Оказавшись в своем номере, Зэп-210 села на кушетку, прижимая к телу обрывки платья, растерянная и жалкая. Адам присел рядом.

— Что случилось?

Слезы градом покатились по ее щекам; она закрыла лицо руками. Адам молча погладил рыдающую девушку по голове. Пусть выплачется. Наконец она вытерла глаза.

— Не знаю, что я сделала не так. Наверное, повязала кушак... Он заставил меня пить вино, пока все не поплыло перед глазами. Повел меня куда-то... Я чувствовала себя так странно! Идти было тяжело, ноги подкашивались. В доме я не захотела раздеваться, и он рассердился. Потом содрал платье, увидел кровь и разозлился еще больше. Закричал, что я нечистая... Не знаю, что делать. Я больна, я умираю...

— С тобой все в порядке. Просто твое тело начало функционировать нормально. Успокойся.

— Я не нечистая?

— Конечно нет. — Рейш поднялся на ноги. — Сейчас пришлю горничную, она о тебе позаботится. Потом просто ляг и поспи, пока я не вернусь... Надеюсь, с достаточной суммой, чтобы купить нам места на корабле.

Зэп-210 безразлично кивнула. Рейш вышел из комнаты.

В харчевне Рейш нашел Кауша с двумя молодыми зафатранцами, приехавшими в город на второй повозке.

— Вот Счазар, а это Видич, — представил их Кауш. — Оба сообразительны и проворны. Ребята исполнят любое разумное поручение.

— Тогда давайте займемся нашим делом. По моим расчетам времени у нас осталось мало.

Вчетвером они медленно пошли вдоль набережной. Адам объяснил свою теорию:

— И теперь мы должны проверить это на деле. Имейте в виду, я могу ошибаться, в этом случае проект провалится.

— Нет, — возразил Кауш. — Тебе пришлось изрядно поработать головой, чтобы доказать, как я теперь вижу, неоспоримую истину.

— Это называется логикой, — пояснил Рейш. — А на нее всегда можно положиться. Но поживем — увидим.

Они миновали стол для гонок угрей, возле которого уже расположились на скамейках несколько человек, готовые к дневной игре. Рейш ускорил шаг и прошел через ворота и унылые боковые улочки Старого города к сараю под деревом. Они остановились в пятидесяти ярдах от него и спрятались в развалинах лачуги на краю пустыря.

Шло время. Адам начал беспокойно ерзать.

— Не могу поверить, что мы опоздали.

Счазар указал на дальний конец стены за пустырем.

— Смотри — идут двое.

Незнакомцы приближались к ним. Один поражал развевающимися белыми одеждами и квадратной белой шляпой.

— Хозяин, — прошептал Кауш.

На втором юноше был легкий розовый плащ и облегающая голову розовая шапочка. Оба прошли уверенным шагом по дорожке и расстались у сарая. Владелец угрей направился к воротам.

Видич заметил:

— Насколько легче было бы просто подкараулить старого шарлатана и лишить его кошелька; в конце концов, мы добились бы того же.

— Увы, — сказал Кауш, — он не носит при себе цехинов и всем предусмотрительно сообщил об этом. Деньги ежедневно доставляют на гонки угрей четверо вооруженных рабов под надзором его старшей жены.

Юноша в розовом подошел к сараю, вставил ключ в замок, повернул его три раза, открыл тяжелую дверь и вошел. Обернувшись, он с удивлением обнаружил, что вслед за ним протиснулись Рейш и Счазар.

Он попытался было поднять шум:

— Что все это значит? Кто вы такие?

— Объясняю только один раз, — сказал Рейш. — Нам нужно, чтобы ты беспрекословно подчинился; иначе подвесим тебя за пальцы ног вон на том дереве. Понятно?

— Понятно, — с дрожью в голосе ответил юноша.

— Опиши, как вы это проделываете.

Тот замялся. Адам кивнул Счазару, который вытащил моток прочного шнура. Парень быстро сказал:

— Все просто. Я раздеваюсь и залезаю в бак. — Он указал на цилиндрический бассейн диаметром в четыре фута у дальней стены сарая. — Он трубой соединяется с резервуаром; уровень воды одинаковый. Я проплываю по трубе в резервуар и попадаю в закуток под ним. Как только крышка опускается, поднимаю перегородку и помещаю угря, который должен победить, впереди других, прямо у входа в желоб.

— А как ты узнаешь нужный цвет?

— Хозяин выстукивает мне пальцами по крышке.

Рейш повернулся к Каушу.

— Мы со Счазаром берем все на себя. А вы занимайте места за столом. — Он повернулся к парню в розовом. — Под резервуаром хватит места для двоих?

— Да, — неохотно ответил юноша. — Едва-едва. Но если я буду выполнять ваши приказы, хозяин меня убьет! Что я ему скажу?

— Скажи ему честно, что жизнь тебе дороже, чем его цехины, — посоветовал Рейш.

— Он ответит, что все должно быть наоборот.

— Тем хуже. Что ж, у тебя рискованная работа... Когда мы будем на месте?

— Через минуту-другую.

Адам разделся.

— Если нас почему-то обнаружат... Ты не хуже меня знаешь, что будет потом.

Парень просто хмыкнул и снял с себя розовый балахон.

— Иди за мной. — Он шагнул в бак. — Там темно, но плыви вперед, и все будет в порядке. — Юноша набрал побольше воздуха в легкие и скрылся под водой.

Адам последовал за ним. На дне, нащупав горизонтально идущую трубу футов трех в диаметре, он втиснулся в нее, держась за парнем.

Они вынырнули в тесном закутке. Свет проникал сквозь искусно проделанные щели, через которые можно было наблюдать за столами для ставок. Рейш убедился, что Кауш и Видич уже заняли свои места.

Совсем рядом раздался голос хозяина угрей:

— Добро пожаловать на очередные захватывающие дух гонки! Кто выиграет? Кто проиграет? Неизвестно! Может быть, я, а может — вы. Но удовольствие получат все! Для тех, кто впервые пришел поучаствовать в нашей маленькой игре, объясняю простые правила: посмотрите на стол перед вами, на нем размечены квадраты одиннадцати цветов. Вы можете поставить любую сумму на любой цвет. Если ваш выиграет, получите в десять раз больше. Обратите внимание на угрей и их окраску: белый, серый, оранжевый, голубой, коричневый, темно-красный, алый, синий, зеленый, фиолетовый, черный. Вопросы есть?

— Да, — отозвался Кауш. — Есть какие-нибудь ограничения на размер ставок?

— В кассу сейчас доставили десять тысяч цехинов. Больше выплатить не могу. Пожалуйста, делайте ставки.

Хозяин окинул стол опытным взглядом. Затем поднял крышку и поместил угрей в резервуар.

— Ставки больше не принимаются!

Он опустил крышку и постучал по ней: «Тук-тук, тук-тук».

— Два и два, — прошептал юноша. — Это зеленый.

Отодвинув панель, он схватил зеленого угря и просунул в желоб.

Затем отодвинулся и закрыл панель.

— Зеленый выиграл! — провозгласил хозяин угрей. — Итак, я плачу! Двадцать цехинов этому могучему мореплавателю... Делайте ваши ставки, пожалуйста!

И снова негромкий, но отчетливый стук.

— Оранжевый, — прошептал юноша. Он сделал все, как в первый раз.

— Оранжевый выиграл! — воскликнул хозяин угрей.

Рейш приник к щели. Кауш и Видич пока рисковали парой цехинов. На третий раз они поставили по тридцать цехинов каждый на белый цвет.

— Ставки сделаны, — донесся голос хозяина.

Крышка опустилась. Стук.

— Коричневый, — прошептал юноша.

— Белый, — приказал Рейш. — Выиграет белый угорь.

Юноша застонал от досады и сунул в желоб белого угря.

— Еще одна схватка между этими непредсказуемыми созданиями, — донесся самодовольный голос хозяина. — На сей раз выигравший цвет — коричневый... Коричневый? Нет, белый! Действительно, белый! Ха! На старости лет я перестал различать цвета. Старость — не радость... Вот два счастливчика! Три сотни цехинов тебе, три сотни тебе... Забирайте ваши выигрыши, господа. Что, ставите всю сумму?

— Да, похоже, нам сегодня везет.

— Оба на темно-красное?

— Да, мы заметили пролетающих вон там птиц кроваво-алого цвета! Это знамение.

Хозяин угрей улыбнулся, взглянув на небо.

— Кому ведомы пути провидения? Боюсь, вы ошиблись. Ну ладно, все ставки сделаны? Тогда внутрь, угри, под крышку, и пусть торжествует сильнейший! — Его рука задержалась на секунду на крышке, он стукнул по ней. — Создания извиваются, ищут выход! Свет манит их! Скоро мы узнаем победителя... Вот он плывет, синий... — Фраза оборвалась, послышался негромкий стон. — Нет, темно-красный. — Он уставился на зафатранцев. — Ваши предчувствия, как ни странно, оправдались.

— Верно, — кивнул Кауш. — Разве я тебе не говорил? Плати наш выигрыш.

Хозяин медленно отсчитал по три тысячи цехинов каждому.

— Удивительно. — Он задумчиво посмотрел в сторону резервуара. — А еще какого-нибудь предзнаменования вы не заметили?

— Ничего важного. Но я все равно поставлю сто цехинов на черное.

— И я тоже, — объявил Видич.

Хозяин угрей заколебался. Потер подбородок, осмотрел стол.

— Странное дело... — Он поместил угрей в резервуар. — Все ставки сделаны? — Его рука лежала на крышке. Словно нервничая, он дважды стукнул ногтями по поверхности. — Прекрасно; я открываю дверцу. — Он нажал на рычаг и прошел к дальнему концу желоба. — И вот он плывет... Какой цвет? Черный!

— Великолепно! — провозгласил Кауш. — Мы отыгрались за все годы, что выбрасывали деньги на твоих проклятых угрей. Давай-ка сюда наш выигрыш!

— Разумеется, — выдавил хозяин. — Но я больше не могу работать. У меня разболелись все суставы. Гонки закончены.

Рейш с юношей сразу вернулись в сарай. Парень надел свой розовый балахон и шапочку и поспешил исчезнуть.

Рейш и Счазар вернулись через Старый город к воротам, где мимо них прошагал хозяин угрей в развевающихся белых одеждах. Благообразное лицо покрывали красные пятна; он угрожающе размахивал крепкой палкой.

Кауш и Видич ждали их на набережной. Старик протянул Рейшу толстенький кошелек.

— Твоя доля — четыре тысячи цехинов. Удачный день!

— Мы хорошо поработали, — согласился Адам. — Наше сотрудничество принесло выгоду всем компаньонам. Редкий случай для Тчаи.

— Что касается нас, мы немедленно возвращаемся в Зафатран, — сказал Кауш. — А ты?

— Я направляюсь в глубь континента. Мы с моей спутницей, как и вы, уедем как можно скорее.

— В таком случае доброго пути.

Зафатранцы отправились своей дорогой. Рейш завернул на рынок, купил там всякую всячину. Вернувшись на постоялый двор, подошел к комнате девушки и постучал.