Герцог не стал добавлять, что они пытались это сделать. Незачем. Все то время, пока взгляд оборотня гулял по стенам кабинета, Рихтер пытался найти подвох в бумагах. И не находил. Не зная подоплеки происходящего — можно было поверить.

— Не подскажете, чтобы получить вид на жительство — нужно обратиться к Вам лично? Или в Ратушу.

— В Ратушу, я только заверяю готовые прошения, — натянуто улыбнулся Рихтер.

— О, не подскажете, какие самые частые случаи отказа?

— Личная неприязнь, — криво улыбнулся герцог.

Оба мужчины понимали, что игра продолжается. По крепости гуляла девица, из тех, что претендуют зваться бойцами, наряженная в платье Армин. Светлые волосы разлетались от ветра — герцог хорошо помнил, что оборотни не любят шапки. Ловушка должна была захлопнуться.

Бегло просмотрев документы, Дгрон поднялся и витиевато попрощался с герцогом. Рихтер проводил нежеланного гостя до ворот крепости и приказал своим людям вести его до Дан-Мельтима и дальше.

Через час прилетел вестник — Голос Императора оформил прошение о предоставлении ему права на жительство и убыл к порталу. Герцог злился — неужели это будет тянуться вечность? Приказав бойцам удвоить караул, он устремился в личное убежище.

Рихтер устроился у камина в своем кабинете-библиотеке. Без Армин было пусто. И пусть леди Кошка совсем недолго живет и властвует в крепости — он уже успел привыкнуть. И даже не заметил, как быстро и незаметно его леди взяла власть. Отдала слугам излишки сладостей — прежняя леди Данкварт была сама не своя до варенья и забила им все кладовые. Напитала силой зелья Бойда. Помогла, по мелочам, всем и каждому. Незаметно подправила меню, он и сам не понял поначалу, что все изыски со стола пропали. Откуда только прознала про дефицит средств?

Данкварт вздохнул. Рудник давно истощился, и камни находились редко. Едва хватало, чтобы свести концы с концами. Рихтер не мог себе позволить экономить на людях. И тем более экономить на семье — его бы никто не понял. Он пытался отказать в закупке морских деликатесов, но встретил непонимание в глазах матери и сдался.

Дробный стук в дверь. Рихтер пружинисто поднялся на ноги и вышел.

— Две новости, первая — леди Данкварт успешно добралась до Усадьбы. Вторая — Дгрон не пересек портальную границу.

— Твою мать, — выдохнул герцог. — Седлайте лошадей, Крибба укрепит снег, доберемся за пару часов.

Крепость за минуту превратилась в гудящий улей. Но в суете его обитателей виделась логика — каждый знал, что он должен делать и в каком объеме. Отряд бойцов был собран меньше чем за час. Крибба, сутулый парнишка, сидел по-девичьи перед герцогом. Как маг он был весьма одарен, но вытаскивавшая его повитуха повредила младенцу спину. Мальчишка навсегда остался уродцем. Что не помешало ему развить Дар и стать частью дружины герцога Данкварта.

Крибба старался. Превращал снежный наст в крепчайший материал, позволяя конному отряду выжимать из лошадей максимум. Через час герцог приказал остановиться и напоить лошадей живицей. На осторожное замечание, что после этого коней только на скотобойню, герцог высказался весьма эмоционально.

Прогулка во втором облике ничего не дала Армин. Запах словно издевался над ней — то появлялся, то исчезал, всякий раз приводя в тупик. Глухо рыкнув, леди Кошка вернулась в свои покои. Только затем, чтобы горестно взвыть. И кто говорит, что кошки не воют?

Рхана не проснулась. Даже когда перевоплотившаяся в человека Армин отвесила ей полновесную пощечину. Служанка ничего не слышала, не понимала и едва дышала. А на разворошенной постели было пусто. Дети пропали вместе с костюмчиками, ботиночками и любимыми игрушками, с которыми уснули. Ти и Ди двумя рыжими капельками лежали в простынях. Армин чуяла, что белки живы, но интересовали ее они в последнюю очередь.

Из сундука были вытащены простые штаны, рубаха и короткий корсет. Леди Данкварт постаралась предусмотреть все. Даже самый худший вариант.

