– Что тут за шум? – поинтересовался он недовольным тоном. Видимо, отдыхал перед тем, как к вечеру снова отправиться на работу, а они его подняли, не дали расслабиться. – Чего это вы тут так раскричались?

– Лариса фотографии принесла, – живо объяснила Наташка. – Целую пачку. Тут тот самый день рождения, который ее подружка в нашем ресторане устраивала. Вот, посмотри, папа, какая тут Лариска веселая и смешная!

– Дай сюда! – окончательно рассвирепела Лариса.

Наташка оказалась права. На фотографии, которую она держала в руке, Лариса действительно была сама на себя не похожа – растрепанная, с красными пятнами на щеках, задрав голову, хохотала во весь рот. Хоть убей, Лариса не помнила этого момента. Когда это она так хохотала? Нет, хорошо, что она взяла эти снимки домой. Не хватало, чтобы и остальные, вся группа увидела это чудовище! И наверняка, такая фотография здесь не одна… Лариса снова присела на диван и стала быстро перебирать остальные снимки. Отец подошел к столику и, наклонившись, тоже взял одну из фотографий.

– А это кто?

Лариса подняла голову. И папочка туда же. Конечно, что же еще могло его заинтересовать, – его, такого всегда нелюбопытного к университетской жизни дочери, – что могло его заинтересовать, кроме смазливой физиономии?

– Вероника.

– Как ее фамилия?

Интересно, зачем ему фамилия?

– Минкова.

Вот уж кто всегда выглядит как кинозвезда – что в жизни, что на фотографиях, угрюмо подумала Лариса. Она, сколько не перебирала снимки, себя в абсолютно нормальном виде так нигде и не нашла. Здесь у нее юбка задралась, и всем видно, какие толстые у нее вверху ноги, там голову в плечи по самые уши втянула, такое впечатление, что она женщина-колобок без намека на шею. А на этой лицо взято слишком близко, крупным планом, отчего нос кажется просто громадным, да и в целом вид совершенно дурацкий – вытаращенные глаза с красными бликами, какой-то оскал вместо улыбки.

– Па, надо поговорить, – вспомнила о своем неотложном деле Лариса.

С этими фотографиями последнюю память потеряла. Надо ловить момент пока отец дома.

– Некогда, – неожиданно резко ответил он, бросил фотографию на столик и быстро направился к двери. – Я тороплюсь.

Вот так всегда. Работа, работа, работа… Никогда у него времени не находится, чтобы выслушать старшую дочь, вздохнула Лариса.

После обеда, подхватив пакет, она отправилась в свою комнату. Произвела сортировку, уничтожив две трети фотографий, на которых она, так или иначе, присутствовала.

Достала с полки последние номера купленных накануне журналов, некоторое время рассматривала картинки и фотографии, потом прочла статью «Уверенность в себе».

«…естественность, искренность, умение слушать – вот залог успеха у мужчин. Не каждая красавица обладает этими качествами. Красавицы чаще сконцентрированы на своих достоинствах, более эгоистичны, более нетерпимы. Они привыкли быть в центре внимания, в обществе они кокетничают с другими мужчинами, не понимая, что такое поведение вряд ли понравится партнеру. Не поэтому ли их чаще оставляют мужчины? Доброта, естественное поведение и спокойное обаяние привлекают мужчин больше, чем кукольное личико и фигура фотомодели».

Лариса отшвырнула журнал. Какая чушь! Утешительная статья для дурнушек. Никто не может сказать о Ларисе, что она склочная или недобрая. Она всегда старается прийти на помощь другим, никогда не кривляется, но парни ее в упор не видят. А Вероника, которую вряд ли можно назвать доброй или отзывчивой, которая везде и всюду ведет себя просто вызывающе, всегда в центре внимания. Мужчины липнут к ней, летят как мухи на мед. Потому что она красива, а Лариса нет. Вот именно. Она красива. И что такое эта красота, которая так привлекает мужчин? Если разобраться, то это же не какая-то абсолютная категория, поскольку в разные времена были разные представления о красоте. Даже в одно и то же время у разных народов эти представления разные. Значит, если разобраться, красота это сплошная условность. Кто-то говорит, вот это красиво, а это нет, и другие почему-то соглашаются. Проходит какое-то время и все меняется. То, что двадцать лет назад считалось красивым, сегодня полный отстой. Почему сейчас Вероника считается красивее, чем она, Лариса? Почему парни бегут за нею чуть ли не стадом? Потому что у нее глаза чуть больше, чем у Ларисы, попа меньше, а ноги длиннее? Ну, не идиотизм ли это? Нет, она ничего против Вероники не имела. Лариса со всеми в дружеских отношениях, в том числе и с Минковой. Но все-таки, все-таки, это явная несправедливость.

