Армин улыбнулась и заверила кухарку, что не посягает на ее власть. Главное, чтобы пленница не погибла с голоду. После чего герцогиня вышла из кухни и направилась в гостиную. Перед слугами она не стала показывать своего недоумения, но Олли-пленница поразила леди Кошку.

Волчицу пришлось будить почти силой. И только когда разозленная Армин шепотом пообещала пихнуть подругу пятками в камин, Ирга открыла левый глаз:

— Ну, не подох же он от сладострастия?

— Что? К ракшасам Дгрона, с Олли что?

— О-о, это история, достойная горячего отвара, — волчица вздохнула и села, зябко поправив на плечах плед. — Коротко по Дгрону — его нужно быстрее отдать императорской канцелярии. Он через неделю подохнет.

— Мне знакомы симптомы передозировки «ванилью», — Армин покачала головой, — зачем она тебе?

— Просто была, — Ирга пожала плечами и поставила заглушающий слова щит, — от отца осталась. Его казнили за это изобретение. А выкинуть… Ну, не могла я выкинуть их. Он просто хотел, чтобы мама его любила. Он ведь ее с боя взял, отбил у соперника. А она оказалась сильной. Не стала держать его на расстоянии, родила двух мальчишек и меня, после чего обратилась к главе клана. Мол, свой долг я выполнила, прошу оставить меня в покое. Для отца это было ударом. Она ведь легко легла с ним в постель. По его мнению. Не обнимала и не целовала, но он думал, что ей нужно время.

— А я гадала, почему вы все погодки.

— Ага. — невесело усмехнулась Ирга, — она нас одного за одним. И никого знать не хочет. Только цветы на могилке своего первого мужа поливает. До сих пор, кстати. Вот я и таскала эти зерна. А потом потеряла. Кто ж виноват?

— Не имею ни малейшего представления, где Дгрон мог найти «ваниль», — в тон подруге отозвалась Армин, — и это не наши проблемы. Давай-ка лучше, объясни, что с Олли.

— А она, кажись, сама умом подвинулась, без моей помощи, — серьезно ответила Ирга.

Волчица подробно и обстоятельно пересказала все произошедшее и, сняв щит, окликнула зашедшую проведать Васку:

— Прикажи кому-нибудь из слуг подать горячий отвар. Да не беги ты никуда, посиди с дочерью. Мы под «заглушкой» просто.

Армин сидела молча. Ирга перебирала пальцами бахрому пледа.

— Я не думаю, что Олли смогут допросить, — наконец произнесла Армин, — среди бойцов Рихтера нет палачей.

— Видела бы ты Дгрона, — хмыкнула Ирга, — была бы другого мнения. Над ним знатно поработали ножом. Но он трус, так что вряд ли у Таммейна была возможность показать все свои способности.

— Но вряд ли тот же Таммейн будет изгаляться над Олли. Ему жить здесь, — Армин покачала головой, — Рихтер не отдаст такой приказ.

В полной тишине подруги дождались горячего отвара. Пока служанка накрывала на стол — к отвару госпожа Нира отжалела герцогине и подруге по соленому сухарику. Сладкие вчера все были съедены, а соленые остались. Поскольку изначально предполагались для лошадей.

— Почему такая беда с провиантом? — удивилась Ирга.

— Хозяйственные заклинания прохудились, — робко произнесла служанка, — тут бочки с соленым мясом были и крупа. Но все испортилось. Завтра будет обоз.

— Пусть из мыльни заберут мой кофр с зельями и принесут сюда, — приказала Армин и служанка кивнула.

— Что будешь делать? — Ирга захрустела сухариком.

— Можешь и мой съесть, я на охоте перекусила, — Армин усмехнулась, — буду колдовать. Олли не маг, я смогу воздействовать на нее. Надеюсь. Хорошо, если Тайланной все обойдется. А если нет? Нужен точный состав зелья.

— Вряд ли она сама его готовила, — покачала головой Ирга и взяла второй сухарик. Подумала и кивнула на Роуэна: — А он ел?

— Ах, совсем забыла! — комично изобразила Армин, — Конечно. Сухари и горячий отвар. Госпожа Нира также обещалась немного чистого бульона для него сделать. Но это еще до охоты было. Поверь, некоторые дни у нас бывали и хуже. Значит, кто-то в Дан-Мельтиме готовил зелье для Олли.

