Глава 20

Все дальше и дальше на север, туда, где темнота становилась густой, словно чернила — Сая неслась, не в силах затормозить безумный полет. Равнины и перелески, реки и озера, мелькавшие внизу, смазывались от быстрого полета, поэтому Сайарадил не сразу поняла, когда внизу начался дикий лес. Темное небо справа порозовело — где-то далеко занимался рассвет.

'Сая, пожалуйста! — голос, который вел ее, становился громче с каждым мгновением. — Даже если ты вернешься в Большой город и примешь посвящение — даже если забудешь меня и пойдешь против изгоев — все неважно, только не умирай!'

Стремительный полет замедлился; внизу промелькнула цепь предгорных холмов. Среди стены деревьев показалось небольшое ущелье и долина, спрятанная в кольце утесов. Обострившимся до предела зрением Сайарадил отчетливо увидела фигуры, замершие перед ущельем. Пять, десять… Двенадцать серых стражников, посланных вернуть ее.

Полет ускорился. Ущелье скрылось из виду; из темноты впереди вынырнула прогалина, освещенная костром. Сайарадил успела лишь заметить мохнатую фигуру у огня, как вдруг страшная сила потянула ее вниз. Тело налилось тяжестью, как после сна в неудобной позе.

— Сая! — прошептали совсем рядом.

Сайарадил открыла глаза и зажмурилась от бликов пламени. Сантар, склонившийся над ней, охнул и схватил Саю в охапку.

— Ты очнулась! — закричал он ей прямо на ухо.

— Не так громко! — простонала Сайарадил, морщась от ломоты в теле.

— Если бы он звал тебя тише, ты бы не вернулась, — раздалось позади.

Возле костра сидел Отшельник и чертил что-то пальцем по земле. Он был похож на свернувшего клубком медведя; капюшон нависал на его лицо по самый нос.

— Он прав, — сказала Сайарадил, приподнимаясь.

Сантар помог ей сесть и протянул флягу с водой.

— Так ты слышала, как я тебя звал? — попытался он за улыбкой скрыть неловкость.

— Я никогда не приму посвящения, — вместо ответа сказала Сайарадил, — не пойду против изгоев и… не забуду.

Из-под капюшона раздалось хихиканье. Сантар метнул на Отшельника убийственный взгляд, а тот запустил в него еловой шишкой.

— Но кое-что мне все-таки придется сделать, — сказала Сая, поднимаясь на ноги. — Я должна вернуться в Эндрос!.. Ответь мне, — обратилась она к мохнатой шубе, — если поручитель утратил право на свое имя, можно ли снять печать без него?

Хихиканье оборвалось. Отшельник сдвинул капюшон на лоб; вплетенные в его косы амулеты весело звякнули друг о дружку.

— Поручитель отказался от своего имени… добровольно? — спросил он.

— Мой наставник больше не Арамил, — сообщила Сая. — Теперь он — Верховный жрец Эндроса!

— Так и знал! — хлопнул себя по коленкам Отшельник и, вскочив на ноги, подбежал к Сайарадил. — Но откуда тебе это известно?

— Видела во сне, — твердо сказала та.

Отшельник прищурился.

— Что, если это уловка? — протянул он. — Ошибка в ритуале будет стоить тебе жизни — не говоря уже о том, что я сам могу пострадать!

— Ты что, боишься смерти? — фыркнула Сая.

— Боюсь? — хохотнул Отшельник. — Да я мечтаю о ней!.. Но, к сожалению, умереть я не могу.

Сайарадил хотела задать вопрос, но в этот миг из-за деревьев на поляну вышел здоровенный клыкастый кабан. Даже Сантар, который был готов к подобному, передернулся от омерзения при виде полусгнившей туши — Сая же, увидев многоликого, издала сдавленный всхлип и попятилась назад. Отшельник замахал руками, и зверь скрылся в чаще, оставив после себе стойкий гнилостный аромат.

— Мои слуги чуют, что где-то льется кровь, — Отшельник прислушался к лесу.

— Началось? — быстро спросил Сантар.

— Стражники напади на дозорных.

— А как же твои твари?

— Они уже там!

— Что… здесь… происходит? — свистящим шепотом спросила Сая, переводя взгляд с одного на другого.

Отшельник тоскливо закатил глаза к небу.

— Я ведь давно предлагал все тебе рассказать, — напомнил он. — Теперь же ты будешь считать, что я скрывал правду!

— Правду о чем? — Сая принялась медленно наступать на него. — Многоликие — твои слуги?

Отшельник энергично кивнул.

— Почему эти твари подчиняются тебе?

— Потому что я их создал, — Отшельник вздохнул так, словно ему приходилось объяснять элементарные вещи. — Это простейший ритуал вселения духа. Маги моах практиковали его испокон века!

— Но зачем? — простонала Сайарадил.

— Я — страж этих лесов, — торжественно провозгласил Отшельник. — Мои братья из народа моах оставили охранять наши земли — и да уберегут духи всякого, кто попытается явится сюда без приглашения!

— Сколько же тебе лет? — усмехнулась Сая.

— Я сбился со счета. Более девяти веков… Сколько там лет Саркофагу?

— Ты сумасшедший, — удрученно покачала головой Сайарадил. — Я заподозрила это, еще когда ты предложил мне кровь черного петуха!

— Сумасшедший? — Отшельник заглянул ей в лицо безумными горящими глазами. — Возможно. Изгои меня так и называют… Но что, если это правда? Что, если есть способ продлить свою жизнь на бесконечное количество раз?

