Так, Самаэль, Геката и Хель вышли на путь к источнику, ища ошибку в этой, как казалось, идеальной системе. Древний путь из созвездий был пуст, хотя обычно там стремительно летели тысячи и тысячи душ, которые жаждали вернуться домой или поскорее узнать истину. Впереди был лишь бледный свет давно погасшей звезды, на которой проживали последние Рароги. Они-то и предложили использовать источник душ и следили за тропой до самого конца и падения их звезды. Но их свет все еще отголоском светит заблудшим и дарит ответы на вопросы. В данный момент где-то там рождается новая звезда, которая, возможно, подарит свой яркий свет, когда призрак предыдущей совсем угаснет. Геката плыла по темному полотну мира, оглядывая каждый уголок, каждую звездочку, но все было пустым и словно мертвым. Тогда ее впервые посетила мысль, что не Светлый строит козни, а умирает Древо Жизни, разросшееся за время, что прошло с создания первых звезд, планет и Земли. Она подняла свой фонарь выше, но его яркий свет не смог найти потерянные души.

– Мы пришли поздно, тут ничего нет. Будто их просто увели, они не боролись, не боялись, – Хель, шедшая гигантскими шагами, подмечала каждый неровный поворот, каждый, хоть и очень слабый, запах душ. Она сняла с пояса связку ключей, которая оглушительно звенела и мешала сосредоточиться богине. Один из ее глаз был настолько светлого цвета, что казался белым, с помощью него Хель могла смотреть за завесу, но и там не было следов потерянных душ. – Странно все это, Самаэль, не похоже на работу Светлого, скорее… – Она глубоко вздохнула, проглотив предположение, и остановилась. Ей все больше и больше казалось, что их всех унес Нагльфар к берегам давно затерянного во времени ее царства. Но такого быть не может, корабль из ногтей разбился о скалы, а ее царство теперь Пустота и больше нет ничего.

Самаэль коротко кивнул ей в ответ. Он, кажется, знал, где образовалась ошибка. Темный стремительно летел, его мантия развивалась и периодически хлопала. Он все понял, не Светлый все это учинил, он бы не додумался до такой гениальной подлости.

– Согласен, это не Саваоф. – Задумчиво сказал Темный. – Ему не выгоден упадок Иии, самый большой культ на ней посвящен единолично ему и только ему, а вера питет Саваофа, делая сильнее. Чем меньше людей, тем меньше веры в него, и это он прекрасно понимает. – Самаэль сжал руки в кулаки. Сейчас ему нужно собрать всю дипломатичность и терпение, чтобы только пообщаться с виновником. Великий Темный прекрасно знал, что если и есть сила способная задержать живых, то это обыкновенный сон. – Мне кажется, что это все сделал Песочник.

– Возможно, но он, зная его любовь к пафосу, он бы не смог так долго сидеть ровно. – Геката повернула одну из голов к Самаэлю, взгляд ее суровых глаз заставил Самаэля немного запнуться. – Но даже если это он, то что-то же нам теперь делать с этим?

Как действовать дальше Самаэль прекрасно знал. Ему был знаком прожорливый до людских снов Оле Лукойе. Он хитер, но чрезмерно высокомерен и часто недооценивает оппонентов. С таким мирно можно только торговаться на рынке, но никак не вести политические беседы. Его не сильно любили Старые Боги, а Духи совсем не уважали его. Он пропал на долгие годы, и все уже давно думали, что он мертв. Как он сумел в одиночестве выжить в бескрайней вселенной, не было секретом, но как он остался незамеченным, было интересным вопросом. Нужно было как можно скорее найти его логово, а там останется только изгнать его навсегда или просить все-таки присоединится к союзу Старых Богов, а для этого придется пойти на совершенно зверские уступки.

– Хель, давай, я открою. Думаю, есть одно место, где он бы хорошо мог затаиться. – Темный остановился рядом с великаншей. Он встал на ноги и, приняв из ее рук ключи, Самаэль аккуратно взмахнул длинным ключом из темного металла. Он старательно пытался представить то место, когда-то он и сам там прятался, копя в своем сердце боль, страх и тьму. По темному полотну пространства пошли трещины, а после открылась огромная скважина. Оттуда потянул серо-желтый туман, боги отступили от него в омерзении. Смог был словно осязаемым, скользким и липким, его было так много, что некоторое время было ничего не видно. Темный не ожидал увидеть настолько разросшиеся силы Песочного человека.

– Здравствуйте, друзья! – Мерзкий, слащавый голос отразился от тумана и эхом пронесся по темному залу. Сложно поверить, но раньше он дарил хорошие сны. – Я не ожидал вас так поздно. Что вас задержало? – Боги аккуратно ступали по залу, пока не заметили длинный стол, в изголовье которого на странном и немного страшном кресле сидел Песочный Человек, он хищно улыбался своим гостям.

Мужчина держал в руках вилку и нож, а на тарелке у него лежал маленький светящийся огонек. Оле Лукойе грациозно отрезал от него кусочек, раздался жалобный, полный боли звон, а когда Песочник насладился этой музыкой, он отправил деликатес себе в рот. Вокруг летали тысячи светящихся баночек разных форм и размеров. В них были похожие огоньки, некоторые из них бились о стенки, а другие же были словно погружены в сон. Пыльный туман здесь был гуще, он тошнотворно пах мертвечиной, он застилал полностью пол. Свет звезд сюда не попадал: пространство вокруг казалось холодным и страшным. Песочный человек встал из-за стола, отодвинув в сторону кресло, которое тут же растворилось, и пошел богам навстречу. Он аккуратно поправлял манжеты белой рубашки, которые выглядывали из-под черного пальто, подол которого был украшен звездным узором. На одной из рук у него висел темно-синий зонтик, обычно он на него опирался, отчего казался несколько ниже, но сейчас он гордо шагал. Песочный человек хотел показать свою власть тут, всем видом сказать, что тут господин он и никто ему более не указ.

– Приветствую тебя, брат, – ему навстречу вышла Геката. Каким бы не хотел выглядеть Оле Лукойе, ее сила и власть были настоящими, и от этого она была величественнее и прекраснее. Богиня колдовства смотрела прямо в черные глаза Песочного человека. – Думаю, ты прекрасно понимаешь, зачем мы сюда пришли. – Все три пары ее глаз устремились на банки. Она знала, что находится в склянках. На одну мечту у Гекаты теперь больше, она желала уничтожить, превратить в горячо любимый Оле песок его самого. – Что тебе нужно?

– О, мне уже ничего не нужно, потому что вы опоздали, – Песочный человек встал напротив богов, стараясь показать, что он теперь равный им, такой же значимый. Его тонкая фигура, практически прозрачная, говорила, что у него были очень сложные времена. Но его надменное выражение лица сообщало, что они уже прошли и теперь он хозяин положения. – Видите ли, если бы вы пришли раньше, все можно было бы исправить, но сейчас… Сейчас, чтобы одно из пророчеств сбылось остались лишь две детали. Ой, не смотрите так на меня, Геката, вы прекрасно знаете, о чем я. – Оле Лукойе откашлялся и загадочным голос начал цитировать древнее пророчество, хотя богам оно всегда казалось проклятием. – Когда на закате мирных дней с небес польется деготь, когда хрустальная гробница станет лишь фикцией, когда счастье потеряет голову, когда скомороший маг потеряет свой шутовской колпак, когда мертвец пройдет свой скорбный путь за гробом, а сын сможет солгать отцу! Тогда и только тогда над миром взойдет Холодная звезда и дальше будет только тьма! – Песочный человек истерично засмеялся. Он был похож на безумца. Но боги все же испуганно отпрянули.

Глаза Самаэля расширились, он резко понял, что как минимум два условия уже выполнены, а это значит, что и другие уже могли произойти, но никто просто не обратил на них внимания. Темный тряхнул головой, отгоняя эту мысль, черный дождь точно бы кто-нибудь заметил, да и мертвеца на похоронах. Даже если это и произошло, и механизм запущен, Самаэль уже готов к этой тьме. Жаль, но теперь придется раскрыть некоторые планы. Темный сжался внутри от злости, ему очень не нравилось выдавать своих секретов, он постарался сделать как можно более веселое лицо и со смехом в голосе заговорил: