Галина, хлопая ресницами, прошептала в лицо Светлане:
- Это кто, из убойного отдела?
Светлана приложила палец к губам и ответила:
- Господин Сидоров ждет.
Но господин Сидоров уже находился за спиной Галины, которая пропустила его мимо себя в комнату и отправилась назад на своё место, за которым раньше работала Вероника. Света догадалась, что это был родной брат Бориса: сходства было немного, но общие черты всё равно проглядывали в профиле головы, выражении лица, легкой улыбке на губах. Он сказал, обращаясь к ней и Прокопенко одновременно:
- Здравствуйте, я извиняюсь, что побеспокоил. Мне сказали в управлении, что вы отправились сюда, Игорь Анатольевич, а я как раз на работе у Бориса обнаружил, что и мне, собственно, нужно было бы поговорить с Вероникой…
- Здравствуйте, Иван Сергеевич. Это Светлана Домина, коллега Вероники, - Иван сделал легкий полупоклон в сторону девушки, которая в ответ также склонила голову. - Мы как раз беседуем… и о Камовой в том числе. Должен сказать, что я бы тоже с удовольствием с ней бы встретился еще раз. Вы, вероятно, получили наше извещение?
- Вы присаживайтесь, - предложила Светлана.
Иван сел за стол.
- Да, получил. Мне сегодня супруга звонила из дома, зачитала его по телефону. Я сам-то в отпуске, и вот решил покопать немного после аудиторов, а то они, знаете, только цифрами интересовались, а человеческий фактор, прямо скажем, не учитывали. Так что с Вероникой?
Прокопенко посмотрел на Светлану, потом обратился к Ивану:
- Знаете, я уже, в принципе, закончил беседу с её коллегами. Здесь вы её не найдете, а нам, как я полагаю, нужно переговорить.
Светлана встала:
- Я могу вас здесь оставить, вам никто не помешает. Вы же собирались еще с Натальей Викторовной пообщаться – я скажу Галине, чтобы она предупредила, как только директор вернется.
Прокопенко улыбнулся:
- Светлана, вы настоящее чудо, я вам очень буду благодарен.
Света улыбнулась грустно в ответ и вышла, плотно прикрыв за собой дверь. Игорь Анатольевич обратил всё своё внимание на Сидорова:
- Ну что ж, Иван Сергеевич, в деле появились новые факты, и мы сейчас ими плотно занимаемся.
- Да и я, по правде сказать, тоже кое-что раскопал.
- Вот и замечательно, давайте вначале тогда вас послушаем.
Иван вкратце изложил свои открытия за последнюю неделю. Прокопенко внимательно слушал, делая пометки в своей записной книжке. Когда Сидоров закончил, он сказал:
- Знаете, это, в принципе, дополняет общую картину. Мы тоже навели некоторые справки о Камовой: очень способная девушка, весьма амбициозная, в университете она блестяще защитила диплом по теме «Разноязычие в НЛП».
- Простите, а что такое «НЛП»?
- «Нейро-лингвистическое программирование» - разновидность гипноза, весьма действенная и популярная штука, основанная в Америке. Суть этого течения – бесконтактное общение посредством речи, в том числе и письменной, мимики, жестов, отождествление себя с предметом воздействия через различные техники и приемы. Человек впадает в транс незаметно для себя и не так глубоко, как при воздействии классического гипноза, и в том заключается фокус: вроде сам принимаю решения, произвожу какие-то действия, причем вполне сознательно, не подозревая даже, что мной манипулируют. Цыгане используют похожие приемы. Так вот, наша Вероника в теории доказала, что различия в звучании речи – будь то английская, или французская, или русская – не имеют принципиального значения на этапе так называемого «ведения» или «подстройки», но приобретают ключевой смысл в процессе работы гипнотизера непосредственно с подсознанием субъекта, и что нейро-лингвистическая составляющая может быть перенесена на подкорку человека при помощи современных электронных носителей – проще говоря, вы можете словить внушение, ковыряясь в Интернете.
- Похоже на прорыв в психотропной теории?
- Такая разве есть?
- Наверно, если ею пользуются преступники.
Игорь Анатольевич усмехнулся.
