— В самом деле, это очень вероятно.

— Да, конечно, это так.

— Так вы думаете, что я могу и здесь набрать нужных мне людей?

— Я уверен, что можете; положим, что вам понадобится на это немало времени: сто человек, таких, как вам нужно, то есть честных, верных и отважных, не так-то легко найти; вы провозитесь несколько дней. Но вам стоит только сказать, что вы поведете их на помощь Валентину Гиллуа, и они с радостью пойдут.

— Так вы согласны помочь мне еще и в этом деле?

— Разумеется, я очень рад. Мы примемся за дело, когда вам будет угодно.

— Я к вашим услугам.

— Хорошо, но прежде условимся как следует, чтобы избегнуть всякого недоразумения. Вы думаете возвратиться в Новый Орлеан?

— Я должен непременно.

— Так вот что мы сделаем: мы воспользуемся несколькими днями, которые вы еще проведете здесь, чтоб набрать как можно больше людей. Вы знаете условия найма?

— Не имею ни малейшего понятия, я буду очень благодарен вам, если вы мне их сообщите.

— Так слушайте: сто долларов в месяц и двести долларов вперед, если их нанимают на три месяца. Только так как вы ищете людей избранных, то я бы советовал вам не скупиться и дать даже больше, если только возможно.

— Ну, за этим дело не станет! Я назначу по сто пятьдесят долларов в месяц и триста вперед; кроме того еще премию в сто долларов каждому по окончании экспедиции. Нанять их надо на три месяца, и хоть бы экспедиция окончилась раньше срока, они все-таки получат и жалованье, и награду.

— Условия очень хороши, и за такое жалованье нечего сомневаться, что я достану подходящих людей; только предупреждаю вас, что это обойдется очень дорого. Судите сами: это составит сумму в пятьдесят пять тысяч долларов.

— Э, не все ли равно, какая сумма! Главное, удалось бы дело! Дон Луис, Валентин Гиллуа и я — все мы богаты.

— Отлично. В таком случае вам нечего возвращаться. Когда люди будут наняты, я укажу им место, где вы их встретите.

— Право, мне совестно: вы так добры!

— Э, полноте! Я только стараюсь быть вам полезен, не больше. Мне так горячо рекомендовали вас, что я считаю приятною обязанностью служить вам.

— Надо бы так устроить, чтобы наша встреча произошла вблизи того места, куда нам надо отправиться.

— Или по крайней мере не слишком далеко. Я знаю только одно такое место.

— Какое?

— Торговая контора в штате Минозота, где вам легко будет также пополнить ваше войско, в случае если это нам здесь не удастся.

— Как называется эта контора?

— Форт-Снеллинг. Это маленький городок, еще наполовину индейский, где производится деятельная торговля мехами, он находится в самом центре поселений краснокожих, на границе области Высоких трав. Он всего в пятидесяти милях от Скалистых гор и недалеко от Красной реки.

— Браво! Место выбрано как нельзя удачнее. Но как мне попасть туда из Нового Орлеана?

— Ничего нет легче! Сообщение там превосходное! По железной дороге и на пароходе вы доедете почти до самого Форт-Снеллинга. Вы могли бы опять сюда приехать и отсюда уже отправиться, но это было бы гораздо дольше, а вы торопитесь.

— Ужасно тороплюсь! Так я вам дам теперь чек в шестьдесят тысяч пиастров на моих банкиров в Новом Орлеане, господ Артура Вильсона, Рокетта и Блондо; этот чек подпишет мой друг, чилийский консул, и мы сейчас же примемся за набор людей.

— Хорошо, это золото в слитках. Но зачем же шестьдесят тысяч долларов? Мне кажется, что это слишком много!

— Ничуть! Ведь надо еще каждого снабдить лошадью. Вы им дадите сейчас же по пятидесяти долларов на первые издержки.

— Отлично! Как вы щедро распоряжаетесь! При такой щедрости удаются самые трудные дела. Вот вам бумага, перо и чернила. Пишите!

Дон Грегорио написал и передал перо консулу, который присутствовал при этом разговоре, не произнося ни слова, и тот подписался, не заставив долго просить себя.

