- Я потому и вернулся, - уже спокойнее сказал Разноглазый. - Жизнь там дорогая. А здесь кое-что оставалось. Мелочи, конечно, - торопливо поправился он.

Женщина за это время не произнесла ни слова, только зло посматривала на дуло ивлиевского пистолета.

- Вот что, Ефим, - сказал Ивлиев. - Сними копию и уничтожь память. Это можно?

- Легко. Расформатирую винчестер и привет.

- Вот-вот. Форматируй, а потом в печь бросим. - Подполковник находил старые методы, может быть, менее элегантными, но не менее надежными. - И еще. Не вздумай делать две копии. Только одну дискету, понял? Уж в этом я разбираюсь.

- Ладно, - покорно согласился Береславский. - Одну так одну.

Он сделал все, как велел Ивлиев и под строгим его присмотром. После того как ноутбук и оставшиеся дискеты были брошены в камин, дед сразу успокоился и занялся тем, что было для него на данный момент главным: связыванием найденной супружеской четы. Лишь после этого он забрал у Ефима дискету с данными.

Черную "БМВ", - а она все-таки была черной и "БМВ", - они увидели издалека, примерно за километр. Преследователи съезжали с шоссе на большак, пересекавший убранное поле и ведущий к Николаевке. Хуже было другое: за "БМВ" вплотную присоседился джип "Паджеро", и было очевидно, что они идут боевой парой.

Дед принял решение мгновенно. Он развернулся, поднял рычажок и раскрыл двери.

- А ну, вылезайте! - заорал Ивлиев пленникам. Ефим притормозил. Они, подгоняемые огромным пистолетом подполковника, неловко выбрались из машины.

Василий Федорович еще раз перегнулся назад и закрыл за ними дверь.

- Теперь - только вперед!

Ефима тоже разобрал азарт. "Ауди" рванула вперед, а "БМВ", в отличие от продолжавшего движение "Паджеро", наоборот, остановилась, и оттуда выскочили трое. Они явно были вооружены.

Теперь все решала скорость. Не так-то просто попасть в железяку, пролетающую даже на неровной гравийной дорожке за секунду более полусотни метров!

- Открой свою дырку! - заорал Ивлиев. Ефим не сразу понял, что речь идет о люке. - И дай мне свой пистолет!

"Вот же старый черт! Все знает ЧК!" - Береславский молча протянул ему "Глок".

- Урр-рра-аа-а!!! - заорал спецназовец, и на сближении открыл огонь из двух пистолетов. Огневой контакт длился секунды три. Может - пять. Гильзы железным дождем грохотали по крыше "Ауди".

Ефим не сразу сообразил, что они уже прорвались. И что лобового стекла на его машине больше нет. "Шестьсот баксов", - машинально отметил он. Но, главное - если бы не очки, не мог бы вести машину.

Он посмотрел в зеркало. "БМВ" живописно горела, а джип, подобрав недавних ивлиевских пленников и экипаж "БМВ", разворачивался вслед за ними.

- Понял, как надо работать? - орал Ивлиев. - Ты небось уже маму звал!

Это было неправдой. Испугаться Ефим попросту не успел. Но спорить не хотелось.

- Давай в Феодосию, - скомандовал Ивлиев. За 36 оставшихся до Феодосии километров они здорово оторвались от менее быстроходного джипа.

- Все. Расходимся, - сказал уже в городе Ивлиев. - Ты дальше не играешь. Пистолет я тебе отдаю, однако думаю, ты теперь вообще уже никого не интересуешь. Но без нужды не светись. Зайди в любой пансионат. Отдохни недельку.

- По моему паспорту? А если они меня будут искать?

- Не жужжи! Во-первых, тебя никто не будет искать. Они теперь будут искать меня. Во-вторых, вот твой паспорт! - С первой страницы на Ефима смотрело его лицо, но фамилия была - Джапаридзе! И вот тебе телефон! - Он протянул листок бумаги с цифрами. - Если прижмет - позвони, тебе помогут. И брось свой драндулет. Другой купишь. - Старик, выдав все ценные указания, бодрой рысцой побежал к домам.

Береславский остался один и в полной растерянности. Он никак не ожидал такого развития событий.

В городе Феодосии было сыро и холодно. В машине с выбитым лобовым стеклом, соответственно, так же. Вместо солнца на небе была какая-то серая хрень любимое выражение Марины Ивановны.

Внезапно остро захотелось к себе в кабинет. Подальше от приключений. Чтоб с включенным обогревателем. И чтоб Марина Ивановна принесла чай. С пирожным.

Ефиму стало себя жалко. Но просто сидеть в машине было холодно. И, не дай бог, джип окажется шустрее, чем хотелось бы. Правда, в городе, пусть и небольшом, сразу его все равно не найти.

Он осмотрелся. Слева тянулись длинные ряды гаражей. Все автолюбители сидели по домам. Лишь один мужик, сильно в возрасте, холил своего древнего "Запорожца" - 968-й, с "ушами", "инвалидная" модель. Точно такой, - только семилетний, а не двадцатипятилетний, - был куплен Ефимом в одна тысяча девятьсот семьдесят девятом году, на деньги, подаренные родственниками к его первой свадьбе. За семьсот рублей.

Ефим подъехал к гаражу престарелого автолюбителя.

- Здравствуйте, - поздоровался он.

- Здравствуй, коли не шутишь, - степенно ответил дед. На его груди звенели медали. Наверное, за русско-японскую войну.

- Хорошая у вас машина, - подольстился Ефим. - Я на такой пять лет отъездил.

- А я без малого тридцать.

- И все на ходу?

- Хочешь попробовать? - предложил военный автолюбитель.

- Хочу купить, - неожиданно для самого себя заявил Ефим.

- У богатых свои причуды, - улыбнулся старик. - Двести долларов - и она твоя. Прицепишь к своей - и в Москву.

- А можно я пока свою у вас в гараже оставлю?

- Что у тебя приключилось? - посерьезнел дед. Чем-то он напоминал Ивлиева. Спокойствием, что ли?

- С бандюками сцепился, - почти честно ответил Береславский.

- Не платишь?

- И не буду.

- И правильно, - подытожил ветеран. - Оставляй тачку. Забирай мою.

- Деньги можно потом отдам, когда за машиной приеду?

- Не проблема. А как с документами на "Запорожец"?

- Скажу, потерял. Такие не угоняют.

- Это ты зря, - обиделся дед. - Хорошая машина. Давай хоть доверенность напишу. Бесплатно. У меня сын - нотариус.

- Хорошо, - согласился Береславский, раздумывая, на какую фамилию лучше. Но тут в глазах его потемнело.

Очнулся он в гараже ветерана. Точнее, на антресолях, пристроенных дедом. Туда вела узкая лестница, и как мужик затащил наверх его килограммы, оставалось загадкой. Сверху он видел оцарапанную крышу своей машины. От самодельного электрического "козла" шло приятное тепло. Ворота гаража были закрыты.