Семье Сайарадил можно сказать правду — их дочь отправилась в дикие земли вместе с Сорсусом Карлалом. Теперь, когда у сенатора Вэй есть сын, он не будет настолько внимателен к судьбе старшей дочери.

Единственный, кто знает правду о прошлой ночи — мальчишка, одной ногой стоящий в могиле. Если целителям все же удастся вытащить его из мира мертвых, придется позаботится о его воспоминаниях…

Обо всем этом не знал никто, кроме самого Арамила. Неужели Верховный на самом деле верит в его преданность?.. Такая наивность могла бы тронуть наставника, но вот беда — он хохотал и не мог остановиться. Арамилу вдруг открылась простая истина: если хочешь подставить человека, сделай так, чтобы он поверил в твою верность — и ты победил.

— Я победил, Верховный! — резко обрывая смех, выдохнул наставник.

***

— Верховный — глупец, — сказал наставник Варгус, складывая пальцы домиком.

— Тише! — пугливо втянул голову в плечи наставник Вариил.

— Неужели кто-то считает иначе? — резонно заметил Варгус.

— Наши предшественники сами избрали его! — негодующе воскликнул Аргус, приподнимаясь на лежанке.

— И наверняка жалеют сейчас об этом, глядя на нас с небес, — отрезал Варгус. — Сайарадил Вэй сбежала только лишь потому, что он слепо благоволит Арамилу!

— Мы должны повиноваться его приказам, — напомнил наставник Рирдус.

— Даже если он сам копает себе могилу?

— Что ты имеешь ввиду?

В комнате воцарилась тишина. Десять пар глаз уставились на Варгуса.

— Ты просто жалеешь о том, что произошло с нашим младшим братом, — разряжая обстановку, сказал наставник Дариил. — Зарзаил был твоим учеником… Мне жаль его, но сделанного не воротишь! Ему не нужно было становиться на пути Арамила!

— Рано или поздно мы все преклоним перед ним колени, — пробормотал наставник Еримил.

Он был уверен, что прошлой ночью Арамил мог приложить больше усилий, чтобы остановить Сайарадил, но говорить об этом вслух так опрометчиво, как Варгус, не собирался. Всякая надежда Еримила на то, что он когда-нибудь станет Верховным жрецом, утекала сквозь пальцы с каждым прожитым днем. С таким противником, как Арамил, не мог тягаться ни один член Совета. В скором времени Верховный — Еримил был в этом уверен — падет жертвой интриг молодого наставника. Теперь в сердце Еримила теплилась лишь одна надежда — на тихую старость и естественную смерть.