То, что не бросилось ей в глаза изначально, стало очевидным — все спали. И спали нехорошим, колдовским сном. На шее Ирги багровели синяки. Одежда была в беспорядке, но явных признаков насилия видно не было. Олли пропала. Тайланна спала.

Понимая, что истерика вот-вот захлестнет ее с головой, Армин спустилась на первый этаж. Там в неразобранных сундуках лежали выданные Бойдом зелья.

В красном — зелья прояснения сознания, в зеленом — снижающее либидо. Если Армин предстоит встретиться с Дгроном, она предпочитает подготовиться. И не позволит самцу одержать над ней верх только из-за природы.

Истерика отступила. Не полностью, но достаточно, чтобы здраво размышлять. Леди Данкварт бегом вернулась в комнату, принюхалась — запах достаточно свеж, чтобы не требовалось перевоплощаться.

Мягкие кожаные сапожки не защищали ступни от холода полов. Но леди Данкварт не замечала неудобств. Она полностью погрузилась в исчезающий, истончающийся запах. Такого не может быть — сквозняк слишком слаб, четкий след должен был остаться еще сутки, минимум.

Нюх привел Армин к закрытой комнате в центре усадьбы. Комната была закрыта так, словно нечто находилось внутри. Подняв засов — оборотень даже не заметила его тяжести — Армин захлебнулась затхлым воздухом. Сквозь мешанину ароматов она отчетливо ощущала детей.

— Рой, Крина, — негромко позвала леди Кошка.

Темная комната глушила звуки. Ночное зрение работало на порядок хуже, чем обычно. Все, что могла Армин — это не натыкаться на мебель.

— Так-так-так, — хриплый голос Дгрона Армин опознала сразу. И через секунду ее ослепила вспышка света.

Армин отшатнулась, прижалась бедром к массивному столу и замерла. По щекам стекали слезы. Леди кошка часто моргала, ожидая пока вернется зрение.

— Ай-яй, как нехорошо вышло, — Дгрон подошел ближе, прижал Армин к себе и вытер ее слезы платком, — прости, моя хорошая. Но ведь добром ты не понимаешь.

Запах «ванили» забивался в ноздри леди Данкварт, туманил разум, заставлял желать этого сильного, могучего волка. Вот только тело молчало — надежно притравленное зельем, оно не было способно отреагировать на вызов. И Дгрон чуял, чуял, что Армин равнодушна к нему.

— Как же так, милая? Неужели тебя так обижали, что ты и вовсе перестала быть женщиной, — оборотень поправил выбившиеся из косы леди Данкварт локоны.

Армин глубоко и размерено дышала, терпела прикосновения оборотня и выжидала удобный момент.

— Я заберу тебя в Столицу. Мне, видишь ли, невыгодно, нельзя возвращаться в Лес, — вкрадчиво произнес Дгрон. — Человеческие самки мягкие, приятные. Ими легко управлять. Ты не переживай, сынок у нас есть, я тебя больше не трону. Будешь жить в моем доме, как хозяйка. Младшей женой тебя возьму, помечу по закону Леса. И подарком на свадьбу — разрешение оставаться в Столице столько, сколько ты захочешь.

— А если я захочу вернуться в Лес? — насмешливо спросила Армин.

— А зачем тебе туда? Наш сын уродец, — в голосе Дгрона послышалось рычание, — неспособный к обороту слабак. Что там делают с такими? Я не стану позориться, защищать его. Нет-нет, сердце мое. Если хочешь, чтобы я жилы для ребенка рвал

— роди другого, здорового.

— От наркоманов не родятся здоровые дети, — зло выдохнула Армин и резко боднула волка головой в челюсть. Воспользовавшись его секундной заминкой, леди кошка перемахнула через стол и замерла у камина. Под руку удобно легла чугунная кочерга, но она не спешила демонстрировать нежданное оружие.

— Я заберу мальчика, этого хочет Вожак. И в твоих интересах его отдать.

Армин едва удержала лицо — если дети не с волком, то с кем? Могла ли Олли пойти на такой риск и попытаться их спрятать? Если могла, то откуда ей знать, что Дгрон придёт?

— В моих интересах многое, Дгрон, — промурлыкала Армин, помня, как вело его в прошлом от ее игр с голосом, — но не это. Ты не имеешь на него никаких прав. И даже права силы у тебя нет — мой муж прибудет сюда.