Полицейский долго составлял протокол, затем проверял наши доку­менты, а когда увидел Викин паспорт, прицепился к ней за просрочку пребывания в США, но когда узнал, что Вика приехала в гости к Хали Эверин, извинился и отстал от неё.

‒ Мэм! – закончив все дела, обратился он ко мне. – Вам нельзя садиться за руль, пересядьте в нашу машину, мы доставим Вас домой, а Вашу машину поведёт наш со­трудник.

Вечером из Нью-Йорка позвонила Галина:

‒ Лидочка! У тебя всё в порядке? Ты не пострадала?

‒ Галя, мы с Викой в полном порядке! А откуда ты так быстро обо всём узнала? От тебя ничего нельзя утаить!

‒ А ты не пробовала посмотреть по телевизору блок новостей? Там це­лый день вас показывают! Вы с Викой теперь герои дня, спасшие жизнь богатому американцу!

Я включила телевизор и настроилась на канал новостей.

‒ Сенса­ция! Русские красавицы спасают Америку! ‒ донеслось из телевизора. ‒ Пострадавший в автокатастрофе Дэйв Хоггарт, владелец гости­ниц, кафе и ре­сторанов, миллионер из Бэркли, входящий в сотню самых богатых людей Америки, был спасён мужественными русскими девушками. Лида Эверин, сестра известной в деловых кругах Америки бизнес-леди Хали Эверин, не пожалела своего роскошного лифчика "The Red Hot Fantasy Bra" от Victoria's Secret ‒ производителя самого дорогого женского белья в мире, для спасения самого завидного холостяка Америки, разбившего уже не один десяток женских сердец!

‒ Теперь вы звёзды! ‒ вздохнула Галина. ‒ Ну что ж, го­товьтесь, или не выходите из дома вообще, или оденьтесь поприличнее и заготовьте обращение к благодарному народу Аме­рики!

Галина как всегда была права. На улице нас ожидала огромная толпа журнали­стов, одни лезли в дверь, другие заглядывали в окна. Мне ничего не оставалось, как выйти к ним и ответить на все их вопросы: кто мы и что мы делаем в Америке, куда мы ехали в тот день, нравится ли нам Америка, в восторге ли мы от Сан-Франциско, какие у нас планы на бу­дущее и ещё сотню других, не менее глупых вопро­сов. Я отвечала с достоинством, позируя пе­ред каме­рами прелестными ножками в коротенькой юбке и красивым бюстгальтером, видневшимся в глубоком декольте моей блузки. Вика тоже что-то говорила, крепко вцепившись в своего Джона, на деле оказавшегося обыкно­венным русским Ваней из Нижнего Новгорода ‒ в Америке он рабо­тал по контракту в корпорации «In­tel» уже более пяти лет.

Все вечерние газеты пестрели нашими фото. Обо мне писали, что я училась в университете Сан-Фран­циско, была капитаном сборной университета по волейболу, сейчас занимаю пост вице-президента Аме­рикано-Россий­ской компании с обо­ротом в триллионы долларов, а моя сестра, коренная американка рус­ского происхождения, является президентом этой компании. В теле-новостях постоянно расска­зывали о той жуткой аварии, смакуя её во всех подробностях, выкладывали всё новые и новые факты «небывалой для Америки трагедии» и непрерывно крутили ролик, где я, гордой óрлицей, восседаю над истекающим кровью первым женихом Америки Дейвом Хоггартом, прикрывая его своей роскошной голой грудью. Все мои фотографии в газетах снабдили броскими заголовками:

«РУССКАЯ КРАСАВИЦА СПАСАЕТ АМЕРИКУ!»

 «ЛИФЧИК ЗА$ 60 000  ВМЕСТО ЖГУТА!»

 «ПОСЛЕДНИЕ МИНУТЫ ХОЛОСТОЙ ЖИЗНИ МИЛЛИОНЕРА!»

Боже храни Америку!

Вика теперь целыми днями где-то пропадала, а вечером нам с Галиной без умолку рассказывала, ка­кой у неё умный и красивый Джон. В один прекрасный день она нам по­звонила и радостно сообщила, что не придёт домой ночевать, чтобы мы за неё не вол­нова­лась, но мы с Галкой были за неё абсолютно спокойны, потому что знали, что она находится в надёжных руках.

А мне позво­нили из госпиталя, где лежал Дэйв Хоггарт, и попросили к нему приехать, вежливо объяснив, что Дэйв пришёл в сознание и хочет видеть свою очаровательную спасительницу.

