- Я хочу, чтобы ты видела детей каждую вторую ночь и день. Ладно? Вы с Куином разделите физическую опеку 50/50, и сообща будете нести ответственность за все решения касательно их благополучия.

Лейла быстро заморгала, осознавая, что каждая часть ее тела дрожит.

- Так я не отстранена.

- Нет, не отстранена.

- О, мой Повелитель, благодарю вас, - она прикрыла рот ладонью. И заговорила в свою руку. - Я не смогла бы жить без них.

- Я знаю. Я понимаю, поверь. И Святилище обеспечит безопасность.

Лейла отшатнулась.

- Простите, что?

- Ты перенесешь их в Святилище и останешься с ними в личных покоях Девы Летописецы - она ими больше не пользуется, черт подери. Это самое безопасное место для вас троих, потому что это даже не на этой планете, а Фьюри и Кормия заверили меня, что ты как Избранная легко сможешь перемещаться туда-обратно с детьми - тебе всего лишь нужно взять их на руки и переместиться, - Роф покачал головой. - Куин просто с цепи сорвется, когда я выложу ему это, но он не сможет оспорить их благосостояние, если они будут находиться там, наверху. А когда они не с тобой - ты вольна идти куда угодно, быть с кем угодно, и ты можешь использовать это место как дом.

Последовала пауза, и Лейла покраснела.

Потому что Роф точно знал, что она захочет сделать и с кем. По крайней мере, пока Кор не отбыл в Старый Свет.

- Да, - медленно произнесла она. - Да, да, воистину.

- Одна оговорка - ты должна будешь возвращать их, когда придет время Куина. Как и он должен будет вернуть их, когда наступит твоя ночь. Вы оба должны будете уважать расписание.

- Абсолютно. Им нужен их отец. Он занимает важное место в их жизнях. Я не стану этому препятствовать.

И Роф был прав. Теперь, когда с нее по сути сняли обвинение в измене, главным аргументом Куина против ее контактов с детьми станет то, что она не может находиться с ними в доме Братства, и нигде больше, ни в безопасном доме, ни в убежище, ни в здании, пусть даже оно охраняется сотней тысяч Вишесов, не будет так безопасно, как в том особняке.

Решение проблемы? Покинуть планету.

В конце концов, на Святилище было всего одно нападение, где-то двадцать пять лет назад. И это был заговор мятежных членов глимеры, которых уже нет в живых.

Они с Лирик и Рэмпом будут там в безопасности и счастливы. И все эти цветы, зеленая трава, мраморный фонтан и храмы. Они столько всего смогут исследовать, когда подрастут и станут более подвижными.

- Это идеально, - сказала она. - Мой Повелитель, это идеально.

- Сейчас я вернусь домой и поговорю с Куином. Смену назначу на завтрашний закат. Тогда ты придешь в особняк и заберешь детей.

Лейла опустила голову.

- Так... так долго ждать.

- Так это и будет. Куин крайне нестабилен, и я не хочу, чтобы ты присутствовала, когда мы объявим ему о расписании, или пришла забирать детей. Такое расписание лучше всего. Но я скажу Бэт послать тебе больше фотографий.

- Фотографий?

- Ага, ты разве не получала их на телефон?

- Я не взяла с собой телефон... она делала фото?

- Все они. Там целая группа, и ты в ней - ну или мне так сказали. Женщины хотели удостовериться, что ты ничего не упустишь.

- Они так... - Лейла вздохнула, пытаясь успокоиться. - Это так любезно с их стороны.

- Они знают, через что ты проходишь. Или достаточно прочувствовали это, чтобы прийти в ужас.

Лейла закрыла лицо руками. Как будто это как-то могло помочь ей собраться.

- Иди сюда.

Когда Король жестом показал ей приблизиться, она сорвалась со стула и побежала. Обнимать Рофа было все равно что обхватывать руками рояль - все такое же жесткое и слишком огромное, чтобы объять.

Но Король обнимал ее в ответ, похлопывая по спине.

- Сделаешь мне одолжение?

Она шмыгнула носом и подняла голову, уткнувшись взглядом в резкий контур его подбородка.

- Что угодно.

