- Поставщики не подводят?

 - Это бывает. Хорошо, если на складе запас есть, а то можно ведь и покупателей подвести, а они вперед платят. В основном, утеплители припоздняются, изовер…

 - А прежние поставщики не подводили? Ну, те, что в том году еще были?

 - Поляки? С теми как-то проще было, может от того, что тоже наши, славяне.

 - Но это же бизнес, здесь роль должны играть в первую очередь репутация и деньги.

 - Скажем так: объемы они выдерживают, но качество материалов совсем не то.

 - То есть? Мы же перешли на улучшенное качество.

 - В том-то и дело, что перешли, а та же шпатлёвка идет то с недовесом, то мешки подмоченные, то с прорезями, а вы же понимаете, что это значит для сухой смеси – влага попала, и, считай, можно выбрасывать.

 - А Борис Сергеевич в курсе был?

 - Мы докладывали на планерках, но, наверно, руки так у него и не дошли. Конечно, он был озабочен: до тонны смесей уходило на списание только из-за нарушения герметичности упаковки, а это ж всё денег стоит.

 - Мы выставляли претензии?

 - Конечно: оформляли актом, потом Елизавета передавала по факсу, получали подтверждение, извинения, замену – всё как положено, но иногда случался и простой по два-три дня. А что такое простой – это незаработанные средства, то есть косвенные убытки.

 - Да, вы правы. Ну а как сейчас ситуация?

 - Мы недавно переговорили с логисткой, да с маркетологом, и решили всё-таки опять на поляков выйти.

 - А вы не помните, чья изначально инициатива была отказаться от их поставок?

 - Это еще в том году было принято решение… Сейчас трудно сказать, нужно поднять, наверно, внутреннюю документацию и посмотреть, всё оформлялось в виде служебного доклада. Нам-то, в принципе, без разницы, от какого производителя стены загрунтованы, лишь бы держало, как положено.

 - Значит, говорите, качество паршивое совсем, - в задумчивости произнес Иван, делая пометки карандашом в своём блокноте.

 - Так точно, польские смеси были лучше, да и фанера надежнее, не слоилась, как эта. Да что с китайцев взять-то?

 Иван насторожился.

 - Я думал, это австрийские материалы.

 - Все так думали, только мы на некоторых экземплярах иероглифы обнаружили еще в первой поставке.

 - И что?

 - Скандал был. Эти австрийцы принесли свои извинения, якобы партии спутали. Больше иероглифов не попадалось, но материал-то тот же, я ж не первый год на стройке, отличаю. Говорили, писали, но всё как-то не складывалось, а Борис Сергеевич, видимо, уже не успел.

 - Да, пожалуй, он не успел. А кто, собственно, подбирал этих поставщиков?

 - Обычно всё идет через отдел маркетинга: мы выставляем на квартал наши потребности в виде спецификаций, они периодически просматривают рынки, запрашивают цены, сертификаты, образцы, потом согласовывается всё это с логистикой и подаётся на утверждение директору. Так, наверно, было и в тот раз.

 - Понятно. А от наших клиентов претензий по качеству не поступало?

 - Мы даем гарантию на капитальные конструкции на пятьдесят лет, на отделочные – три года. Поэтому будем ждать, пока ничего такого не было.

 - И еще один момент: как часто мы меняем поставщиков материалов?

 - На моей памяти это было впервые. До этого с Польшей работали года три, если не больше.

 - Спасибо, Виктор Станиславович, за ваше время, - Иван приподнялся, протягивая руку для пожатия, - сейчас мне уже намного легче станет ориентироваться в этом процессе.

 - Не за что, Иван Сергеевич, возникнут вопросы – всегда готов проконсультировать, опыт у меня большой, - заверил его уже в дверях Старосельцев.

