— Всех порешу!

— А если мы предложим пироги с мясом и горячий крепкий чай?

— Я склонен принимать подарки, — тут же поправился Рихтер.

Бойд только фыркнул — о нечеловеческой силе своего сюзерена он был прекрасно осведомлен. Сняв с блюда с пирогом салфетку, целитель вышел. Леди Данкварт была прекрасно осведомлена, где стоят разномастные чашки.

— Мой сын — будущий некромант, — Армин не стала тянуть.

— Изумительно, — крякнул герцог.

— Мы можем уйти, — леди Данкварт пожала плечами, — у меня есть золото и драгоценности. Чтобы рассчитать переход на Землю…

— Нет. Я обещал защиту твоему сыну, — Рихтер не повышал голоса, но Армин почувствовала себя нашкодившей кошкой. — А значит, я ее дам. Он будет носить мою фамилию.

Армин просто прижалась к мужу.

— Но учти, такая сила, — Рихтер покачал головой, — с него будет большой спрос. Ни единой свободной секунды и за магические шалости — строгое наказание.

— Императрица Диамин не чуралась розог, уж поверь, — Армин потерлась носом о плечо мужа. — У нас все хорошо?

— Почти, — уклончиво отозвался Рихтер. — Есть мнение, что ты можешь играть ключевую роль в происходящем.

— Я могу дать клятву…

— Не такую роль, сердце мое, — Рихтер крепче прижал к себе жену. — Что с вами будет, если я не доживу до утра?

— Ничего хорошего, — помолчав, ответила Армин, — но умирать тебе не с чего.

— Я и не собирался. Насколько можно оттянуть следующий сеанс?

— Насколько нужно, но старую и удобную маску тебе использовать нельзя. И повязку снимать — тоже. И, — леди Данкварт помолчала, — ты расскажешь?

— Вечером, — Рихтер криво усмехнулся, — мне надо найти слова, попытаться хотя бы.

— Главное, чтобы от твоих попыток у меня в носу не свербело, — по-простому фыркнула Армин. — Давай кушай. Тебе понадобится много сил.

— Будем делать близнецов? — подмигнул герцог, вгоняя жену в краску.

— В зависимости от твоего поведения, родное сердце.

— Ты сможешь закрепить повязку?

— Трое суток не терпит? — вопросом на вопрос ответила Армин. Уточнять, чем ей придётся заплатить за такое экстренное лечение, она не стала. Пусть горло сжимается всякий раз, как она пытается сказать о любви. Пусть. Она может показать свою любовь делами.

— Не терпит, — Рихтер поцеловал тонкие пальцы, — сейчас я в Дан-Мельтим, к вечеру вернусь, проведем еще сеанс, если так можно, поспать, и два дня меня не будет.

— Тогда в вечерний сеанс вложим два, — сама себе кивнула Армин. — Я все подготовлю. Что ты ищешь в городе?

— Мелочи. Человек что-то ест, где-то гадит, — Рихтер забросил в рот выпавший из пирога кусочек мяса. — Покупает всякие мелочи. Следы всегда остаются, главное — знать, где искать. А так как я ищу следы пребывания одного конкретного человека — я их найду.

— Вот и славно, — Армин подложила мужу на тарелку еще кусочек мяса. — Я скопировала все письмена и рисунки и отправила хорошему другу.

— А я их не нашел, — Рихтер очень серьезно посмотрел на жену. — Ты описала где, но я вижу только стену.

Леди Данкварт пожала плечами. Рано что-либо утверждать. Роуэну в переплетении символов виделись Белые Звери. Крина, коснувшись плиты, скатилась в истерику. Что это — проявление магии или просто истерика детей, переживших страшное испытание?

— Мне кажется, — Рихтер отвернулся от зеркала, и Армин закусила губу, чтобы не засмеяться, — или немного криво? Я про маску.

— Позволь мне, — Армин туже затянула ленты и спросила: — как ты собираешься творить неведомые дела, будучи слепым на один глаз?

— Я буду не один, — герцог не удержался и вновь привлек жену в объятия. — Я просто буду командовать. Из безопасного места.

— Это хорошо, родное сердце. Ты меня успокоил, — Армин едва нашла в себе силы соврать мужу.

Только леди Данкварт давно уже не была глупой кошкой. И видела, кто способен командовать из безопасного места, а кто полезет в самое пекло и вдохновит собой людей.