‒ Галя! Что мне надеть? ‒ тут же запаниковала я. ‒ Я ещё никогда не прове­дывала раненых миллионеров в больнице!

‒ Кошмар! Что делается! ‒ рассмеялась Галина. ‒ Что хочешь то и надевай, только оденься, пожалуйста, поскромнее, ты же не на свидание идёшь!

Если бы она только знала, насколько судьбоносными оказались её слова! Увидев меня впервые, Дэйв, с перемотанным до глаз лицом, сразу в меня влю­бился. Так у нас начался больничный роман. Я наве­щала его каждый день. Дэйв дарил мне огромные букеты цветов и, взяв меня за руку до самого вечера не выпускал её из своих ладоней, а когда через неделю его выписали, он пригласил меня к себе погостить. Я, конечно, очень смутилась, тем-более, что это событие собирались транслировать по всем телеканалам, но приглашение приняла и прямо из больницы поехала к нему домой. Гостила я у него не так уж и долго, всего-лишь какой-то ме­сяц, а когда настало время уезжать, Дэйв сделал мне пред­ложение стать его женой и уже через неделю мы с ним помолвились! Я была настолько счастлива, что казалось в целом мире счастливее меня никого не было, за исключением разве-что только моей дорогой МАМЫ-Гали!

Аналогичное предложение получила и Вика от сво­его Джона, но наши визы закончились, и мы должны были возвращаться в Рос­сию. День нашего бракосочетания уже был назна­чен, гости при­глашены, но нам необходимо было вернуться домой, чтобы ула­дить свои личные дела. Вике необходимо было оформить раз­вод с Вади­мом и получить «Green-card», так называемый, «вид на жительство». В отличие от неё, мне было намного проще, я получала ПМЖ в Америке на основа­нии брака (виза К-1 выда­ется людям, которые приезжают в США с целью бракосочета­ния и на данную визу не существует каких-либо квот). Наши петиции должны были рас­сматриваться в службе натурализации и иммиграции в течение нескольких месяцев, но мне на по­лучение визы «невесты» не нужно было доказывать отсутствие своих иммиграционных намере­ний, так-как в Американском посольстве и так уже все пре­красно знали, почему я намерена остаться в Америке и за кого я выхожу замуж. Брак с гражданином США давал мне все права на статус постоянного жителя. Мне оставалось только пе­редать дела на фирме своему преем­нику.

* * *

Однажды ночью мне стало плохо. У меня началась тошнота и я засела в туалете. МАМА, как всегда, была начеку. Она тут же при­бежала ко мне и как опыт­ная в этих вопросах женщина, лишь потрогав мой набрякший сосочек, сразу же вынесла при­говор:

‒ Ну, вы девки, даёте! Одна у себя в комнате блюёт, другая в туалете закрылась! Давайте, марш обе ко мне в комнату, за вами теперь нужен постоянный присмотр!

Боже! А я думала, что это у меня задержка такая! Значит, я бере­менна? И Вика тоже? Ну мы и дали по гастролям в США!

МАМА, выхватив из наших рук справки о беременности, унес­лась в посольство и уже через пару дней у нас были все необ­хо­димые документы.

Вику развели за один день. Вадим был недоволен, но вынужден был смириться со случившимся и дал своё согласие на развод.

Перед отлётом с нами пришли по­прощаться все наши друзья. Вадим печально смотрел на Вику ‒ очень со­жалел, что наделал в жизни столько глупостей. В погоне за сию­минут­ным удовольствием он потерял и любимую жену, и семью и своих мно­гочисленных любовниц. Пришли и Дмитрий Степанович с Генкой. По просьбе мамы, Дмитрий Степанович заставил следователя возобновить дело о гибели в ДТП дочери нашей Нади. Виновник был быстро найден, его и искать не надо было ‒ все прекрасно знали и понимали, что в этом деле всё ре­шили деньги, но на этот раз у него денег не хва­тило, потому что адвокаты подали на него иск в суд за нанесение и морального ущерба, и физического, и ещё кучу всяких разных исков, на заоблачную сумму, близкую миллиону долларов. Суд принял иски и вынес решение удо­влетворить их в полном объ­ёме. Виновник получил восемь лет, а всё его имущество отошло к Наде в счёт погаше­ния обязательств по искам. Теперь она живёт в своём доме, вышла замуж за Николая, но всё так же работает в нашем доме и уходить пока никуда не собирается. Я сказала «пока», потому что она беременна и готовится стать мамой, а Николай скоро станет счастливым папой.