— А это мы еще посмотрим, — наклонившись к самому лицу Дгрона, промурлыкала Армин, — это мы еще посмотрим.

Роуэн крепко держал за ладошку Крину. Мама учила не бояться и защищать слабого. Тут мальчик горестно хлюпнул носом — Крина была сильней. И на тренировках, и вообще. Вчера так в нос треснула, ух, аж в голове зашумело.

— Что теперь будет? — тихонечко спросила девочка, пытаясь оттереть друга себе за спину. Мелкий и щуплый, он не внушал доверия. И Крине казалось, что с ней младший братик. Который, вот спасибо, боженька, еще совсем маленький и в безопасности.

— Все будет хорошо, — весомо произнес Роуэн. И Крина хихикнула, уж очень похоже на мастера Рордена у него вышло.

— Не бойтесь, дети, — из каменной кладки стены вылетел призрак, — как изволил сказать юный мастер, все действительно будет хорошо.

— Здравствуйте, сэр, — вежливо произнес Роуэн. Крина пискнула и спряталась за товарища по играм.

— Я приношу свои извинения, дети, — призрак откашлялся, — демоны вас побери, как же давно я не общался с сопляками вроде вас. Да и то, моих вроде жена вырастила, кхм. Так вот, приношу свои извинения за то, что вынудил вас покинуть постель. Дело в том, что…

— Сэр, нам преподает науку боевой магии мастер Рорден, — Рой шаркнул ножкой, — и он очень прост в общении.

— Я герцог! — гневно воскликнул призрак, — и я не прост! Но могу быть проще, если вам не понять сложных фраз. Потомок мой взял за себя твою маму, малыш. А защитить не смог — ум пригорел к маске у дурака. Не могу же я позволить Данквартам так опозориться — чтобы из нашей земли детей увезли. Ты принадлежишь роду Данкварт. Да и матери твоей я обещал присмотреть.

— Спасибо.

— Давай убежим, — тоненько пропищала Крина. Девочку колотило от страха, и Рой удивленно посмотрел на подружку.

— Не вини девочку, юный мастер, — сбился на высокопарный слог Герцог, — она чувствует эманации мира Смерти.

— А я?

— И ты, — призрак ухмыльнулся и стал невероятно похож на Рихтера Данкварта, — но тебе ведь нравится. Ты почти не мерзнешь. Мертвый мир подарил тебе особый дар.

Рой не понял почти ни слова из того, что сказал призрак.

— Вы слишком крепко держались за руки, пришлось уводить обоих, — призрак изобразил шумный вздох, — надо идти. Иначе она с ума сойдет.

Рихтер смотрел на жену. Четкий силуэт на фоне темного неба и снега — леди Данкварт отказалась идти в дом. Сам герцог стоял, облокотившись о входную дверь. Бойцы обыскивали дом, но Армин к ним не присоединилась. Дернула плечом и послала дорогого супруга к лешему.

Ветер непривычно холодил кожу. Данкварт чувствовал зуд в кончиках пальцев — хотелось разорвать кожу ногтями. В свое время Бойду приходилось привязывать своего сюзерена к постели.

Армин резко развернулась, да так, что коса, взметнувшись, со свистом рассекла воздух. И в тот же момент кто-то попытался открыть дверь. Рихтер отошел, позволяя Таммейну выйти.

— Ну? — коротко рыкнула герцогиня.

— Он не нашел детей, — воздушник кротко улыбнулся и поправил белоснежный манжет. На ткани явственно виднелось несколько капелек крови. — Леди Ирга не спала, и волк ее выключил.

— Здесь есть подвалы? Та комната, куда из нее можно попасть? — Армин стиснула побелевшие пальцы.

— Никуда, родная. Предок не терпел самого понятия тайных ходов, потому его кабинет с толстыми, непроницаемыми стенами, — Рихтер положил ладонь на талию супруги.

— Предок? — вскинулась Армин, — Где его усыпальница?

— Вырублена в скале, — Рихтер прищурился, определяя направление и махнул рукой в сторону, — там. Минут двадцать, если идти пешком.

— Лошади?

— Четверо пали, остальные вот-вот издохнут, — Таммейн виновато улыбнулся.

— Я пойду пешком, — герцогиня наскоро перетянула волосы в хвост, используя для этого ленты от маски мужа

— Я соберу людей, — коротко кивнул герцог, — но почему ты так считаешь?

