«Я поклялся мстить Драконусу. Но я пойду за сестрой, отложив меч. С меня тоже хватит».

К полудню они выехали из холмов на равнину. Дорога впереди завешена дымом. Это не запах горелой травы. Кислый, маслянистый.

Четверо погран-мечей сорвались в галоп.

Оказавшийся впереди Ринт вымолвил множество клятв жене и ребенку. Список начинался и оканчивался видением: он рядом с ней, в доме, свободном от гнева, от последствий несдержанного его нрава. Он видит, как настороженность уходит из глаз, рука отпускает нож — как часто хваталась она за нож, обороняясь от приступов ярости! Он видит мир покоя, летящий, как картины на камнях. Рука, рисовавшая прошлое, может рисовать грядущее. Ринт готов это доказать…

— Всадники слева!

Услышав крик Виля, Ринт привстал в стременах. Прямо к северу протянулась полоса клубящейся пыли.

— Может, охотничья партия, — сказал Галак. — Бездна подлая! Никого в Райвене!

«Моя жена. Мой сын».

Далекие всадники сходились к ним. Ринт понял, что это воины-мечи. Нет. Нет. Он пришпорил коня, глядя на восток, на темное пятно крепости Райвен. Но башня почти исчезла, лишь одна стена торчит на треть первоначальной высоты, черная как уголь на фоне серого неба.

«Всего лишь очередная размолвка. Я уехал, думая только о бегстве — не вырывать же было нож из ее руки? И тот призыв, обещания лорда Драконуса, искавшего сопровождение для путешествия к западу. Я нашел Ферен. Убедил присоединиться. Обоим нужно было убраться подальше.

Лицо жены выжжено в разуме. Страх превратил его в лицо незнакомки. Вечный страх, скрывавший знакомое лицо.

Я сбежал. Снова.

Вдалеке жить было легче. Проще. Ферен опускалась, слишком много пила. Нужно было заставить сестру…»

Тут их окружили всадники, чуть не оглушил грохот подков. Словно с далекого расстояния расслышал Ринт голос Виля: — Традж! Что стряслось?

— Лаханис нашла нас — она избежала резни — поселяне, Виль — все мертвы!

Кто-то взвыл, но даже этот звук был тихим и быстро пропал. Копыта гремели по твердой земле, в черепе стоял рокот. Лаханис. Он узнал имя. Молодая женщина, ловка с длинным хастовым клинком, но слишком юна, чтобы ездить со взрослыми. Почти готовая в погран-мечи. Она жила на соседней улице.

— Кто напал на нас, Традж? Легион?

— Она видела флаги, Виль! Дом Драконс! Теперь мы едем туда. Едем на войну!

Пелена дыма повисла над черными, выжженными развалинами селения Холм Райвен. Он искал свой дом, но сцена качалась перед глазами — его охватило головокружение. Ринт начал падать, но сильная рука поддержала его. Выкаченными глазами он взглянул на сестру — лицо, покрытое слезами, черными от грязи слезами.

«Слишком много слез. Но все кончено. Хотя бы она увидела дитя, подержала на руках. Живое существо на руках. Вот почему я увел ее… нет, не то лицо, не та женщина. Где жена? Почему я не могу вспомнить ее лица?»

Потом они ехали через остатки селения, огибали вздувшиеся трупы. Ферен первой, поддерживая его в седле — колено упиралось в его бедро, они старалась не дать лошади отойти. Рука сжала рукав его плаща. Не будь этой хватки, он упал бы. Шлепнулся бы прямо в пепел, среди мертвецов.

«Где меня ждет она. И дитя. Мое дитя. Моя семья, и с ними никогда не поговорить.

Мы едем на войну…»