Кэтрин Сатклифф

Игра теней

Пролог

1875 год, где-то на Амазонке

Сплавной лес бился и корчился в разбухшем потоке прилива, словно животное, попавшее в западню, из которой оно не могло вырваться.

Морган Кейн в отчаянии ухватился за мокрый скользкий ствол, а вода тем временем заполняла его нос, глаза, рот, вытесняла воздух из легких и пожаром подбиралась к его мозгу. Его не волновал сам факт того, что жизнь его вот-вот может оборваться: умрет ли он здесь и сейчас, или позднее будет убит меткой пулей Родольфо Кинга или пронзит его стрела свирепых индейцев, которые охотились за ним последние несколько часов, – не все ли равно.

Приливная волна достигла гигантских размеров и швырнула человека и дерево назад по реке. Затем она понеслась вниз, засасывая все на своем пути в отлив и погружая Кейна в стремительный и ревущий мир темноты и грохота. Перед его глазами мелькнула какая-то тень, затем другая, третья, – пока Кейну не стало казаться, что вокруг него роятся тысячи сверкающих узких тел.

Пираньи!

Он рванулся и чуть не выпрыгнул из воды, буквально вцепившись в водяную стену. Как только голова его появилась над водой, его легкие упились божественным воздухом, но тут же тяжелый корявый ствол заставил Моргана нырнуть. Он нащупал корявую ветку, вонзившуюся ему в щеку – ведь даже капля крови вызовет у этих тварей лихорадку голода. Кейн всем телом навалился на вращающийся над ним ствол и из последних сил выкарабкался на поверхность. Мимо проплывали подхваченные потоком животные, многие из них пытались ухватиться хоть за что-нибудь, лишь бы оно было в пределах досягаемости. Другие беспомощно барахтались в волнах, как всего минуту назад это делал Морган Кейн, и постепенно бесследно исчезали в пучине воды и грязи.

Морган не слышал выстрела, он лишь почувствовал пулю, которая слегка царапнула ему бровь и ушла в глубину. Он непроизвольно схватился за голову, мгновенно соскользнул и вновь упал в воду. Река поглотила его, засосала в глубину, пока мир не стал тихим, спокойным местом неопределенности и пустоты. Перед Морганом проплыли образы его прошлого, детские воспоминания, которые он давно похоронил: о страданиях и головной боли, о детских разочарованиях и потрясенной невинности – о, Боже! сколько страданий! И затем ничего…

В ушах у него, словно колокола, прозвенел смех какой-то женщины, и Моргану показалось, что она обняла его руками и потащила к хохочущей в небе точке. Кожа ее была гладкой и радужной, но затем образ этот исчез, и утопающему даже стало любопытно – кто бы это мог быть?

Никто не хватился, когда он ушел… никто…

От сильного толчка в грудь вода горьким потоком хлынула из его горла. Он постонал, глотнул воздуха и поперхнулся. Вероятно он умер и попал в ад. Эта агония – наказание за всю ту ложь, которую он говорил годами, за весь гнев, который он принес в этот мир…

– Спокойно, – послышался совсем близко тихий голос. – Сказал бы я, старина, но, думаю, еще чуть-чуть и ты был бы покойник. Глаза открыть можешь?

Моргана стошнило.

– Вот и чудесно! Еще одно очищение только на пользу. Дрожащими руками Морган медленно ощупал грудную клетку, потом поднес ладонь к голове.

– Осторожно, – донесся голос, – у тебя паршивая рана на лбу.

– Пуля, – слово обожгло его содранную глотку, и он застонал.

– Извини?

– С-су… кин… с-сын… с-стре… лял в меня…

– Кто в вас стрелял, сэр?

– Кинг…

Морган слышал плеск воды и болтовню обезьян. Он из всех сил старался расслабиться, но тело слишком болело. Попытался открыть глаза, но так и не справился с этой нелегкой задачей. Дезориентированный тишиной, Морган покрутил головой.

– Кто здесь?

– Друг, – доброжелательно проговорил незнакомец.

– У меня нет друзей. Особенно из англичан, тем более ни единого в здешних местах.

Морган решил, что снова может блевануть, и перевернулся на бок.

Чья-то рука коснулась его плеча.