Хмурясь, открыла ноутбук.

Права Инна. Зря только они отнесли этой гадалке деньги. И, надо сказать, не маленькие. Уж лучше бы она себе французский крем купила! Не ходила к гадалкам раньше, и ходить больше не будет. Ничего из того, что напророчила им усатая чернобровая тетка относительно ближайшего будущего, так и не сбылось. Ни у Ларисы, ни у Инны. Во всяком случае, пока. Инна не стала знаменитой, а у Ларисы так и не произошло никакой судьбоносной встречи. Нет, встреч за прошедший месяц у нее было предостаточно. И новых знакомств тоже. Во-первых, она кое с кем познакомилась на дне рождения Сабаниной, во-вторых, на днях в гости к ним приходили новые соседи, купившие особняк на углу их улицы, но какой-то очень важной встречи, о которой говорила гадалка, очень важного знакомства, которое повлияло бы на всю дальнейшую жизнь Ларисы, пока не случилось. Написал, правда, один богатый норвежец. Только что развелся со своей женой. Сорок лет, имеет дом в Осло и дачу на море, в каком-то Сандефьорде. Яхту. Солидный бизнес. Какой, правда, не сообщил. Но Лариса тормозила с ответом. Скандинав был совсем не классического образца – черноглазый, маленький и толстый. Почему его жена бросила? Север, опять же. Хотя он и расписывает красоты всех этих фьордов, вон даже портрет своей дачи и яхты прислал, но когда холодно, не до красот. Север Ларису не привлекал. Не видела она себя как-то в этих северных широтах. Потому и отвечать норвежцу не хотелось, несмотря на все его плюсы. На нее вообще напала какая-то апатия. Впрочем, такое и раньше случалось. Иногда она словно выдыхалась, не было никакого желания заниматься всей этой перепиской. Устала, надо передохнуть. Надо просто переждать, пока пройдет это состояние. Через день-два она напишет длинные письма и Джованни, и австралийскому кролику и этому Карлсону, который живет на крыше, а точнее в Осло… Как его там? Лариса взглянула на экран – Арне Сандберг Или Зандберг? Но даже если у них и возникнет переписка, они познакомятся, заочное знакомство это все же не встреча. Гадалка сказала ясно: ждет тебя важная встреча, которая всю жизнь твою переменит. Хотелось бы, чтобы эта встреча поскорее состоялась. Надоело жить монашеской жизнью…

Была у Ларисы тайная надежда, что что-то такое произойдет на дне рождения Инны. Но, увы, не произошло. Как была она одинокой и невостребованной, так и осталась. Нет, она не ждала принца, да и не нужен ей этот принц местного разлива, но все же было немного обидно, что никто из тех, с кем познакомила ее Инна, так и не назначил ей свидания, не предложил встретиться еще раз. И это притом, что парней было больше чем девчонок. Но Лариса никого из них не заинтересовала. Зато Минкова пользовалась просто бешенным успехом. Как всегда. Лариса усмехнулась. Она не удивилась бы, если бы день рождения закончился дракой из-за того, кому достанется честь проводить Веронику домой.

А у нее жизнь и после этого дня рождения ничуть не изменилась. Занятия, дом, переписка. Все по старому. Ну, если не считать того, что она выбросила из своего компьютера все, что имело отношение к Роберту Делани – его письма, фотографии, даже номер телефона. Теперь на первом месте Джованни. Который очень хочет приехать и встретиться с Ларисой. А что? Пусть едет. Он не был перспективным вариантом, но лучшего пока нет. Ни среди старых, ни среди новых «друзей». А время идет. Пусть хотя бы этот Джованни приедет, будет с кем встретить новый год. А то все время с родителями и их друзьями в «Волшебном Замке». Боже, как надоело!