Тишина.

Сдерживая вдох, я кладу её ногу к себе на колено и осторожно разматываю повязки. Под всем этим мехом и кожей её лодыжка всё ещё сильно опухшая, а плоть в синяках.

— Можешь пошевелить ею?

Она слегка покачала ногой и судорожно вдохнула:

— Больно.

Я погладил пальцами её прекрасную коричневую кожу. Её ножки такие маленькие и лакомые, и мне так и хочется пустить свои руки в путешествие по всему её телу.

— Я буду носить тебя всюду, куда тебе будет нужно.

Её противоречивый взгляд успокоил моё растревоженное сердце, и я вновь погладил её ногу.

— М-мм, прекрасные ощущения. — Она даже закрыла глаза от удовольствия. — Я была бы не против, если бы ты поделал так ещё немного.

Она хочет моих прикосновений? Никогда я не испытывал большей радости. Мои руки продолжали гладить её ногу, разминая мышцы и лаская кожу. Я массировал её осторожно, стараясь не причинить боль лодыжке. Она ёрзала в своём кресле и вздыхала, от чего мой член зашевелился в ответ. Издаваемые ею звуки удовольствия заставили моё тело отреагировать. Ничего не могу с этим поделать — я настроен на её удовольствие. Хочу дать ей больше. Мысленно представляю себе, как беру её маленькую ножку и потираю ею свой член. Не той, которая болит, другой. Представляю, как она проходит своими пальчиками вдоль моей эрекции, жар в её глазах, когда…

— Думаешь, Джози уже добралась? — Спрашивает она тихим голосом.

Я поднял веки и встретился с её глазами, увидел в них беспокойство. Я отбросил свои волнительные мысли.

— Некоторое время я шёл за ней, чтобы убедиться, что она знает, куда идёт.

Выражение лица Ти-фа-ни посветлело и её глаза наполнились слезами.

— Правда? Ты это сделал?

Я замер, встревоженный реакцией моей женщины.

— Я делал это не для того, чтобы заставить тебя плакать. Я просто хотел убедиться, что с ней всё в порядке. Что она сможет найти направление самостоятельно. Она шла достаточно быстро и верным курсом. Я уверен, что с ней всё будет хорошо. — Снова глажу её ногу. — Пожалуйста, не плачь.

— Я от счастья. — Смахнула она слёзы, текущие по щекам. — Ты такой заботливый и предусмотрительный. Что бы я без тебя делала?

— Это не важно, потому что такого не случится.

Её улыбка засияла ещё ярче. Потом она вздрогнула и прижала меха ближе к телу.

— Может, закрыть дверь и запереть вход? С каждой минутой становится всё холоднее.

Я встал, аккуратно уложив её ногу обратно на пол.

— Сделаю, как ты просишь.

Ти-фа-ни начала вставать следом.

— Я помогу…

— Нет, — ответил я ей и твёрдой рукой опустил её вниз, надавив на плечо. — Ты отдыхаешь — я закрываю.

— Останемся только ты и я, — сказала она, а голос был так сладок. И я увидел блеск в её глазах.

И мой член вновь стал невероятно твёрдым. Впервые за довольно долгий промежуток времени не будет больше никого, кроме Ти-фа-ни и меня.

С трудом дождусь того момента, когда мы уляжемся спать, в голове у меня теперь только мысли о том, как я ласкаю её обнажённое тело, как она прижимается ко мне в наших мехах.

Думаю, этот шторм — лучшее, что когда-либо случалось со мной.

Часть 15

Джози

Чёрт возьми этот изнурительный поход до племенной пещеры. Какое же облегчение я испытала, когда, наконец, увидела знакомую долину. Я уже просто валилась с ног. В горле пересохло и неприятно скребло, когда я втягивала в себя холодный воздух, а ещё я вспотела от поддерживаемого в течение нескольких часов бега трусцой. Не так уж и легко так бежать на снегоступах, но усиливающийся ветер и порывы снега напоминали, что времени терять нельзя. Так что бежать я была должна.

К тому моменту, как я добралась до скал, и ущелье главной пещеры появилось в поле зрения, я уже не чувствовала ног. Кто-то рылся у основания одного из деревьев, без сомнения это искали не-картофель. Человек отвлёкся при виде меня и затем бросился вперёд, когда я свалилась с ног и бухнулась на снег.

— Эй? — Кричал голос. — Кто здесь?

Это Клэр. Она жила с нами в Южной пещере, но когда у них с Эревеном случился резонанс, вернулась сюда. Я бы подняла руку и помахала ей, но для этого нужно было приложить чересчур много усилий. Я не удивлена, что она меня не узнала — я так закутана в меховые шкуры, что, вероятно, больше похожа на Чубаку, чем на Джози.

Она побежала в мою сторону, а я медленно села. Её глаза широко раскрылись при виде меня.

— Джози? Что ты тут делаешь? — Она всматривалась в горизонт, ища ещё кого-нибудь из тех, кто мог бы быть со мной. Ветер трепал её плащ и она прижала его сильнее к телу. — Где остальные?

— Я одна. — Я тяжело восстанавливала дыхание. Когда она протянула мне руку, я на неё опёрлась и встала на ноги. — Надвигается большая буря. Мы должны всех предупредить.

— Большая буря?

Я кивнула.

— Мы видели прогноз погоды на экране старого разбитого корабля. Я расскажу подробнее внутри.