— На празднике я видела призрака, — отстранено произнесла Армин, — если это его дом, значит, он сдержал обещание. Мужчины твоего рода держат слово?

— Да.

— Значит, вернутся живыми. Пока что, — Армин сжала губы в тонкую полоску.

— Герцогство пойдет на открытый конфликт, — Рихтер привлек к себе жену, и Таммейн понятливо исчез, — с Империей и Лесом. Глупцы не предполагают истощения рудника. А значит, мое клеймо — повод для войны. Ибо раб не может владеть землей.

— Весной будет большой бал, — Армин шептала, — мы приедем, покажем детей, Тайланне пора бы уже приглядываться к женихам. Покажем тебя, с чистой кожей. Только верни мне сына, слышишь? Верни. Мне. Сына.

Олли прижималась спиной к ледяной стене и тряслась от холода и страха. Чертова оборотниха вывернула все в свою пользу. Гувернантка бросила осторожный взгляд на пустующую псарню. Дгрона оставили там, скованного по рукам и ногам. Достойного, гордого мужчину подвергли невозможному унижению. Олли стиснула кулачки. Как же было страшно. Все искали детей, чтоб им пропасть.

Тут гувернантка мысленно поправилась, к селянской дочке она не питала ненависти. И не желала ей зла.

Надсадный кашель заставил Олли вздрогнуть и сильнее натянуть капюшон на голову. Ирга, оборотнихина подружайка, едва ковыляла, придерживаясь левой рукой за стену. В правой она несла что-то непонятное, Олли прищурилась. Не то мешочек, не то маленькую фляжку.

Волчица зашла на псарню, и Олли превратилась в слух. Но стылый воздух не принес ни единого звука.

Еще немного постояв, Олли решительно развернулась спиной к псарне. Она не обязывалась спасать Дгрона. Конечно, вдвоем бежать было бы проще. Но возможно, ей и не придется пускаться в путь. Если все получится, к утру герцог овдовеет и она, Олли, займет свое место.

Гувернантка поправила капюшон и ускорила шаг. Эту усадьбу она знала достаточно хорошо. И место, пересидеть ночь, уже было выбрано.

— Будь проклят этот дикий холод, — выдохнула Олли и потерла озябшие ладони друг о друга.

Больше она ничего сказать не успела. Сильный удар отбросил ее к стене. На спину навалилось тяжелое тело, в нос ударил неприятный запах.

— Ну что, сучка, открыла дверь? — хрипло выдохнула Ирга.

— Отпустите, не понимаю, о чем Вы.

— Все спят.

— Ты не спишь, как будешь отмазываться? — тут же перестала вырываться Олли, — волчица и волк, ты легла под него, будто никто не заметил. В твоих вещах порошок. Да и навещала ты его только что.

— Я уже убивала людей, — хмыкнула волчица, — ничего интересного. Слабые шеи, один удар, и все. Упала госпожа Олли с лестницы, будто и не было никогда. Тайланна поплачет, но успокоится.

— И что мешает?

— Я взяла кое-что у Таммейна, — протянула Ирга, — и хочу тебя познакомить с этими потрясающими вещами. Видишь ли, детка, Армин — балбеска. И не все способна учуять. А вот я заметила, что от Тайланны пахнет неправильно. И ты, сердечко мое, все-все расскажешь тете Ирге. Иначе я буду делать тебе больно-больно, но ты все равно расскажешь.

— Я согласна, если ты ничего не скажешь Рихтеру, — Олли сглотнула, — там ничего опасного, слабый отвар. Он выводится из организма, если не принимать больше месяца. Никакого привыкания. Только не говори ничего Рихтеру, иначе он на мне не женится.

Ирга от неожиданности разжала пальцы и Олли развернулась лицом к волчице. Капюшон упал, показав бледное лицо с пятном грязи на щеке. Глаза гувернантки горели безумием.

— Ты права, — легко согласилась Ирга, припоминая, что маги-менталисты рассказывали о буйных сумасшедших, — но зачем он тебе? Старый и клейменый.

— Он не стар, — поправила Иргу Олли, — но он мне не особо нужен. Я должна носить фамилию Данкварт. Придется родить ему, жаль, кошка с этим не справилась.

— Она бы не успела, — брякнула Ирга.

— Могла бы постараться, — царственно отмахнулась Олли и выжидательно уставилась на волчицу. — Ты будешь воспитывать нашего с Рихтером ребенка. Постарайся, чтобы меня не трогали лишний раз. Не люблю детей. Что-то еще?