- Будь осторожна с Кором. Даже если он не убьет тебя физически, он все равно может разрушить твою жизнь.

Лейла смогла лишь покачать головой.

- Он уже это сделал, мой Повелитель. Боюсь, урон уже нанесен.

28

Обыскивая завешанный тканью и освещенный свечами офис или комнату или как еще назвать это место обитания медиума, Тро слышал лишь барабанную дробь собственного сердца. Казалось, будто он один, но все инстинкты говорили ему об обратном. Засунув руку в пальто и накрыв ладонью рукоятку пистолета, он подумал о троице людей, которых он напугал на улице.

Хотелось бы ему иметь дело всего лишь с тремя хулиганами и ножом, и ничем более экзотичным.

Осматриваясь вокруг, он искал источник услышанного им шума, спусковой крючок для его предостерегающих инстинктов...

Дражайшие мойры, что это было?

Ничто вокруг не двигалось. Ничто... вообще.

Благодаря какому-то фокусу... или еще чему-то, неизвестному ему... пламя свечей оставалось абсолютно неподвижным, как фотография - ни тающего воска, ни незаметных дуновений воздуха, дразнящих золотые язычки пламени, ни нежных струек дыма, поднимающихся в воздух.

С чувством абсолютного ужаса он поднял руку, поддернул рукав и посмотрел на наручные часы от Audemars Piguet[41].

Часы, которые прекрасно работали, когда он покидал свое текущее место жительства, тоже перестали описывать круги стрелками.

Сдвинувшись с места - просто чтобы доказать себе, что он может, Тро подошел к окну, отодвинул занавеску и посмотрел вниз на улицу. Не приближалось и не удалялось ни одной машины. Хотя машин вообще не было видно...

Напротив, в здании прямо напротив того, в котором он находился, пара людей сидела в потрепанных креслах перед телевизором. Люди смотрели друг на друга, один подносил ко рту пивную бутылку.

Они не двигались.

Как и реклама KFC[42] на экране.

- Дражайшая Дева Летописеца... - он закрыл глаза и прислонился спиной к стене. - Что это за безумие?

Он вспомнил, что сказала ему женщина, пославшая его сюда. Медиум в центре города. Ведьма. Человеческая ведьма, у которой есть порталы на другую сторону.

Разговор начался за обеденным столом, накрытым для женщин высшего общества, сплетничающих о своих "проблемах" и решениях таких ужасных вопросов, как полы, которые покрасили слишком светлым, слишком темным, слишком неоднородным, Биркины[43], которые изнашивались на нижних уголках, и ох, что же еще... бесцеремонные любовники и хеллрены, не понимавшие моральный призыв, возникающий с выходом новой весенне-летней коллекции Шанель.

В какой-то момент одна из женщин подняла тему медиумов и гадания на картах таро, и как ей помогла эта женщина. Какой зловещей была упомянутая человеческая женщина. Как женщина в конце концов перестала туда ходить, потому что "что-то казалось неправильным".

Кто же знал, что это окажется правдивым описанием.

Возможно, единственным правдивым высказыванием этой девочки за последнее время.

Готовясь к какому-то нападению, Тро ожидал, что из темного угла материализуется какое-то призрачное создание, или над головой пролетит летучая мысль, или из подсобки выберется зомби. И будут ли это два последних варианта, потому что против них его пистолет будет эффективен.

Когда ничего не случилось, он почувствовал себя идиотом. По крайней мере, пока снова не посмотрел на свечи.

- Ты отпустишь меня, - сказал он неподвижному воздуху. - Я пойду по своим делам и больше тебя не побеспокою.

Он понятия не имел, с кем разговаривал. И когда ответа не последовало, он заставил себя подойти к круглому столу. Приблизившись к нему, он воспротивился желанию посмотреть в хрустальный шар и обернулся через плечо...

Скребущий звук, как будто ногти прошлись по сырой древесине, заставил его посмотреть налево.

Что-то было там на полу.

Он приближался осторожно, держа пистолет наготове - и узнал очертания объекта, только подойдя к нему почти вплотную.

Книга. На полу лежала книга, казавшаяся невероятно древней из-за потрепанной кожаной обложки и толстых страниц с неровными краями.