Выйдя из машины, Владимир дёрнулся от холода, как от неожиданного прикосновения к телу. Дождь капал ему на голову. Посмотрев вперёд, он увидел большую вереницу машин, а вдалеке яркие меняющиеся огни, то красного, то синего цвета. Посмотрев на свою машину и представив тепло в салоне, он двинулся вперед к огонькам.

Человек, который работает убийцей, привыкает, что при каждом шаге его ожидает опасность, поэтому он тщательно рассматривает всё вокруг себя. Владимир идя к этим огонькам, внимательно смотрел на машины, на их марки и номера. Он приметил так же одну деталь, во всех машинах отсутствовали водители, а в некоторых ещё и пассажиры. Не успев задуматься над вопросом о пропаже людей, он заметил большую толпу впереди. Толпа стояла рядом с красно белой веревкой, которая запрещал им заходить на место аварии. Владимир подошёл на такое расстояние, чтобы ему было видно само происшествие и слышно о чём говорят люди, но чтобы людям его не было видно.

Последствия аварии выглядели устрашающе. Черный тормозной путь на асфальте, кровавые пятна там же. Разбитый кузов КАМАЗа. И полностью смятые груды железа, бывшего некогда автомобилем марки BMW. Рядом с грудой железа, накрытый белой простынёй, лежал труп человека. По месту аварии ходили полицейские и врачи скорой помощи. Сотрудники ДПС что – то замеряли и записывали.

– Да вылетел он КАМАЗу навстречу! – сказал кто то в толпе.

– Не знаешь долго ещё нам тут стоять? – раздался голос другого.

– Да хрен его знает. Вроде как долго. Который погиб, артистом был. Сказали пока труп в морг не увезут, трассу не откроют,– произнёс третий.

– Всегда к ним лучше относились, чем к обычным гражданам – снова сказал первый голос.

– Обычного сейчас бы на обочину кинули и трассу открыли. А тут вишь, звезда же! – подтвердил второй голос.

– Да завтра все мозги по телеку проедят. Что, дескать, актер разбился. Ещё траур объявят. А сколько обычных людей гибнет каждый день? – сказал первый.

– Обычные на то и обычные, чтобы ноги об них вытирать – цинично заключил второй – да мочить их как мух.

Выслушав их небольшой разговор и посмотрев на аварию, Владимир сделал вывод, что пробка будет ещё долго. Немного поразмыслив, он вспомнил, что есть другая дорога. Окинув напоследок взглядом аварию, он направился в машину.

На секунду прекратившийся дождь, снова резко пошёл. Чтобы не намочиться полностью, Владимир ускорил шаг.

– Ну чего там? – нетерпеливо спросил Роман, когда Владимир сел в машину, впустив за собой уличный холод.

Проигнорировав вопрос, Владимир тут же потянул руку к печке, чтобы включить её на полную мощь.

– Она на максимуму стоит – сказал Роман – Рассказывай, что там?

– Авария – ответил Владимир, включая дворники и поворачивая руль вправо, чтобы развернуться. – Актер какой-то погиб. Трассу откроют только, когда катафалк приедет за ним.

– А мы в объезд поедем? – спросил Роман, видя, что Владимир разворачивается.

– Ну а чего тут торчать?

– Мы же никуда не торопимся?

– Да просто появился шанс – Владимир замолчал, чтобы спокойно развернуть машину, а когда нажал на газ и машина понеслась в обратную сторону, продолжил – Шанс, говорю, появился в место одно заехать –

– В какое?

– Помнишь, я тебе про бабку свою рассказывал. Она меня водила в церковь, там батюшка Алексей служил. Очень хороший мужик, навестить его хочу.

– Так ты же вроде говоришь, что Бога ненавидишь.

– Говорил.

– Так зачем же к батюшке заехать хочешь?

– Поговорить с ним хочу, давно не видел.

– Не нравится мне эта идея – сказал Роман.

– Да тут недалеко – закончил Владимир и прибавил громкость музыки, чтобы прекратить этот разговор.

Владимир был человеком, который не верил в бога, он считал всё христианство сектой. Но всё же иногда, вера, лучом света проскальзывала в его сознание. Он начинал жалеть о своих грехах и задумываться о существование Бога. Вот такой момент наступил, когда он был на месте аварии и подумав, что затор хороший знак для объезда, он и решил заехать в церковь своего детства, чтобы поговорить с человеком, которого он в действительности уважал…

Замечали ли вы, что у всех церквей золотые купола. Конечно замечали, но вот всё-таки почему они золотые? Не зная истинной причины, я всё же могу предположить. Когда яркое солнце светит на землю, озаряя всё своими золотистыми лучами, эти купола приобретают красоту, от которой не в силах оторваться человеческому взгляду. Даже самый заядлый атеист, нет нет, да и зачаруется этим ярким золотистым светом куполов, нет нет, да и задумается о Боге.