— И этот человек — враг, — кивнула волчица, — кто бы это ни был, он понимал, для чего используется его варево.

Армин кивнула. Она решила допросить Олли до возвращения Рихтера. И кто знает, возможно, придется взять на душу грех. Ирга решительно кивнула, угадывая мысли подруги.

Никто не решился остановить герцогиню и ее ближайшую подругу. Ирга тихонько подхихикивала, глядя на подругу. Поджатые губы, в глазах решимость. Армин готовится отнять жизнь. Вот интересно, матушка Диамин учила дочь убивать? Или эта наука прошла мимо?

— Мы не туда сворачиваем, — окликнула Армин Ирга.

— Я подготовлю комнату, — отрешенно отозвалась Армин.

— Ой, подготовит она. Что там готовить? Сломать ей пару костей да ножом пригрозить.

— Нет, — леди Данкварт покачала головой, — мы не можем причинить ей физический вред.

— Ты герцогиня или волком насрано? — опешила Ирга.

— В том-то и дело, что я герцогиня, — Армин криво усмехнулась, — надо мной потешаются слуги, по-доброму. Я почти не знаю, как вести хозяйство, но вместе с экономкой постепенно учусь. Это нестрашно. Было бы страшнее, если бы я позволила себе самодурствовать.

— Очнись, она тебя убить пыталась, готова поспорить, кучу пакостей натворила!

— Это знаем ты и я, и еще Таммейн. А для других она придурковатая гувернантка, безответно влюбленная в герцога. Воспитательница юной Тайланны. И если ее просто казнить или пытать, пойдут слухи. А мы не в том положении, Ирга. Мы не можем себе позволить и тени пасть на нас. Мы — жертвы, и эту роль должны доиграть до конца.

— Таких наглых жертв не бывает.

— Только такие и бывают, слабых и робких выставляют виноватыми. Иди, через полчаса Олли должна быть здесь.

Комната, выбранная Армин, не была лучшим вариантом. Деревянная тонкостенная пристройка. Холодная и темноватая. Слишком много мелких предметов, на которых может остановиться глаз. Но работать пришлось с этим помещением. Армин просто не изучила усадьбу. И решительно надеялась больше никогда здесь не появляться.

За полчаса Армин успела многое: разругаться со старшей служанкой (бедная женщина не сразу признала герцогиню в нехарактерном для леди Кошки платье), застелить светлым хлопком все горизонтальные поверхности в комнате, помириться со старшей служанкой, уволить и принять обратно помощника истопника. Расставить ароматические свечи и прикрыть их листами сложенной бумаги. Поставить на подоконник смесь масел и отрегулировать поток воздуха. А еще леди Данкварт успела устать и окончательно озвереть.

— Добрый день, — Армин легко развернулась к дверям и присела в глубоком реверансе.

Олли опешила, на мгновение замешкалась, глубоко вдохнула и милостиво кивнула.

— Добрый.

— Присаживайтесь, — Армин указала Олли на стул с высокой спинкой. Задрапированный тканью, он выглядел достойным герцогини.

— По какому поводу Вы, — тут Олли замешкалась. Ее погруженный в фантазии разум не мог подобрать причину происходящему.

— Ваша Светлость, — приторно улыбнулась Армин, — Ваш супруг беспокоится о Вас. Последнее время вы бледны. И никак не желаете завести наследника.

Ирга, стоя за спиной у Олли, покрутила пальцем у виска. Армин одним взглядом приказала волчице выметаться из комнаты.

— Я связана клятвой, — улыбнулась Армин и положила руки на стол, — потому отослала Вашу прислугу.

— Я не знаю, что Вам сказать, — Олли манерно надувала губы.

Армин взяла паузу. Магия запахов, свойственная женщинам-оборотням, особенно хорошо удавалась ей. На Земле это было ее спасением и отдушиной. Вот только и на нее действовала эта убойная смесь. Приходилось напоминать себе, кто она и зачем все это затеяла.

У «герцогини» Олли остекленели глаза. Она таращилась на руки Армин, а та потирала ладони, оглаживала пальцы — в одном, завораживающем темпе.

— Вы исполнили мечту всей своей жизни, — вкрадчиво промурлыкала Армин. — Третья и последняя жена герцога Данкварта. Вы любили его?

— Сын мрази, — усмехнулась Олли, — разве он достоин любви? Я должна была носить его фамилию. И я ее ношу.