Высокий парень с толстой шеей подкрадывается сзади к Ашеру, держа разбитую пивную бутылку в руке, и я подбираю стеклянный бокал с пола и швыряю его в голову парня. Бокал врезается ему в лоб, и он роняет бутылку, а затем падает на пол, как мешок картошки.

Ашер бьет противника в лицо, и кровь стекает у него изо рта. Он повторяет движения снова и снова, до тех пор, пока парень не теряет сознание.

Ашер тяжело дышит, яростно сжав руки.

- Прости, Эмбер... я просто...

Я хватаю его за руку и веду к задней двери.

- Фил собирался звонить в полицию... я не могу попасться в этом хаосе. Я уже на испытательном сроке.

Я толкаю дверь, и мы глубоко вдыхаем свежий воздух, вырываясь наружу. Дверь захлопывается за нашими спинами, и шум драки становится не слышен. Задняя парковка находится вдали от шоссе, небо черное и свет от неоновых вывесок мелькает на наших лицах, делая нас призрачными.

Ашер поворачивается ко мне лицом, тяжело дыша, глаза дикие, грудь опускается и поднимается.

- Прости, Эмбер. Я не думал, что все выйдет из-под контроля.

Мое сердце стучит в груди. Я чувствую себя живой, на адреналине, будто я могу покорить весь мир.

- Все нормально. Верь мне, когда я говорю, что привыкла к дракам в баре. – я дотрагиваюсь кончиком пальца до его нижней губы. - Порезы у тебя на губах раскрылись. - я убираю кровь и начинаю тянуть руку назад, но он накрывает ее своей и прижимает к своим губам. Он целует мою ладонь, его взгляд пронизывает меня, заставляя чувствовать себя уязвимой, как он посасывает мою кожу и проводит по ней языком. Наше дыхание ускоряется в синхронном и совпадающем желании друг друга.

- Пожалуйста, блядь, скажи мне, что разрешишь мне поцеловать тебя прямо сейчас? - шепчет он с безмолвной мольбой в глазах. - Боже, пожалуйста... мне нужно...

Я киваю головой, и его губы обрушиваются на мои, но его прикосновения нежны. Моя кожа воспламеняется, когда я оборачиваю руки вокруг его талии и тяну к себе, сокращая расстояние между нашими телами. Мои губы и его язык скользят так глубоко, что он может ласкать меня своим колечком в языке, отчего я издаю прерывистый стон.

Он слегка отстраняется, глядя мне в глаза, а затем рычит, когда его пальцы обхватывают мои бедра, и он поднимает меня. Я оборачиваю ноги вокруг него, пока он продолжает поглощать мой рот, прижав меня спиной к стене, в тень и отблески неонового света. Между нашими телами не осталось места, и я чувствую, как его твердость прижалась ко мне. Я извиваюсь, горю, задыхаюсь, пока он меня целует и дарит чувство восторга от головы до пяток. Его руки зарываются в мои волосы, затем опускаются на шею и, наконец, останавливаются на бедрах. Затем он скользит рукой по моей рубашке, и касание посылает разряд электричества по моему позвоночнику. Он вцепился в меня будто я его спасательный круг, словно если он отпустит меня, то утонет.

- Я хочу вечно целовать тебя, - стонет он у моих губ и крадет мое дыхание.

Мы будто спустили с привязи голодного зверя в каждом из нас. Я жажду его. Сейчас. Я слишком долго ждала, чтобы получить возможность быть так близко к кому-нибудь и мне нужно быть ближе, прямо в эту секунду.

- Ашер, - шепчу я напротив его губ. - Прикоснись ко мне, пожалуйста.

Он не спорит, его рука движется по моей спине к моему животу, я крепче сжимаю ноги, чтобы не упасть. Он прижимает меня к кирпичной стене, в то время как его губы двигаются напротив моих, а его рука скользит под рубашкой к моему лифчику. Подсунув под него руку, он проводит большим пальцем по моему соску, который мгновенно твердеет.

Я бормочу его имя, мои глаза закрыты, голова откинута назад.

Он мягко зажимает мой сосок, в то время как другая его рука путешествует по моей спине к заднице, и мои ноги еще больше сжимаются, когда ударная волна тепла закручивается внутри моего тела. Я вскрикиваю, когда его рука отпускает мою грудь и направляется к животу, затем он опускает её вниз, под пояс моих джинсов. Мои ноги падают с его талии и ударяются о землю. Но мы не разрываем связь наших губ и тел, его рука по-прежнему внизу и через несколько секунд он скользит пальцем внутрь меня.

