоть водою вдоволь поят их,
Все равно они
Почему-то нынче громко,
Жалобно в своих конюшнях ржут.
Почему-то кони пегие его —
Словно лепестки цветов у тростника,
Что в два цвета расцветают на стеблях,
Почему-то кони пегие его
Нынче жалобно в конюшнях ржут?
3328
Каэси-ута
Рукава одежды шелковой белы…
Как двухцветные цветы у тростника.
Бело-серый конь его сегодня ржет.
Может быть, есть сердце у него?
Нынче не такой он, как всегда…
3329
Здесь, в стране, где облака
Белою грядой плывут,
Здесь, в стране, где облака
Тучей голубой ползут,
Меж людьми, над кем плывут
Эти облака небес,
Верно, только я одна
Так тоскую о тебе?
Верно, только я одна
Так люблю,
Что до краев
Небо и земля полны
Муками моей любви.
Оттого ли что в тоске
Грудь моя теперь болит,
Оттого ли что люблю,
Больно сердцу моему,—
Ведь любовь моя к тебе
Все сильнее с каждым днем.
И могу ль сказать,
Когда
Я тоскую?
Часа нет,
Чтоб не тосковала я.
Ты, любимый, говорил:
“Вспоминай о сентябре,
Вспоминай о нем всегда,
Тысячи веков,
Пусть идет о том рассказ
Бесконечные века…
Пусть о том передают
Люди впредь из уст в уста…”
Но сентябрь миновал —
Месяц наших первых встреч.
Нестерпимо тяжело
На душе моей теперь.
Быстро месяцы пройдут
Новояшмовые вслед,
Как мне быть, что делать мне?
Выхода не вижу я…
У подножья горных скал,
Где крутой, опасный путь,
Есть ворота, что ведут
К ложу каменному вглубь…
Утром, из дому уйдя,
Я горюю о тебе,
Ввечеру, домой придя,
О тебе грущу, мой друг.
Ягод тутовых черней
Волосы я распущу,
Сладким сном,
Как люди спят,
Не забыться мне теперь.
Как большой корабль, плывя,
Неспокоен на волнах,
Неспокойна так же я…
И те ночи, что лежу
И тоскую о тебе,
Разве можно сосчитать?
3330
Запертая среди гор
Извивается река,
Что зовется Хацусэ.
И где устье у реки,
Восемь там бакланов я
Заставляю вмиг нырять;
Где истоки той реки,
Восемь там бакланов я
Заставляю вмиг нырять;
Там, где устье,
Там даю я бакланам есть форель;
Где истоки,
Там даю я бакланам есть форель;
И жалею, что форель
Не могу я подарить,
Милая моя, тебе!
Улетевшей вдаль стреле
Я подобен —
Далеко
Нахожусь от милых мест,
И исполнено забот
Небо горьких дум моих,
И исполнено забот
Небо горестей моих.
Вот про платье говорят:
“Если ты порвешь его,
То починишь — и опять
Можешь ты носить его”.
Вот про жемчуг говорят:
“Если только нить порвешь,
Свяжешь снова — и опять
Можешь ты носить его”,
И одно лишь не вернешь
И не встретишь никогда,
Это — милую жену,
Что от нас ушла навек…
3331
В запертой со всех сторон
В Хацусэ за цепью гор
Вся во флагах голубых
Встала Осака-гора.
Выбежишь — и пред тобой
Эта славная гора.
Выйдешь, взглянешь — пред тобой
Эта дивная гора.
И так жаль мне, что она,
Сердцу милая гора,
Всеми брошена теперь…
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: