Может мне попытаться выяснить, что-то? Зачем? Мне отсюда выход заказан. Попытаться достучаться до разумной части женщины? Помочь ей? Я вас умоляю, переубедить человека добровольно принимающего роль жертвы — невозможно! Для помощи себе? Чем она может помочь? Сама сидит на привязи. Остается только ждать. Опять блядь ждать старухи с косой. На таких оптимистических мыслях меня все же вырубает.

— Проснитесь, что-то случилось?! — Вы когда-нибудь, просыпались от громкого шепота? Это странно. — Да очнитесь уже! — Я попробовала мотнуть головой, и для этого мне понадобилось практически все силы.

 — Почему я не могу шевелиться? — Хрипло спросила.

— Это, наверное, камень так действует, чем он ближе, тем больше сил высасывает.

— Заебись. — Теперь со мной точно можно прощаться. — Сколько я уже в отрубе? — Блядь, как же я ненавижу свою хорошую память на дерьмовые моменты своей жизни!

— Пару суток.

— Заебись. — Что-то я оговариваюсь, да и хрен с ним.

— Вот опять! — Я прислушалась, и ни хрена не услышала.

— Вы о чем? — Черт, либо меня глючит, либо этот камушек слишком близко, и высасывает не только силы, но и слух, и долбанное зрение! А нет, зрение, это скорее результат заплывших век.

Посильнее попыталась вдохнуть и смогла чуть приоткрыть веки и отклониться на что-то твердое и холодное за спиной.

— Стенка вибрирует, словно что-то ломают где-то внизу. — Не чувствую.

— И стоило меня будить, может у них тотальный ремонт? — Господи, ну какую я фигню несу? А хотя пофиг, нет мне ни какого до этого дела, меня опять начинает вырубать.

— Такого еще не было. — Слышу на границе отруба и тут же слышу рев. Знакомый рев цепляет мое сознание, и пинками выдергивает из тумана оплетающего слабое тело. — Всевышний, что это? — Женщина гремит цепями, но я не могу поднять голову и посмотреть, чем она там занимается.

— А это кажется группа поддержки. — Смешок срывается с губ. Искали? Господи, неужели искали? Как? Зачем?

Много несложных, непонятных вопросов проскакивает, пока не слышу еще один рев и шум драки. Хотелось бы на это взглянуть, насладиться зрелищем.

— Вот и проверим, чей монстр окажется сильней! — Добавляю с не присущим себе хладнокровием, и тут же дверь в комнате вылетает, а перед моими ногами оказывается Визир. Не успеваю шокированным взглядом просканировать практически переломанное тело, как оно пропадает из поля зрения.

— Неееет! — Раздается крик женщины, и от него я все же поднимаю голову. — Нет, нет, нет, нет, не. — Стонет эта сумасшедшая и сама же отползает к углу стены, опирается на нее, сжимается и начинает раскачиваться. — Нет, нет. — Но я уже не смотрю на женщину, мой тяжелый взгляд переводится на более интересное зрелище, более захватывающее.

Месть так сладка, так заманчива, ей хочется наслаждаться, смаковать. Видеть сломанное, хрипящее тело и осознавать, что эти увечья получены в наказание за вашу обиду. За вас.

Тело висит боком ко мне, не доставая ногами до пола, а Зверь мертвой хваткой впился своими когтями в горло хрипящему куску дерьма, захлебывающегося своей кровью. Зверь не спешит вершить праведный суд, он замер, рассматривая мое связанное, изрядно потрепанное тельце и да, в этом взгляде тьма разбавляется всполохами желтых искр, сатанеет, начинает безумно метаться. Вот он. Этот взгляд, который способен напугать меня, который сможет заставить замолчать и вжать голову в плечи. И сука, как же это прекрасно знать, что этот взгляд предназначен твоему обидчику.

— Всевышний, ты жива! — Раздается испуганный голос Лис со спины Шакала. Комната начинает наполняться людьми, которых я уже и не чаяла увидеть.

Нет, я рада их видеть, рада слышать, но не в эту долбанную секунду, не сейчас! Сейчас я просто хочу насладиться безумием Зверя, с первых рядов, как долбанный зритель, вспомнить каким он может быть опасным и прекрасным. Зажечься адреналином, воспылать как ебанная елка на новый год.

— Вика? — Это прокричал Крис. Я выдыхаю, выпускаю этот запоминающийся миг, насладившаяся им, сглатываю в пересушенном рту и пытаюсь привести кровожадные мысли в порядок. В мирный порядок.

— Лис, а ну быстро вышла отсюда, тут камень для Избранных! — Хриплю я и прислушиваюсь к повторяющемуся вою женщины.

Эта тварь, похитившая меня, бесспорно, заслужил смерти. Медленной и мучительной, но только не на глазах его жены. Я знаю, что не стоит надеяться на ее здравомыслие, но я все же надеюсь.

— Жень не убивай его, он один из пятерки! — Аргумент? Да. Как мне кажется в эту секунду.

И Зверь послушен. Он переводит взгляд на тушу, осматривает ее так, словно затевает что-то, и я догадываюсь, что это будет расплата. Кровавая расплата. Не здесь, не сейчас, но будет. Это обещание, которое он не собирается скрывать и не только от жертвы, это так же предупреждение и мне, что он так просто не отпустит, он отомстит, так, как умеет делать только он, и это успокаивает меня.

Он зло рычит и все же откидывает Визира к стене. Стражи не дремлют, они связывают поломанное тело не жалея, и я вижу в их рядах Грегори, промелькнувшего тенью, схватившего камень, лежащий на полу.

Он вытащил его за пределы комнаты, и с биением на кончиках пальцев отголосков утраченной силы, дышать становиться немного легче.

В Звере отпадает необходимость, и на фоне обреченного шёпота слышу, как ломаются кости, вижу, как опадает мех, как черты лица становятся человеческими, как мощное тело немного выгибает в последнем спазме, и как тьма в глазах начинает сжиматься, уступать месту жгучему желтому. Слышу, щелчки фаланг пальцев, сжимающихся в кулаке, и вижу перед собой уже мужчину. Разозленного и испуганного Шакала с простым именем — Женя, который делает всего один шаг, вторгается в мое личное пространство, чуть сгибает меня и рвет опоясывающие мое тело путы.

— О, ты такой иногда милый! — Сарказм. Это все, что сейчас мне доступно, как и все, что просто приходит на ум. Сказала, перед тем как встать и упасть в обморок. Слишком сильное истощение.

========== 19 глава ==========

— Черт. — Я вынырнула слишком быстро? Или эта слабость никогда не пройдет?

— О, ты уже проснулась? Замечательно, этого я и ждала! — Лис говорит громко, что с моим слухом? Может дело в нем? Я морщусь и сжимаю пальцы, верчу кистями рук, которые немного ноют. — Ох, это чувство полного истощения! Оно чертовски выматывает! И как же все-таки хорошо, что отчасти мы все же не люди! Давай, открывай уже свои чудесные, пропитанные ангельским непониманием глазки и вставай.

— Черт. — Повторяюсь я и предпринимаю попытки открыть глаза.

— Скоро будет лучше. В принципе, внешний вид уже нормальный, скоро и остальное вернется в норму. Нам пришлось влить в тебя достаточно крови Блонди, чтобы она стала действовать, и это не хорошо, потому что не знаем, как она может повлиять на тебя в таком количестве!