— Я буду в библиотеке. Господин Лартон не откажет в моей просьбе, но, может, и мне удастся что-то найти, — Армин сменила тему.

— До вечера, — Рихтер погладил кончиками пальцев лицо жены, очертил линию скул и, склонившись, запечатлел на губах короткий, но полный скрытого обещания поцелуй.

Армин потребовалось время, чтобы согнать с лица глупую улыбку.

— Мой потомок не так глуп, — призрак просочился сквозь пол. Он выглядел еще более прозрачным, чем в прошлый раз, — мое время уходит.

— С чего вдруг? — подозрительно сощурилась Армин.

— Время, — пафосно пожал плечами Герцог.

— Говори правду, — резко приказала леди Данкварт. — Мой сын еще мал, но некоторые ритуалы провести сможет. Особенно если найдет помощь и поддержку в моем лице.

— Я проклял свой род, — Герцог выпрямился, — потом пожалел. Но руки не доходили провести ритуал отмены. А потом я умер. Как и твоя соперница.

— Она не была мне соперницей, — отмахнулась Армин.

— Но ты же вышла замуж за фамилию, — оскалился призрак. — За Ледяного Герцога, владельца рудников.

— Я вышла замуж за того, кто позвал, — покачала головой Армин, — и спас меня и моего сына. Я привезла с собой свое золото и свои драгоценности — чтобы не зависеть от прихотей своего супруга.

Призрак молчал. Он висел в воздухе, не шевелясь. Армин даже начало казаться, что зловредная субстанция уже направилась в свой последний путь.

— Я пытался вспомнить речь, — сконфуженно произнес Герцог. — Но не вспомнил.

— Объяснитесь уже, — Армин осторожно составляла готовые и заряженные зелья в специальные ящички. Перекладывала листами мельтии и соломенными валиками.

— Хоть слушать Вас и неприятно. Свой род проклясть. Как можно? Свою плоть и кровь, детей своих?

— Она пошли на сговор с Империей, — возмутился Герцог.

— После Вашей смерти, — Армин остро взглянула хитрого призрака, — я по годам смотрела.

— Вот въедливая, — хмыкнул Герцог. — Ты другая должна быть. Корыстная, ныть должна. Как все другие.

— Вы либо рассказывайте, либо уходите. Право слово, и без Вас справимся, — отмахнулась от ворчания

— Я не готов открывать тебе семейные тайны, — наконец вздохнул Герцог. — Это не то, чем я могу гордиться. Я был не прав. Этого должно быть достаточно. Как и того, что проклятие снято тобой. Ты пришла сюда за защитой, но без корысти. Из бедности, но при деньгах. Третье условие я оставлю в тайне, но и его ты выполнила. Я завидую своему потомку и жалею, что не встретил женщины, подобной тебе.

— Или не рассмотрел, — Армин в упор посмотрела на призрака. — Вы жадный и злой, драгоценный предок моего мужа. Чтобы ни натворили Ваши дети, в этом была и Ваша вина.

— Давай, расскажи мне про правильное воспитание.

— Если Вы пьете вино и одновременно рассказываете детям, что пьянство есть глупость и вредность — не удивляйтесь, когда они возьмут в руки бутылку, — покачала головой Армин. — Способов много, наши дети — не копия нас. Но какие-то простые вещи, простые ценности, не глобальные, прививаем им именно мы. Например, ценить свою семью. Любую часть семьи. Глупую сестрицу, помешанную на нарядах, жестокого брата, склонного к пьянству и разврату.

— Ты любишь своего брата?

— Я не желаю ему зла, — Армин улыбнулась, — а это уже немало.

— Если принесешь жертву на Старом Алтаре, Белые Звери вернутся под власть рода Данкварт, — призрак едко усмехнулся, — рассказать об этом мужу ты не сможешь. Вот и выбирай, Армин Диамин Данкварт, опекун рода ди-Ларон, остаться чистой или обезопасить свой род?

Призрак рассыпался искрами. Армин вскрикнула и закрыла лицо — часть искр устремилась к ней и впиталась в подставленную руку. Удружил Герцог, нечего сказать.

До самого вечера герцогиня размышляла над словами призрака. Она не видела дилеммы — ради безопасности своей семьи она способна на многое. Очень многое. Вот только даже со своими скудными познаниями Армин была готова поклясться — не было на стене призывов к какому-либо жертвоприношению.