 Оставшись один, Иван задумчиво начал рисовать на полях блокнота ничего не значащие фигурки, помогавшие ему сосредоточиться. По всему выходило, что изначально информация о потенциальных поставщиках на рынке шла из отдела маркетинга, затем обрабатывалась менеджером по логистике и поступала уже на утверждение директору. Кто-то должен был в августе-сентябре пролоббировать вопрос у Бориса по поводу основного поставщика с октября месяца. Елизавета к этому времени еще не имела достаточно полномочий и компетенции и, как она сказала, всё шло через канцелярию генерального. Оставался вариант с маркетологами – они могли рекомендовать и настаивать на том или ином поставщике, убедив руководство, что боле качественный материал сможет позволить фирме позиционировать свой товар на рынке как более прочный и долговечный. Но никаких изменений в промо-активности, однако, за последние полгода внесено не было.

 Иван снова поднял трубку и связался с офис-менеджером:

 - Ольга, подскажите мне, пожалуйста, каким образом осуществляется принятие и исполнение решений по компании?

 Она быстро ответила: 

 - Как правило, оформляется служебная записка и регистрируется у меня как входящий документ. Если требуется согласование финансистов, или производственников, или коммерсантов – я это всё провожу, подаю на рассмотрение генеральному или коммерческому директорам… в зависимости от сути вопроса… и на основании их визы готовлю приказ, с которым знакомлю под роспись всех руководителей задействованных подразделений.

 - Замечательно. А что происходит с этой служебной запиской?

 - Она подкалывается к приказу и служит как бы основанием для его вынесения.

 - Просто замечательно. Я начинаю уважать бюрократию, честное слово. А вы не могли бы поднять приказ о смене основных поставщиков по материалам?

 - Конечно. Но если бы была дата, или хотя бы ориентировочный период, когда этот приказ вышел…

 - Это должно было произойти в сентябре, в первой декаде, я думаю.

 - Хорошо, Иван Сергеевич, я постараюсь его сейчас найти.

 - Спасибо, - Иван положил трубку и опять заходил взад-вперёд по кабинету.

 Несомненно, что этот документ может многое прояснить, как он сразу не догадался поинтересоваться о порядке принятия решений. Он остановился возле стола и, мельком глянув на листок-справочник внутренних телефонов, набрал отдел маркетинга.

 - Отдел маркетинга, слушаю вас, - услышал он в трубке мужской голос.

 - Могу я услышать Максима Сергеевича?

 - Секундочку. А кто его спрашивает?

 Иван представился. После непродолжительной паузы ему ответили:

 - Иван Сергеевич? Это Евсеенко.

 - Здравствуйте, Максим Сергеевич, я могу вас оторвать на пару минут от текучки?

 - Буду рад, если честно. Мне зайти?

 - Если не трудно. Мой кабинет…

 - Я знаю, сейчас зайду.

 Максимом Евсеенко оказался молодой парень лет двадцати пяти с прорастающей вокруг рта бородкой, которую он то и дело поглаживал, как бы свыкаясь с мыслью, что она уже там, где он её и выращивал.

 - Можно просто – Максим, - сразу попросил он.

 - Хорошо, Максим. Ну, как там маркетинг?

 - Движется, мониторится. Людей, как всегда, не хватает.

 - Это всегда так… кажется. А когда последний раз мониторили рынок поставщиков стройматериалов?

 - Сейчас заканчиваем, через неделю уже будут готовы результаты.

 - Есть какие-нибудь интересные подвижки на рынке?

 - Ну как вам сказать… Любой рынок находится в постоянном движении: кто-то уходит в тень, кто-то появляется новый, за ним стоит понаблюдать некоторое время…

 - А в нашем случае?

 - В нашем случае мы, после предварительной консультации с производственниками и логистикой, решили опять посмотреть на Польшу – там неплохое качество и сравнительно приемлемые цены,- ответил Максим, поправив очки.

 - А вы не помните, почему мы отказались от них в конце прошлого года?

 Максим кашлянул как-то неловко, потом сказал:

 - По правде говоря, для меня лично это решение Бориса Сергеевича было, что называется, откровением.

 - Что вы имеете ввиду? – удивился Иван. – Решение же принимается на основании ваших рекомендаций.

 - В том-то всё и дело, что мы обычно пересматриваем наши текущие контракты дважды в год, а в тот раз, я помню, у нас как раз произошла смена логистов, и Борис Сергеевич попросил подготовить информацию немного пораньше принятых сроков, к началу сентября, если я не ошибаюсь.