— Ну, вот и готово! — воскликнул маршал, пряча чек в свой бумажник, — теперь мы пойдем к банкиру, затем станем бродить по конторам. В это время как раз приходят охотники запасаться провизией на зиму; я уверен, что мы еще сегодня успеем набрать нескольких.

Все поднялись.

— Не забудьте, господин консул, — сказал маршал, — что сегодня ровно в шесть часов мы обедаем все вместе и затем отправляемся в оперу слушать «Puritani».

— Как же, я постараюсь не опоздать, — ответил консул.

— Если увидите дона Луиса, не забудьте, пожалуйста, напомнить ему о моем приглашении.

— Постараюсь.

Все трое вышли, простились, консул повернул направо, а маршал и дон Грегорио — налево.

— Что случилось с нашим освобожденным? — сказал, смеясь, маршал, обращаясь дорогой к дону Грегорио. — Он должен был сегодня завтракать с нами и не пришел.

— Он очень рано куда-то отправился. Когда я встал, слуга передал мне записку от него, в которой он сообщает, что ему необходимо уйти, и просит меня не беспокоиться и извиниться за него перед вами.

— Ему следовало бы остерегаться, — ответил маршал, — он имеет дело с подлецом, который будет пользоваться всяким удобным случаем, чтоб навредить ему.

— О, что касается этого, я ничуть не беспокоюсь: хотя он кажется таким молодым, он постоит за себя; его отец, который обожал его, дал ему воспитание настоящего лесного жителя; он одарен недюжинной силой, замечательной ловкостью в телесных упражнениях и владеет оружием в совершенстве. Я видел, какие необыкновенные штуки он выделывал, сидя на лошади. Притом еще он обладает львиной храбростью и хладнокровием, которое ему никогда не изменяет. Если бы Жозуа Левис напал на него, он встретил бы сильный отпор.

— Если так, тем лучше! Впрочем, я уже видел его раз в деле и, признаюсь, был поражен. Он руководил этим возмущением негров с замечательным умением и хладнокровием. Без нашего вмешательства плантатору бы несдобровать. Право, я не был бы недоволен, если бы он его хорошенько проучил.

— Я боюсь, что он намеревается это сделать: он ужасно злопамятен и, наверное, захочет отомстить ему, прежде чем уедет из Сен-Луи.

— Это очень естественно: ему есть за что мстить. Но вот мы уже подошли к конторе. Войдем.

Этот банкир торговал также мехами. Он принял обоих посетителей очень хорошо, охотно разменял чек и, когда узнал, что нужно дону Грегорио, обязательно предложил свои услуги.

— У меня, кстати, есть в конторе несколько луговых охотников, которые пришли менять меха, — сказал он. — Если хотите повидаться с ними, я вас провожу Может быть, они согласятся.

Посетители приняли приглашение. Банкир повел их в свою контору; там была целая толпа; маршал отличил в ней с двадцать лесных охотников, которые своим диким видом и странной одеждой резко выдавались между другими.

— А знаете вы этих людей? — спросил маршал у банкира.

— Еще бы! Я уж несколько лет с ними ведаюсь и вполне могу отвечать за их честность, вы совершенно спокойно можете их нанять, конечно, если они согласятся. Хотите, я поговорю с ними?

— Я буду вам очень благодарен, — ответил дон Грегорио.

— Эй! Том Трик! — закричал банкир. — Подите-ка сюда, дружище! Вам хотят предложить кое-что.

— К вашим услугам, мистер Гри-Уиль, — ответил, приближаясь, охотник.

В нескольких словах ему объяснили, в чем дело.

Охотник призадумался на минуту, но скоро обернулся к тому месту, где сидели его товарищи, и, возвысив голос, закричал им:

— Эй, вы! Идите сюда! Я расскажу вам новость.

Охотники протиснулись сквозь толпу и приблизились.

Это были все люди сильные, энергичные и в самом цветущем возрасте.

— В чем дело? — спросил один из них с глубоким поклоном.

— Вот что: по-видимому, Валентин Гиллуа, Искатель следов, предпринял экспедицию в Скалистых горах около Воладеро Серого Медведя, между рекой Ветром и…

— Красной? Знаю, — ответил другой.

— Ну, так теперь наш друг стеснен там и призывает нас на помощь.

— Да уверен ли ты, что это правда?

— Правда, Джонсон, правда.