– Вам следует отдохнуть. Вы столько пережили. Щекой Морган чувствовал прохладную землю и мягкий мох и был рад, что солнце не пробивало полог деревьев. Только тишина и темнота могли облегчить эту дикую боль в голове.

– Как ты нашел меня? – поинтересовался он. Незнакомец мягко засмеялся.

– Если я расскажу, вы не поверите.

– Попытайтесь.

– Я стоял прямо здесь. Корда этот ужасный прилив ринулся вверх по реке, я собрался вернуться в свой лагерь. Тогда я случайно заметил какое-то странное движение в воде. Как раз в эту минуту на поверхность всплыл розовый дельфин. Когда я шагнул ближе, он исчез. Но в то же мгновение я увидел твое лицо, всплывающее из глубины Реки.

– Ты говоришь, что меня спас розовый дельфин? Незнакомец снова засмеялся:

– Можно сказать и так. Индейцы часто о нем рассказывают. Обычно дельфины спасают детей, но есть рассказы и о спасенных взрослых. Будь я склонен верить мифам, я бы поклялся, что сначала действительно видел большого дельфина, который наверняка приносит огромную удачу или любовь своим поклонникам. Таких дельфинов называют еще «бото», и они по слухам умеют превращаться в людей.

Моргану с трудом удалось открыть один глаз. Мир казался зеленым и неясным.

– А ты, случайно, не бото? – вновь рассмеялся незнакомец.

– Разве я похож на какую-то проклятую рыбу. Морган попытался встать на четвереньки. Кровь стекала по его лицу, образуя красные слезы на его ресницах. И все-таки Морган еще не настолько отупел от боли, чтобы не понимать, что все еще остается в опасности. Преследователи не оставят его в покое и не вернутся на плантацию Кинга на Жапуре, пока не смогут представить ему труп Кейна как доказательство, что с парнем покончено навсегда.

Сильные руки поддержали его. Морган вновь заставил себя открыть глаза и посмотреть на окружающие его перепутанные заросли. Над головой по ветви дерева полз ленивец. На другой какая-то птица потянулась на насесте, расправляя похожий на зонтик хохолок на голове и издавая призывную трель. Ее крики стучали Моргану по вискам, словно убийственные пули. Он рухнул на колени, и наступила темнота.

Даже с закрытыми глазами он знал, что скоро рассвет. Воздух был свеж и чист. Шум ночных тварей сменился на симфонический концерт утренних птиц, хриплые крики обезьян, а также на резкие хлопки курупиры, дикого духа леса, который производит все те шумы, которые не в состоянии объяснить человек.

Где же, черт возьми, он оказался?

Запах кофе дразнил ноздри, мало-помалу к Моргану возвращалась память. Он убежал от Родольфо Кинга и два последних дня скрывался от нанятых каучуковым бароном убийц. Затем где-то близ Рио-дас-Мортес он вышел прямо на свирепых индейцев. И как раз, когда казалось, что Морган Кейн закончит жизнь от отравленной стрелы, прилив унес его вверх по реке. Он был спасен розовым дельфином и выхожен неким англичанином.

– Ну, вот вы наконец и проснулись, – донесся до больного голос незнакомца.

Морган успокоено открыл глаза. Он ощупал полосы ткани, которыми была перевязана его голова, и понял, что повязка – это все, что осталось от его рубашки.

– Одежда все равно изодралась в клочья, а ваша голова нуждалась в особой заботе. Надеюсь, вы не против.

Морган сделал все возможное, чтобы сосредоточиться, но не смог. Нет ничего чернее дождливого леса накануне того момента, когда солнечный свет пробьется сквозь густую листву высоченных деревьев. Где-то невдалеке плясало желтое пламя костра, и Морган вновь расслабился.

– Можете сколько угодно утверждать, что это не мое дело, старина, но я не мог не заметить рваных ран у вас на спине. Вы получили их часом не от Кинга?

Морган закрыл глаза. В голове у него запульсировало.

– Что вы делали в Жапуре? – спросил англичанин. – Как вас угораздило связаться с этим дьяволом?

Настойчивость незнакомца разозлила Моргана.

– Я нанялся к Кингу год назад в Белене. Он сказал мне, что я буду иметь долю в прибыли, что через один сезон я заработаю столько, что смогу жить в Белене словно лорд.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: