Вика вышла из метро и тут же позвонила маме Тимофея:

— Здравствуйте, Елизавета. Это Виктория Пятницкая. Мы виделись с вами в больнице, когда я приезжала к Тимофею.

— Добрый вечер, я вас помню. Что вы хотели?

— У меня есть для вас информация. Не могли бы вы уделить мне время и встретиться со мной?

— Нет, спасибо. Мне не интересно общение с вами. И прошу вас не звонить мне больше. До свидания, — спокойно и холодно ответила мать Тимофея и отключилась.

Пятницкая озадаченно смотрела на телефон, словно это как-то могло помочь делу. Что делать дальше, она пока не знала. Тут телефон завибрировал. Это была Маша Новикова.

— Привет, Вик. Можешь говорить? У меня к тебе вопрос на засыпку.

— Привет. Могу, — отозвалась Виктория.

— Ты, когда находишься в источнике, слышишь там голос? Кто там с тобой разговаривает?

Пятницкая удивилась настолько, что решила не шутить на эту тему:

— Нет, я ни с кем там не разговариваю. Просто растворяюсь.

— Точно? — смутилась и переспросила Мария.

— Абсолютно, — подтвердила Вика.

— Пусть свяжется с твоей мамой, — подсказал ангел в синем.

Виктория начала отличать ангелов по голосам, не переходя в режим видения, чтобы рассмотреть их.

— Позвони моей маме, спроси. Это она мне указала путь к источнику. Ей точно известно больше, чем мне, — предложила Пятницкая.

— Хорошо, — согласилась Новикова. — Предупредишь её, что я буду звонить?

— Конечно! Напишу ей прямо сейчас.

— Спасибо! Когда увидимся? Хочу рассказать тебе о впечатлениях об источнике и просто поболтать.

— Маш, честно, пока не понимаю. Точно не в будни. Может, что-то получится в выходные, если не будет много запросов на исцеления.

— Ладно, звони, если что! Пока!

— Удачи!

Пятницкая снова озадаченно посмотрела на телефон, а потом обратилась к ангелам:

— Крылатые мои, как же так? Вы же говорили, что всё сложится с матерью Тимофея?

— Всё сложится, — в один голос подтвердили они.

— Как-то я этого не вижу.

— Всё сложится, — снова повторили ангелы. — Пусть пройдёт время. События уже запущены.

— Ага, — грустно кивнула Вика и пошла домой.

***

В четверг Виктория вышла на обед в торговый центр. Сегодня ей хотелось побыть в одиночестве — без обсуждения рабочих вопросов или личных бесед с коллегами. И ей это почти удалось. Её уединение было нарушено уже под кофе. Как обычно, Алексей бесцеремонно сел напротив и начал беседу:

— Привет! Куда пропала? Не видел тебя на этой неделе.

Вика немного поёжилась, вспоминая сцену ревности мужа, но взяла себя в руки и сказала:

— Привет! Не было больших совещаний, а работы много. Мне на каждую встречу по проекту ходить? У моих сотрудников это прекрасно получается.

— У меня к тебе есть предложение.

— Не люблю я такие твои заходы, — призналась Пятницкая.

— Завтра я работаю последний день, — сказал Смолин и сделал многозначительную паузу.

— Не поняла тебя. Ты в отпуск идёшь?

— Нет. Я ухожу из ТТК-банка, — улыбнулся он.

— Ого! — удивилась Вика, судорожно соображая, как это повлияет на её жизнь. Ведь ей теперь не нужно самой уходить из банка, а раньше и думать больно было на эту тему. Напряжение, которое держало её с пятницы, спало. — Судя по выражению твоего лица, тебе поступило интересное предложение.

— Весьма интересное, — подтвердил Алексей. — Пойдёшь со мной? Дам тебе зарплату вдвое больше и по должности не обижу. Ещё не понимаю, что по структуре можно придумать, но точно будет что-то значительнее твоей текущей позиции. Будешь моей правой рукой. И место тебе знакомо.

От этих слов у Пятницкой пробежал ток по спине.

— Лёш, ты что, в ГорБанк переходишь? — ужаснулась она своей догадке.

— Да, — заулыбался Смолин.

— На какую позицию? — холодно спросила Вика.

— Буду руководить департаментом стратегии.

Тут Пятницкая наконец вспомнила, откуда ей известно имя Александра Аверина. Когда она ещё встречалась с Алексеем, тот познакомился с ним на одном экономическом форуме, чему был несказанно рад. А потом он невероятно гордился, что ему удалось наладить с Авериным контакт.

— Ты издеваешься надо мной? — честно спросила Виктория.

— Нет.

— Но ты сместил моего мужа, — как можно спокойнее произнесла Вика.

— Так и ты сместила Полянского, став руководителем службы.

— И всё же… — неодобрительно покачала головой Пятницкая.

— И всё же я просто принял выгодное для себя предложение. И делаю выгодное предложение тебе. Что вдвойне интереснее, пока твой муж без работы. Не знал, что у них там такие большие зарплаты.

— Нехорошо, — вновь покачала головой Вика.

— Перестань! — одёрнул её Смолин. — Ты давно не девочка-колокольчик, чтобы я пытался как-то оградить тебя от правды жизни. И позиции для своего департамента ты отстаиваешь лучше некоторых мужчин и не менее настойчиво и жёстко. Так что давай без театральных вздохов, прямо и честно. Думай. Неделю тебе на размышления.

— Давай прямо и честно, — спокойно согласилась Вика, потому что её окончательно отпустило всякое напряжение. — Мой ответ: нет. Я уверена в Краснове как в руководителе, а в тебе я не уверена. И я рада, что ты уходишь. Это решает одну мою проблему. Я должна была уйти из ТТК, но теперь могу остаться и работать в любимом банке.

Смолин пристально посмотрел на Вику и, улыбнувшись, сказал:

— О, не думал, что он ревнует тебя ко мне. Это лестно узнать.

Вика пожалела о своей честности, однако сдержала выпад Алексея и снова спокойно сказала:

— Что ж, удачи тебе на новом месте. Можешь потом не рассказывать, как устроился. Я обойдусь без подробностей.

— Ладно, остывай и допивай свой кофе, не буду тебе сейчас мешать. До встречи!

— Прощай, Лёш. Прощай!

Смолин неопределённо махнул рукой, улыбнулся и ушёл, оставляя Пятницкую наедине с неприятными мыслями.

Тут ей пришло сообщение от Елены Подольской:

«Мы срочно завешиваем вопрос на правление о подтверждении лимитов кредитования в регионах. Сможешь подойти сейчас и поставить свою подпись? Сегодня в пять закрывают возможность завешивать вопросы к рассмотрению на текущем заседании, а Краснов уедет через час на встречу и будет только завтра. Долго собирали согласования по вопросу, поэтому такая срочность. Вопрос технический. Изменений не вносим».

«Это лимиты, которые мы переутверждаем каждые полгода?»

«Да, верно. В этот раз они без изменений».

Вика посмотрела на остывающий кофе, думая, стоит ли ей бежать срочно в офис или лучше спокойно допить. Ей было жаль, что нужна её живая подпись и она не может делегировать подписание технического документа Лесковой электронной визой.

И в это же время ей пришло сообщение от неизвестного абонента:

«Здравствуйте, Виктория! Я бы хотел с вами встретиться. Когда это возможно? Пётр Савелов».

Пятницкая замерла над телефоном. Ей совсем не хотелось общаться с Савеловым. Не знала она, что ему говорить и как при личной встрече реагировать, зная о том, что он делал с женой и сыном.

— Договорись о встрече, — услышала Вика подсказку ангела.

Она выдохнула и ответила Подольской:

«Буду через десять минут у себя. Заходи, я всё подпишу».

По дороге в офис Пятницкая опомнилась и написала сообщение мужу:

«Смолин уходит из ТТК. И займёт твою позицию в ГорБанке».

«Печально, — пришёл ответ от Поспелова. — Причём печально ещё и то, что теперь ты не захочешь уходить из ТТК».

«Не хочу уходить, ты прав».

«Тогда завязывай с исцелениями».

«У меня ещё есть время подумать».

«Как скажешь. Но по окончании этого времени компромисс невозможен. Либо одно, либо другое».

Вика не стала отвечать Виктору и поспешила на работу. Петру она тоже ничего не написала, а в офисе и вовсе забыла про его сообщение.