– Максим, я помогу тебе, – сказал Дима.

– Ты? Мне? Зачем?

– А что мне еще делать?

– Мне не нужна помощь.

– Максим, ты все никак не можешь понять, ты не найдешь в этом городе взрывчатку.

– Я могу сделать ее сам.

– Чтобы взорвать целый храм тебе нужно дофига всего, в магазинах если купишь хоть что-то подозрительное…

– Но почему ты хочешь мне помочь?

– Не знаю, я просто не могу уже жить, как жил, а что мне еще? Я умею только лицедействовать, продавать наркотики, мутить сделки, все, что я умею в этом мире никому не нужно. Я бы воспользовался в последний раз знаниями, а потом, если вдруг у нас выйдет, ты уедешь обратно в свою Канаду?

– Да.

– А можно с тобой?

– Да, почему бы и нет.

– Супер.

– Вы оба идиоты, – покачал головой Артур, – Дима, если подпишешься – больше мне не звони. Я не хочу умирать вместе с вами.

– А как же Алина, ты не хочешь отомстить за нее? – спросил Дима Артура.

– Кому, тебе?

– Нет! Это не я! То есть не только я, но и они! Я хотел спасти ее, но они запретили, сказали, что одну невинную жертву общественность переживет!

– Только нигде в новостях о ней не упомянули. Говорят, что невинных жертв вообще нет. Послушайте, я не хочу умирать, вот и все. Да и сами вы в это вписываетесь не ради нее. Убирайтесь к черту, – Артур не повысил голос, так что не было понятно, действительно ли он хочет, чтобы они ушли.

Максим и Дима все же ушли. По дороге обратно к Диме рядом с парнями остановился черный джип, Максима затащили в машину и уехали, Дима пытался оказать сопротивление, но его оттолкнули, и он остался лежать на земле, успел только перевернуться на живот и запомнить номер уезжающей машины.

***

С головы Максима сняли холщовый пакет, перед ним сидел Виктор.

– Виктор?! Как?!

– Хочу спросить тоже самое у тебя. Я тоже думал, что ты мертв.

– Мы оба выжили при взрыве. Если бы я был девчонкой, сказал бы, что между нами есть особенная связь.

– Связь между нами действительно есть. Расскажи, что с тобой было.

– Они взорвали мой храм, я чудом остался жив, друзья вывезли меня заграницу, и там я пролежал в коме два года.

– Зачем вернулся?

– Отомстить.

– За что?

– За то, что опорочили мое имя, за то, что отняли у меня самое важное, что я сделал, а потом опошлили его. Я хочу взорвать храм, который построили заместо моего.

– А потом?

– Потом вернусь заграницу, если останусь жив, у меня там девушка и ребенок.

– То есть ты дашь пощечину человеку, избившему тебя и нассавшему тебе на лицо, и спрячешься?

– То, как ты это повернул, мне не нравится.

– Но так оно и есть.

– К чему ты клонишь?

– Как насчет того, чтобы уничтожить этого человека?

– Ты имеешь ввиду Удава?

– Да.

– Он работает на правительство, я не Джеймс Бонд – это не мой масштаб.

– Это мой масштаб, но мне нужна помощь, любая, людей сейчас мало, особенно дельных и верных.

– Виктор, откуда у тебя столько сил? Как ты спасся?

– В том здании был подземный ход, я ушел до взрыва. Я всегда думаю наперед. Ты же знаешь, что твоя сестра меня подловила?

– Да.

– Это ты ее туда послал?

– Если бы это было так – сидел бы я сейчас перед тобой так спокойно?

– Уверен, что ты был бы еще спокойнее.

– Ну да, – Максим самодовольно улыбнулся, – Нет, она связалась с парнем, который был подставным от Удава, он притерся ко мне, и ее перетянул, я не знал. Она даже мне не сказала.

– Видимо хороший ебырь.

– Если бы. Выяснилось, что они даже не встречались, я не знаю, что там произошло, они оба, она и он, мне сложно понять, что у них в голове. Было. Что было у нее в голове.