— Такого способа нет! — выкрикнула Сая.

— Может, и многоликих духов тоже нет? — ухмыльнулся Отшельник. — Оглянись, ведающая Водой! Это дикие леса! То, что жрецы считают бабьими сказками, здесь становится реальностью. Магия древних северян была слишком тесно связана с землей!

— Я уже слышала это, — прошептала Сая.

— Все дело в этой земле. Как думаешь, что за силу она давала народу моах? — прищурился Отшельник.

— Откуда мне знать? — поморщилась Сая.

— Я не говорю о стихии Земли — нет, речь о более простой, приземленной магии, — сказал Отшельник с особой интонацией. — Что находится в земле, ведающая Водой?

— Ты имеешь ввиду целебные травы? — наивно спросила Сая.

Отшельник шумно вздохнул.

— Он говорит о могилах, — подал голос молчавший все это время Сантар.

Сайарадил глянула на Отшельника с надеждой, но тот улыбнулся так, что у нее по спине пробежали мурашки.

— Духи существуют, ведающая Водой, — сказал он. — Есть и проходы, через которые они попадают в наш мир. Моах называют их перепутьями.

— Ты не можешь быть одним из народа моах, — в голосе Сайарадил послышалась мольба. — Никто не способен прожить тысячу лет!

— Тело не способно, — Отшельник посмотрел на свои руки, потер их, скрестил пальцы. — Но если я могу поместить духа из иного мира в тело животного, то почему это невозможно для человеческого духа? Пришлось совместить несколько ритуалов… Это было величайшим прорывом в магии со времен Великих предков! Мои воспоминания, характер и знания — все это остается при мне. А тело… Оно не то, что было у меня при рождении.

— Ты вселился в труп? — ужаснулась Сайарадил.

— Ни в коем случае! — возмутился Отшельник. — На что мне мертвое тело? Моя плоть жива, сердце бьется, кровь гуляет по венам!

— А что случилось с тем, чье тело ты отнял? — тихо спросила Сая.

Отшельник на мгновение задумался и пожал плечами:

— По правде говоря, понятия не имею. Я ведь никогда не был на их месте! Возможно, их духи отправляются в царство мертвых… Ты опять морщишься! — простонал он. — Умирание и тлен всегда были неразрывно связаны с магией земли! Мост в мир мертвых открыли прародители моах… Но, как оказалось, духи не могут просто так войти в этот мир. Чтобы жить здесь, им нужны тела, и нет особой разницы, мертвые они или живые.

— Так вот почему от многоликих воняет гнилью! — с отвращением сказал Сантар.

— Мертвой плотью легче управлять, — развел руками Отшельник. — С живыми телами много хлопот: они нуждаются во сне, пище и тепле. С мертвой плотью куда проще, но она недолговечна — процесс разложения остановить нельзя. Я вселяю низших духов в тела мертвых животных всего на несколько лун. Цепь рун вынуждает их подчиняться…

— Но иногда они вырываются из-под контроля, — медленно проговорила Сая, — переплывают Тиуру, нападают на людей… Так?!

Отшельник, не моргнув глазом, ответил:

— Если духи чуют свежую кровь, их трудно сдержать.

— Значит, пожары в деревнях ты устраивал сам, чтобы замести следы?

— Я не могут переплыть Тиуру, — вздохнул Отшельник, — но есть много способов наслать огонь на расстоянии…

— И на мой отряд многоликих натравил тоже ты?

Отшельник тихонько вздохнул и поднял руки в примирительном жесте:

— Это была ошибка. Поначалу вы не вызывали беспокойства, но когда я услышал разговоры о духах в теле животных, решил, что правильней будет избавиться от вас, — Отшельник виновато опустил голову. — Я не мог знать, что девчонка-маг из отряда — это Ведающая водой. И допустить, чтобы отряд из Эндроса разгуливал рядом с Убежищем, тоже не мог. Я всегда заботился об изгоях!

— А как же Лим?! — страшным голосом закричал Сантар.

На лице Отшельника промелькнула тень — или это был всего лишь блик от костра?

— Я говорил — когда духи чуют кровь, их сложно сдержать.

Его речь лилась так гладко, словно эти слова Отшельник проговаривал не в первый раз.

— Как часто ты повторяешь это, пытаясь успокоить свою совесть? — спросила Сая.

Ровная маска сошла с лица Отшельника — уголок его рта дернулся вниз, пальцы конвульсивно дернулись, на лбу вздулись вены.

— Да он, оказывается, не так уж спокоен! — криво усмехнулся Сантар.

Мгновение — и Отшельник взял себя в руки.

— Ты можешь не понимать меня, — он обращался только к Сае, — можешь презирать и даже ненавидеть — все это неважно, потому что, клянусь самим диким лесом, вскоре ты изменишь свое мнение!

— Не слушай его, — сказал Сантар, оборачиваясь к Сайарадил. — Нам нужно вернутся, чтобы помочь организовать оборону. Придется идти через пещеры… Сая?

Сайарадил отступила на шаг; глаза ее смотрели в землю.

— Я должна снять печать, — сказала она тихо.

Губы Отшельника медленно растянулись в улыбке.

— Ну так сделай это! — рассвирепел Сантар, надвигаясь на Отшельника.

— Не получиться, — быстро сказал тот, разводя руками. — Для ритуала нужны руны, а с собой у меня их нет!

— И где они?

— Оставил дома.

Просторный капюшон отбрасывал на лицо Отшельника глубокую тень. Сантар смерил его недоверчивым взглядом и вопросительно глянул на Саю.