- Черт...- стонет он, начиная двигать пальцем. Его губы отрываются от моих и путешествуют вниз. Моя шея изгибается в сторону, когда он целует мою ключицу. Я не могу проверить, что это происходит... это чувство намного лучше, чем даже молчание смерти.

- Ашер... - я начинаю задыхаться, когда он дергает вниз мою рубашку вместе с лифчиком и начинает посасывать мою грудь, что, наконец, толкает меня через край.

Я хватаю его за плечи, выкрикивая его имя. Одной рукой он придерживает меня за талию, удерживая от падения на землю. Я задыхаюсь, ошеломленная произошедшим, когда я прихожу в себя, моя кожа влажная, а грудь вздымается.

Ашер вытаскивает палец из меня, но удерживает свое лицо возле моей груди. Я чувствую, как его дыхание скользит по моей коже, как он жадно вдыхает. Он ничего не говорит, и я собираюсь спросить его, что случилось, но звук сирены заставляет нас обоих вздрогнуть. Его глаза черны, как угли, а губы распухли, когда он отстраняется.

- Мы должны выбраться отсюда, - рычит он, выглядя так, будто снова готов поцеловать меня.

Я киваю и тяну рубашку и лифчик обратно на грудь. Держась за руки, мы бежим вдоль стены здания и быстро садимся в его машину. Красный и синий индикаторы мигают на темной стоянке и копы выскакивают из машин, крича на толпу людей, выскочивших за дверь.

Краем глаза, я смотрю на Ашера, и он встречает мой взгляд. Мое желание является зеркальным отражением его.

- Куда мы едем сейчас? - спрашиваю я, пристегиваясь ремнем безопасности.

Он пробегает колечком в языке вдоль опухших губ.

- Тебе придется подождать и увидеть.

Я откидываюсь назад и смотрю на деревья, впервые в жизни чувствуя себя живой и беззаботной. Я бы хотела ручку, чтобы записать этот момент и сохранить его навсегда. Я могла бы вспомнить эти чувства, когда смерть снова поглотит меня.

Мы едем по шоссе, немного болтая о драке, а “Forever” в исполнении Papa Roach тихо играет на заднем плане. (Papa Roach — американская рок-группа из города Вакавилль, штат Калифорния, образованная в 1993 году.) Ашер не задает вопросов о том, что было сказано в баре и когда он смотрит на меня, у меня такое ощущение, будто он видит ту девушку, что привезли в полицейский участок по подозрению в исчезновении своего отца.

Наконец, он сворачивает с главной дороги и паркует машину на повороте с видом на озеро. Гравий тихо шуршит под колесами. Воротником рубашки он протирает порез на губе, давая мне обзор на его прекрасно очерченные мышцы.

- Знаешь, эта ночь прошла не так, как я планировал, - говорит он, слизывая остатки крови с губы. - Однако не думаю, что променял бы ее на что-то другое.

Луна отражается на поверхности озера, временами ее отражение на водной глади дрожит от ветра. Вдалеке чернеют горы и силуэты деревьев.

- Как ты планировал, чтобы она прошла? - спрашиваю я, размышляя, хотел ли он когда-нибудь меня поцеловать и почувствовать меня изнутри.

Он опускает ручник.

- Чуть меньше драк в баре и больше поцелуев сзади бара.

Я решаю взглянуть на него, чтобы посмотреть, серьезен ли он и вижу, что он прожигает меня голодным взглядом.

- Как ты научился так хорошо драться? - интересуюсь я, щелкая ремнем безопасности, наклоняясь и приложив палец к его раненной губе. - Ты был великолепен.

Его челюсть напрягается.

- Меня научил мой отец.

- Да, меня мой тоже, - говорю я, опуская руку от его рта.

Он понемногу расслабляется, хотя его плечи по-прежнему напряжены.

- Да, я видел, как ты двинула коленом того парня... Ты совсем не колебалась.

- Колебание показывает слабость, - говорю я автоматически. - По крайне мере, так говорил мой отец. Он был «сделай-или-умри» парнем. – я замолкаю, нервно царапая шею. - Я не убивала его.