– Ладно, я понял. Вернемся к делу. Я выжил и дальше было трудно, но два с половиной года я провел не зря, собрал всех, кого мог, кому не нравится новый режим. И нас много. И ты должен понимать, что это будет битва на смерть. Или они, или мы, вместе нам не ужиться. Ты хочешь отвоевать свой город, отомстить за унижение, отомстить за сестру, по-настоящему отомстить за храм? Ты хочешь снова владеть: деньгами, властью, возможностями? Ты хочешь снова пройтись по улице, где провел детство, не пряча лицо под капюшоном?

– Виктор, побереги запал и пафос для кого-то другого. Я ко всему этому равнодушен. Кроме одного.

– Чего?

– Я уже сказал: они уничтожили мой готический храм, а потом посмеялись над ним.

– Ты будешь рисковать жизнью только ради этого?

– А ты будешь рисковать жизнью только ради денег? Для меня это так же глупо, как для тебя мои мысли.

– Не только денег, я хочу вернуть свой статус, хочу, чтобы мое имя вызывало уважение, как раньше.

– Твое имя вызывало страх, а не уважение.

– Я мог бы подискутировать с тобой об этом и еще обидеться на твои слова и тон, но к сожалению, у меня мало времени и мало веса, раз ты позволяешь теперь себе такое.

– Извини меня. Напротив, я уважаю тебя, как никогда – ты не сдаешься. Но я не могу помочь тебе, я хочу только уничтожить храм, точка. Остальное… Я ведь не солдат, ты же знаешь, я умею разговаривать и держать марку, это мое главное умение, остальное – по мелочи.

– Я понял. А взрывчатку ты как собираешься искать?

– Я еще думаю.

– Давай так, я достану для тебя взрывчатку, а ты отплатишь мне услугой.

– Ох чувствую, она может быть мне не посильна.

– Выбор за тобой, без меня ты будешь собираться слишком долго, ты обнаружишь себя. Тебя не было два с половиной года в городе, все изменилось, у тебя нет друзей, кто мог бы помочь. Кроме меня.

– Убедил, продан, – Максим всплеснул руками.

На самом деле Виктору самому нужно было, чтобы Максим взорвал храм, ему только это и нужно было. Он сказал об ответной услуге, только для того, чтобы Максим не заподозрил подвоха. Такие, как Виктор просто так ничего не дают. Виктору нужно было всячески дестабилизировать город и людей, и взрыв главной национальной достопримечательности, при чем во второй раз – то, что нужно. Хотя, если бы получилось Максима завербовать – было бы отлично, но нет так нет.

Максима высадили с закрытыми глазами неподалеку от дома Димы, Максим снял повязку с лица, накинул капюшон, поспешил к Диме. Вскоре Максим остановился и долго смотрел на стену дома, мимо которого шел, перед тем, как осознать, что перед ним листовка с фотографией Капитана в костюме и надписью «Александра Афанасьева в мэры города. Молодость, ум, честь – наше лучшее будущее»

Максим сорвал листовку, у Димы он включил компьютер, открыл браузер и начал поглощать: Капитан был везде: Александр – самый лучший выпускник юридического факультета СПБГУ, Александр учится в магистратуре и стажируется в комитете при мэре, Александр то, Александр это, вся надежда на Александра, он бесстрастен, он вышел из народа, Александр предложил инициативу, Александр самый сексуальный политик года, Александра частенько видят вместе с дочерью президента.

Выборы через пять дней, Максим сунул листовку Диме в лицо.

– Почему ты мне не сказал об этом?

– А что, ты увлекаешься молодыми сексуальными политиками?

– Иди ты к черту – это Капитан! Это он!

– Он правда молодец, умен, он везде, вкалывает, это первый не только умный, но и крутой политик из всех, что я знаю. Буквально все и пожилые, и молодые мужчины обожают его, ну а девушки – те вообще с ума посходили, у него фан группы с большим количеством подписчиков, чем у любой нашей знаменитости.

– Нет тут не только это… ну конечно, большой брат… Все сходится, они выбрали его с самого детства или может какой-то родственник, который по какой-то причине не мог афишировать покровительство Капитана. Вот сученок, вот что он имел ввиду, когда говорил «пойдем со мной», он хотел взять меня туда, в правительство.

– Я не вполне понимаю, о чем ты.

Максим ходил по кухне туда-сюда:

– Но уже поздно в любом случае. Для меня. Теперь тем более нельзя с ним видеться. Да. Но это ничего не меняет.