В разные времена люди относились по разному к церкви и Богу, то верили, то не верили. В наше время религия вошла в моду, большинство людей ходят в церковь, повинуясь ей. Большинство людей апеллируют религией, призывая других к ответу, а сами, мягко говоря, далеки от неё. Лишь некоторые, их очень мало, истинно веруют.

Церковь, которая находилась возле небольшой деревеньки, беднела. Но не в финансовом плане, она беднела людьми. Редкий житель села заходил в неё, за исключением старушек. Редкий житель села ставил свечку или молился. Зато когда кто ни будь умирал, его родственники тут же спешили в церковь, чтобы батюшка провёл обряд над мертвым. Родственников не заботила сама процедура, они это делали для галочки, просто модно, да и перед соседями похвастаться можно. В связи с этим церковь начинала жить собственной жизнью. При ней постепенно образовался огород, на котором росли овощи. Появились домашние животные, свиньи, коровы и куры. Появилась бабушка, из тех, которая верила. Она следила за огородом и животными, спала в домике рядом с церковью. Некоторые мужики из деревни, каждый выходной помогали церкви, где огород спахать, где снег вычистить. Делали они это, как говорится, для души. Так постепенно эта церковь превратилось в большое хозяйство, как колхоз, только каждый день из неё слышались молитвы и звон колоколов. А каждый солнечный вечер неверующие жители села, любовались ярко розовыми красками, переливающих на золотых куполах.

Автомобиль марки Toyota свернул с трассы и поехал по щебеночной дороге. Владимир сбавил скорость, чтобы машину трясло меньше. Вскоре впереди показались золотые купола, выглядывающие из деревьев, потом белые стены.

– Не могли асфальтом дорогу выложить – произнёс Роман, потом посмотрел на изменившиеся лицо водителя и добавил – хоть бы музыку убавил.

– Надо – проговорил Владимир и совсем выключил магнитолу.

Для обоих людей, находящихся в машине, наступила непривычная тишина. Машина тряслась на каждой кочке, но Владимир даже немного прибавил газу, торопясь увидеться с батюшкой Алексеем. Наконец из деревьев показалась и вся церковь, с железными входными воротами. Владимир остановил машину недалеко от ворот.

– Пойдёшь? – спросил он.

– Иди один – ответил Роман – Твои ведь воспоминания, чего мне в них лезть. Только давай не долго.

Владимир, махнув головой, одновременно как бы говоря хорошо и спасибо, открыл дверь и вышел.

Он замер, глядя на церковь. С того момента, когда он в ней был последний раз, она ни капельки не изменилась. Эта дорога по которой он ходил с бабушкой такая же. Владимир медленными шагами направился к входу в церковь. Он глубоко вдыхал воздух. В голову хлынули воспоминания. Те дни когда он ходил сюда с бабушкой и видел батюшку. Только бабушку он совсем не помнил, вернее помнил, что она есть, но не мог вспомнить как она выглядела. Зато батюшку Алексея он помнил отлично. Это был мужчина уже пожилых лет, с большой рыжей бородой, покрывающей всё его лицо. Его глаза выражали счастье и успокоение. Он был немного полноват, как и все служители церкви, широкоплечий и высокий. Когда он здоровался с маленьким Владимиром то, тот чувствовал гладкие, но мозолистые руки. От него пахло воском и каким-то странным ароматом, который чарующе действовал на собеседников. И когда Владимир уезжал из своей деревни, он жалел не о том, что покидает родной дом и бабушку, а о том, что может больше не увидеть батюшку. Он помнил тот зимний день. Было морозно холодно. Снег медленно падал на землю вот уже третий день, не переставая. Вокруг всё замело. В особенности замело дорогу до церкви, люди просто боялись в неё идти по огромным сугробам. Молодой Владимир наскоро попрощавшись с бабушкой и родными, решил заглянуть к батюшке Алексею. Он шёл по белым сугробам, проваливаясь по колено, иногда падал, вставал и снова шёл, видя впереди, сквозь падающий снег, жёлтые купола в которых жил человек, оставивший отпечаток в его сердце. У железных ворот его встретил Батюшка, такой же как всегда, только немного обеспокоенный: