Вместо приветствия он поднял массивную ладонь, не встречаясь ни с кем взглядом, а затем снова повернулся к Брэму. Очевидно, сюда он прибыл не для общения.

- Присаживайся, – Брэм махнул рукой в сторону свободного места за столом. – Голоден?

О’Ши отрицательно покачал головой:

- Я пришел поговорить. Мне нужны ответы.

- Что-то случилось с твоей семьей?

Мужчина медленно покачал головой, затем выдавил:

- Шепчутся, что Матиас вернулся.

Сидни нахмурилась. «Слухи? Конечно, Матиас вернулся. Как Тайнан мог не знать этого?»

Брэм поерзал на стуле:

- Ты спрашивал своего дедушку?

Тайнан пронзил его насмешливым взглядом:

- Был бы я здесь, если бы получил ответы?

- Официально, как член Совета, я не имею права…

- Черт с ним, с Советом! – неожиданно взорвался Тайнан. – Кто убил Орофу МакКиннет?

Откашлявшись, Брэм вздохнул. У Сидни сложилось впечатление, что он тянет время.

- Мы еще не определили точно…

- Правду, черт тебя дери! – От напряжения у мужчины вздулись вены. Его оливкового цвета лицо стало красным. Глаза бешено сверкнули яростью, угрозой и решительностью. – Это был Матиас?

- Ходят слухи, что некоторые из остатков Анарки пытаются посеять хаос.

- Я слышал, что и другие были атакованы! – обратил внимание О’Ши. – Люди утверждают, что видели Матиаса. Я видел тело Орофы, – на последних словах ему не хватило воздуха.

Сердце Сидни пронзило сочувствие к этому человеку. Мужчина по-настоящему страдал. Неистово, как будто желал смерти. И если сначала он сможет отомстить за Орофу, Тайнан О’Ши умрет счастливым человеком.

- Скажи мне чертову правду! – потребовал Тайнан.

То, что Матиас на свободе, должно быть в верхней строчке новостей магического мира. «Быть может, он живет в изоляции?» На его лице Сидни прочла выражение смятения и отчаянной потребности. Мужчина сжал руки, явно пытаясь сдерживаться. Воздух вокруг вибрировал от напряжения, и девушка не сомневалась, что О’Ши был близок к тому, чтобы взорваться.

- Ты знаешь, что мне не позволено говорить о том, что волнует Совет, – произнес наконец Брэм.

- Не морочь мне голову, – прорычал гость. – Я любил Орофу. Она должна была стать моей парой после прохождения трансформации в следующем году. Если этот чертов урод насиловал девушку, пока она не ушла в мир иной, я хочу продемонстрировать ему его же методы. Чем больше он почувствует боли перед смертью, тем лучше.

Сидни затаила дыхание. Айс тихо выругался. Герцог посмотрел на Брэма, ожидая ответа. «Неужели никто не скажет этому скорбящему человеку о Братстве Судного Дня?»

- Твою мать, ты собираешь подпольную армию? Слухи ходят. Я посетил семью Пуллманов после того, как на них напали. Один из соседей предположил, что вы можете начать сбор воинов для борьбы с Матиасом и сделаете это под носом у Совета. – О’Ши поднялся и прорычал. – Если вы сражаетесь, я с вами.

- Просто слухи, – негромко произнес Брэм.

У Сидни отвисла челюсть, но она держала рот на замке. «Почему Брэм лжет?»

Тайнан фыркнул:

- Только при крайних обстоятельствах я мог бы увидеть бесправных, вроде Рикарда, которые бы ужинали за одним столом с лигой Избранных. Для завершения картины вам нужен лишь ваш друг Лукан МакТавиш. Где он?

За столом повисла мертвая тишина. Сидни кусала губы. «Неужели эти люди не видят страданий Тайнана О’Ши? Почему они не помогают ему?» Сидни было больно за этого мужчину, который пережил опустошающую душу потерю. «Как они могут отмахиваться от этого человека так же легко, как и от правды? Кроме того, если против Брэма, Кейдена и остальных были сосредоточены такие силы, почему они не хотели принять в свои ряды еще одного воина?»

- Лукан получил травму, – сказала наконец Сидни, проверяя почву.

Каждый за столом повернулся в ее сторону, особенно О’Ши. Его пристальный взгляд сосредоточился на ней, пока она не почувствовала себя так, словно ее прижали к земле. «Упс, может быть, мне не следовало вообще говорить».

- И они вместе бьются с Матиасом, человек?

Сидни нахмурилась. «Как он узнал, что я человек?» Но сейчас не это важно. Девушка поймала взгляд Брэма, молча спрашивая, почему он не хотел говорить О’Ши правду. Наконец, светловолосый маг вздохнул:

- Отлично. Неофициально, да. Мы формируем команду – Братство Судного Дня, предназначенное защищать Дневник Судного Дня, сражаться с Матиасом, который возвратился из изгнания, и Анарки. Если ты расскажешь о Братстве своему деду, я буду отрицать перед ним и остальными членами Совета эту информацию до последнего своего вздоха.

- Почему я не могу стать частью команды, которая поможет мне отомстить за Орофу и не допустить, чтобы подобная трагедия случилась в других семьях? Я рад, что вы принимаете меры. Я знаю, что Совет не будет делать ничего, чтобы усмирить Матиаса. Они просто отрицают сам факт его существования, несмотря на то, что происходит.

О'Ши вытащил клочок бумаги из кармана. Сидни узнала бы его в любом месте и в любом виде. Это была ее статья о магическом мире, рассказывающая о битве в туннеле.

Девушка выдохнула:

- Вы читали мою статью? – слова слетели с губ прежде, чем она успела себя остановить.

- Эту и остальные из серии. – О'Ши пересек комнату, схватил Сидни за плечи и поднял со стула. – Ты репортер? Что еще ты знаешь?

Вдруг между ними встал Кейден:

- Убери руки от моей… девушки.

Тайнан смерил его презрительным взглядом:

- Очевидно, ты тоже МакТавиш.

- Кейден, младший брат Лукана.

Обезумевший мужчина сжал Сидни крепче:

- Пока кто-нибудь не даст мне информацию, я буду задавать вопросы ей. По крайней мере, она говорит со мной.

Убийственный взгляд, который О'Ши бросил на Брэма, немного охладил пыл Сидни. Он был чертовски серьезен.

- Она уже сказала тебе все, что знает, – протянул Брэм, будто бы совершенно не беспокоясь. Но она увидела напряженность в его плечах, как сжались его губы.

- Позволь мне сражаться рядом с тобой.

Тогда заговорил Кейден:

- Отпусти ее и проваливай. Здесь нужно больше, чем размахивать палочкой.

Тайнан поднял темную бровь:

- Что ты имеешь в виду?

- Назвался груздем – полезай в кузов, – проворчал Брэм. – Матиас вербует безвольных Анарки, для своей армии он использует человеческих солдат, вырывая их души из тела. Они не обладают магией и, похоже, невосприимчивы к ней, так что единственный способ победить их – использовать человеческие методы. Когда-нибудь дрался с человеком? Стрелял? Рубил кого-то на части мечом?

Незваный гость оглядел комнату, словно пытаясь понять, все ли знали об этом. Он отпустил Сидни:

- Я научусь.

Помедлив, Брэм покачал головой:

- Нет. Я не могу рисковать.

- Но пару недель назад никто из нас тоже не знал этих вещей, – вставил реплику Герцог.

- Я могу быстро его обучить, если он будет сдерживать свой темперамент, – добавил Маррок. – Эмоциональный воин небрежен в бою.

- Я сдержу его. Просто… черт, дайте мне сражаться. – Тайнан сжал руки на спинке богато украшенного стула так сильно, что побелели костяшки пальцев.

- Если я позволю тебе сражаться в наших рядах, и тебя убьют, твой дед сделает все, что в его власти, чтобы вышвырнуть меня из Совета и оторвать голову. Нет.

- Тебе нужны воины, – добавил Кейден. – Я не останусь. Лукан… – МакТавиш с болью пожал плечами, – он, возможно, уже никогда не сможет сражаться. Шок приходит и уходит.

- Шок Дэнзелл? – недоверчиво спросил О'Ши. – Его семья всегда поддерживала Матиаса? Разве он не на противоположной стороне?

Брэм не ответил. Вместо этого он повернулся к Кейдену:

- Твое мнение?

- Матиас очень быстро пополняет свои ряды всеми этими солдатами, которых он призывает. У тебя есть маг, готовый сражаться. Ты позволил биться всем остальным в этой комнате, хотя они и знают, что это грозит им смертью. Зачем менять правила специально для него?

Герцог указал пальцем на Тайнана: