- Мы думали, что вы только завтра подойдёте. – Билл Блэквотер, командир отряда скаутов, грел руки у костра и напряжённо всматривался в лица прибывших монахов.

- В монастыре дел никаких не было, вот мы и решили, что лучше тут подождём. – Я также присел к огню.

- Наши уже вышли, но будут на месте завтра, - недоверие никуда не исчезло из тона разведчика.

- Не переживай, - я ободряюще подмигнул воину. – Без вашей команды мы к озеру не пойдём. А ты не знаешь, есть ли тут поблизости какие-то данжи, где можно было бы развеяться?

- Есть, - наконец-то Блэквотер расслабился и, махнув рукой в сторону горного перевала, сказал: - Там, как подниметесь вверх, внизу справа будет небольшая расщелина, сквозь которую увидите долину. В ней живёт сотня гоблинов 65 уровня и в конце босс – шаман 70 уровень. Легко справитесь.

- Ясно, спасибо. – К сожалению, триадовцы уже зачищали данж и мы не получим плюшек первооткрывателей, но не сидеть же без дела. Я встал и обратился к соорденцам: - Народ, есть желающие прошвырнуться по небольшому данжу?

Набралось сто человек, у остальных заканчивалось время нахождения в игре или надо было в реале завершить дела. Учитывая наш уровень и количество, гоблины не создали бы для нас каких-то проблем. Мы уверенно взобрались на перевал и зашли в ущелье.

«Это только у меня мобы не агрессивные?» - Поинтересовался я в чате рейда.

Мы затаились за огромными валунами, разбросанными при выходе в долину из ущелья. В десяти метрах от нас три гоблина-охранника азартно играли в кости на щелбаны.

«У меня немного красные, - высказался Олег, аккуратно выглядывая из засады. – Я бы даже сказал не красные, а розоватые».

«Странно…»

«Да че тут странного-то? – Удивилась Настя. – Гоблины – разумная раса, только за них мало кто играет, больно уж они уродливые. Так что это не мобы, а нпс».

«А-а-а, - дошло и до меня, - получается, что у меня репа со всеми фракциями больше чем у вас прокачана. Значит… с ними можно поговорить».

«Серёга, ты что это задумал?»

«Попробую с гоблинами пообщаться. – Сказал я, выходя из-за камня. – Со слов Тогавы, возле Мёртвого Озера есть гоблинское поселение, может эти что-то подскажут».

- Бар! – крикнул гоблин-копьеносец, заметив меня. – Бар ан!

«Сам ты «бар-ан», - подумал я поднимая руки вверх и продолжая сближаться с коротышками. – Или, точнее, козел – колечко в носу и аромат… специфический».

Зеленокожие уродцы похватали своё оружие и угрожающе направили на меня. Ростом они были метр с кепкой… в прыжке… с табуретки. Сгорбленные, с удлинёнными кистями рук и стопами ног гоблины производили отталкивающее впечатление, особенно, когда начинали говорить, демонстрируя широченную пасть полную зубов, привычных к любой пище, от говядины до человечины и падали.

- Кер кезджими? – надрывался копьеносец, тыча в меня своей палкой.

- Вы об-щий по-ни-ма-ете, - раздельно произнёс я и обратился к друзьям в чате: – «Че они хотят? Кто-то знает гоблинский?»

«Похоже на дико извращённый Кхуздул (язык гномов)» – нашёлся Громыхайло.

«Так переведи!»

«А че ту не понятного? Тебя спрашивают: имя, фамилия? Звание? Номер воинской части? Где находятся ваши баллистические ракеты?»

«Мать!!! Какие ракеты?!»

«Да не кипишуй ты так, - хохотнул гном, - говорят: кто ты такой?»

- Сергей, - я потыкал в себя указательным пальцем, чтобы гоблины сообразили, что это моё имя. – Сергей Инок. Мир вам.

- Седжинок Мивам, - перековеркал уродец мои слова и спросил: - Кер курил.

В чате поднялся ржач: «Курилка» – надрывались соорденцы. К счастью, гном быстро взял себя в руки и перевёл:

«Че надо, спрашивают».

«Как сказать, чтоб они меня к шаману отвели?»

С горем пополам, при помощи гнома и интернациональных жестов охранники поняли, чего я от них хочу и отвели меня к шаману. Им оказался скукоженный, беззубый старик с кожей пепельного цвета. Шаман обосновался в небольшой пещерке в центре которой тлело кострище, а в дальнем углу валялась груда плохо выделанных шкур – ложе колдуна. Главное же, он знал общий язык.

- Пей, - старик протянул мне плошку со странным тягучим варевом, в котором плавали мелкие кусочки грибов.

Боясь оскорбит шамана отказом, я принял посудину и сделал осторожный глоток. К моему удивлению, вкус у варева оказался приличный, немного сладковатый. А вот эффект… торкнуло меня не по-детски. Картинка смазалась, и чтобы удержать равновесие, я присел на каменный пол пещеры.

- Я тебе помогу, - вещал старец, - если ты подсобишь мне.

- Сделаю всё от меня зависящее, - заплетающимся языком, пообещал я.

- Слушай же. Народ гобни жил в чудесной долине. В озёрах и реках было много рыбы, в лесах – видимо невидимо ягод, дикие пчелы давали мёд, а птицы делились яйцами. Гобни жили мирно, не зная что такое убийство или война, ведь даже хищных зверей в той долине никогда не было. Но однажды пришли эльфы и прогнали гобни из своего дома.

В горах, кроме грибов, ничего съестного не было, а как охотиться или обрабатывать землю гобни не знали. Настали тяжёлые времена, многие умерли. Перед старейшинами народа встал вопрос выживания.

- Я представляю женщин, которые могут иметь детей, - сказала Курсраси. – У нас двадцать три супружеские пары, их мы в расчёт не берем. Остаётся четырнадцать девушек и девятнадцать мужчин. Я предвижу серьёзные проблемы.

- Курсраси, что ты предлагаешь? – осведомился вождь Темханикс.

- Если двое мужчин воспылают страстью к одной и той же женщине, пусть они в честном бою решают, кто наиболее достоин этой чести.

- Я согласен, - сказал шаман племени Подзобер, - так только лучшие продолжат свой род.

На вершине холма была неглубокая впадина — естественная арена. Зрители расселись по краям. Роль арбитра взял на себя шаман, который мог заодно оказать первую помощь участнику состязания. Главным призом была Курсраси.

Темханикс посмотрел на готовящихся к бою зеленокожих соперников. Он знал обоих: Флемзетор придумал как сделать каменное копье, а Гизлоникс (как минимум на семь лет старше Флемзетора) был собирателем.

- Я уверен в победе Гизлоникса, - заявил хромой гобни, расположившийся рядом с Темханиксом. — Сопляк долго не продержится. Его поколение не умеет драться, а Гизлоникс знает все приёмы кулачного боя.

- Флемзетор в лучшей форме, — отпарировал вождь. - Он ни минуты не сидел без дела, а Гизлоникс только объедался грибами и валялся на траве. Смотри, какое у него брюхо!

- Здоровая упитанность ещё никому не вредила, - обиженно ответил хромой, поглаживая собственную выпуклость.

- Не кусаться, не выцарапывать глаза! - Провозгласил рефери Подзобер. — Пусть победит сильнейший!

Флемзетор вздрогнул, нерешительно шагнул вперёд и ткнул кулаком в незащищённое лицо Гизлоникса. Удар получился несильный, но, видимо, болезненный. Гизлоникс прикоснулся к носу и с недоумением уставился на струившуюся по пальцам кровь. Осознав случившееся, он зарычал, как раненый бык, и прыгнул, намереваясь сокрушить противника одним махом...

Что-то заставило Темханикса поднять голову. Вряд ли его привлёк какой-то звук — толпа ревела, громче стада некормленых баранов. Когда вождь поднял голову, он... остолбенел. Над ареной парил дракон. Неуловимым движением ящер опустил лапу прямо на сцепившихся соперников и схватил всех, кто был в центре выемки. Увидев это, остальные гобни убежали под землю и стали жить там, назвавшись гномами – забывшими родичей.

Условия, в которых оказались пленники, выгодно отличались бы от покинутого ими негостеприимного места, если бы не ненужная доброта и заботливость хозяев зверинца. Клетка, где сидели трое мужчин, с замечательной точностью воспроизводила климатические условия гор, где происходила схватка за самку. Из отверстий в крыше беспрерывно просачивались капли до отвращения тёплой воды, от которой не спасали два унылых папоротникообразных дерева. Дважды в день дверца клетки приоткрывалась, и пленникам давали грибы, точно такие же, как в пустынных горах.