- Её работа была оценена на «отлично», но это было с точки зрения отношений «преподаватель – студент». На научное обоснование и патент она не претендовала. Но, в любом случае, Вероника наверняка после окончания университета практиковалась. И в вашем деле мне это представляется бесспорным.
- Вы мне раскроете новую версию следствия?
- Да, она строится на новых фактах, которые появились в нашем распоряжении совсем недавно.
Прокопенко рассказал всё то, во что перед этим посвятил Светлану.
- Таким образом, - резюмировал он, - что мы имеем? После окончания университета Камова проходит курс референтов, осваивает основы бизнеса, так сказать, потом подаёт резюме в преуспевающую строительную фирму. Первый этап отбора она не проходит – не удивительно, раз вы говорите, что управляющий кадрами у Бориса Сергеевича тоже психолог, я подозреваю, что наша девочка просто не решилась форсировать события и предпочла, чтобы всё текло своим чередом. На повторном собеседовании, уже непосредственно с вашим братом, она включает всё своё обаяние, и не только…
- Простите, вы полагаете, что она загипнотизировала его? – перебил Иван.
- Я не могу с уверенностью так утверждать. По вашим же данным, Борис Сергеевич отказал всем остальным претенденткам на эту вакансию даже в собеседовании. Насколько я знаком с теорией НЛП, убедить или подтолкнуть человека принять то или иное решение возможно, и не вводя его в глубокий транс: достаточно грамотно построить своё поведение и свою речь, акцентируя внимание на ключевых словах. Например, она поставила себе целью произвести простое внушение: «возьми меня на работу». Исходя из этого, после предварительной, так скажем, «артподготовки», она начинает рассказывать о себе – где и когда родилась, что закончила, какие у неё хобби, при этом употребляет каждое из ключевых слов в совершенно разных контекстах, выделяя их каким-либо образом: постукивая пальцем по столу, или поправляя в этот момент прическу, или подмигивая – не знаю, что можно выбрать, всё зависит от конкретной ситуации. Суть в том, что сознательно человек не воспринимает внушение, но зато наше подсознание улавливает все эти нюансы и реагирует на них вполне буквально, то есть подталкивает на принятие именно этого решения, понимаете?
- В теории понятно, но я не могу себе представить, как это можно осуществить на практике, ей-Богу!
- Повторение – мать учения. Я не сомневаюсь, что у неё был заготовлен текст, скажем, примерно такого содержания: «В детстве меня родители подготавливали к деловой карьере, - во время произнесения слова «меня» Прокопенко сделал еле уловимую паузу и в этот момент взялся за мочку уха. – И сама я была, в принципе, готова ездить на работу в любой конец города, лишь бы это приносило моральное и материальное удовлетворение, - на словах «на работу» процедура с мочкой уха повторилась. – Но неделю назад, когда я впервые подготовила своё резюме, на улице возьми и случись такой казус: ветер из рук вырвал листок, и мне пришлось делать всё заново». Я это сочинил сходу, конечно, текст не идеален, но общее представление даёт, не так ли?
- Да, вы знаете, Игорь Анатольевич, действительно начинаешь обращать на это внимание.
- Ну, это вы обращаете, потому что подготовлены, а в процессе общения готово только ваше подсознание реагировать на такие тонкости. Пока проговариваешь текст, можно повторить установку не раз и не два, просто используя определенный лингвистический набор. Но это смотря по тому, сколько времени есть в вашем распоряжении.
- Так выходит, что из любого можно сделать… зомби, - Иван нервно заерзал на стуле.
- Ну, во-первых, ориентировочно только две трети людей поддаются внушению, а во-вторых, чтобы отточить такие специфические приемы, требуется масса времени и практики. Но, согласен, что, если взяться за дело серьёзно, можно достичь хороших результатов – как, впрочем, и в любом деле. Мне приходилось общаться и сотрудничать с мастерами НЛП – они, должен сказать, вполне обычные и нормальные люди, не стремящиеся к тотальному мировому господству. Как они объясняют, достигнув определенного уровня, вся эта мирская суета вокруг власти и влияния теряет свою привлекательность, начинаешь мыслить философски, и это также неотделимо от данного уровня познания, как и… примитивные стремления животных оградить свою территорию. Но мы, кажется, отвлеклись.