***

Вскоре я уже пристроилась возле главного костра, закутавшись в тёплые сухие меха. Джорджи суетилась около меня, подавая чашку горячего травяного чая мне в руки и предлагая мне ещё подушки, будто мой зад такой большой, что на одной не поместится. Вэктал и ещё несколько охотников послали кого-то собирать про запас топливо для костров, чтобы пополнить запасы перед циклоном, надвигающимся на нас. Клэр и другие человеческие женщины отправились выкапывать ещё не-картофель, прежде чем его укроет снегом, а Стейси нянчилась с малышами в её отдельной пещерке. Все были заняты.

— Не могу поверить, что ты добралась сюда сама, — восклицала Джорджи, забирая у меня полупустую чашку с чаем и подливая новый. Её пухленький, непоседливый ребёнок был прикреплён к её телу с помощью длинного материала, сложным образом обкрученного вокруг неё. Она протянула мне лепёшку из не-картофеля и уселась рядом со мной. — Я имею в виду… ты прошла всё это расстояние сама? Это же безумие!

— Справедливости ради скажу, что сюда я добиралась только от Пещеры Старейшин. Это действительно заняло лишь полдня. — Я поскромничала, конечно. Я измотана, но горжусь собой. Тут людей считают очень слабыми, не имеющими особых способностей, поэтому мы и не ходим никуда без сопровождения. Я же прошла такой путь перед надвигающейся бурей! Чувствую себя прямо таки героем. Я пропела несколько строк из песни Кристины Агилеры "Fighter", как похвалу себе, что я могу! Но потом другая мысль пришла мне в голову и я захихикала. — Хэйден на дерьмо изойдёт, когда узнает об этом, не так ли?

— Вы, ребята, всё ещё препираетесь? — Она послала мне раздражённый взгляд и поправила свою обмотку, т. к. её малышка запуталась и махала кулачками. Проклятье. Она выглядит такой замужней мамочкой.

— Срёт ли медведь в лесу? Конечно мы препираемся. Он дышит, я дышу и до тех пор, пока это так, мы с ним воюем.

— Джози, ты должна успокоиться. — Взгляд, которым она на меня посмотрела, был практически материнским, что странно, ведь мы одного возраста. — Мы все вновь соберёмся в главной пещере, поэтому нужно стараться поддерживать хорошие отношения в таком большом количестве народа. Я не прошу вас стать лучшими друзьями. Я просто говорю… не задирайся с ним, хорошо?

— Да всё, что бы я не делала, бесит его, — сказала я ей, отпивая свой чай. Где-то дальше заплакал ребёнок и я почувствовала укол тоски. Дети тут главное, у нас появляется много новорождённых благодаря случившимся резонансам и спариваниям, которые постоянно случаются с тех пор, как мы тут приземлились.

Случаются со всеми, кроме меня, конечно. Ну и Тифани тоже, но я так понимаю, что она не хочет этого. А я? Я хочу мужчину и семью больше всего. Больше, чем чизбургеров, оставшихся на Земле.

— Ты же тоже его подкалываешь, — сказала Джорджи. Её ребёнок в этот момент срыгнул и я почувствовала небольшой укол зависти при виде этого. Она скривила лицо и схватила полотенце, которым вытерла верх своей одежды и кругленькое синенькое личико ребёнка. — Я просто говорю…

— Знаю, знаю, — прервала её я, не желая снова выслушивать нравоучения. Это такие же самые лекции, которые постоянно читает мне Кира. — Но ведь, не только я это делаю. Я могу ему даже улыбнуться и сказать "доброе утро", но он и это воспринимает как-то не так.

И вообще, есть в нём что-то такое, от чего я… всё время напрягаюсь и чувствую себя нерешительной. Словно моя кожа начинает зудеть при виде его или я вот-вот лопну. Он меня раздражает и всегда, когда я его вижу, меня так и распирает от вредности, излучаемой относительно него.

— Но я постараюсь.

Я соврала. Терпеть не могу Хэйдена. Не знаю, почему всех так волнует, что мы с ним не ладим. Мы же не обязаны держаться за ручки и напевать "Kumbaya", или жить вместе. Мы просто сосуществуем, при этом ещё не убили друг друга, и это большое достижение за последних полтора года.

— Ладно, в любом случае, я рада, что ты здесь. — Она растянула обмотку и достала свою Тали, посадив на колени, быстрыми и ловкими движениями сменив подгузник. — Приятно увидеть тебя и к тому же, ты была настолько смела, раз пришла и предупредила всех. Говоришь, Таушен отправился в Южную пещеру?

— Да и, слава Богу, что он пошёл туда, т. к. было трудно бежать сюда всё время. Даже не могу себе представить, как бы я ковыляла целый день, если бы ушла в другую пещеру. — Мой скаутовский компас спас мой зад не единожды. А ещё я была невероятно удачлива найти тропу со множеством следов, которые и вывели меня сюда. Это очень помогло, хотя вслух я в этом никогда не признаюсь.

— А Тифани и Салюх? — Она закрепила на Тали подгузник и снова подняла малышку, улыбаясь и прижимаясь к её крошечному носику, затем посмотрела на меня. — Ты сказала, они были с вами на том старом корабле?

— Упс.

— Они остались?

— Тиф повредила лодыжку и Салюх остался, чтобы помочь ей. — Я закусила губу. — Уверена, что они спарятся.

Глаза Джорджи расширились от удивления.

— Ой. Но я думала, что с ней флиртовали другие парни. Что по поводу Хассена и Вазы?