Замерев стоя возле стола, он посмотрел на неё, приподняв бровь. Увидев панику на её лице, он раздражённо вздохнул.

— Серьёзно, Элан? Что такое? Ты стала той ещё королевой драмы, да?

— А у тебя вообще не осталось чувства юмора, да?

— Чувства юмора?

— Раньше ты за словом в карман не лез, Дигойз, — парировала она. — И не уходил, надувшись как какой-то психованный подросток.

Однако когда она уставилась в дальнюю стену, её лицо напряглось. Она положила скованные руки на стол и наклонилась поближе к нему с искренним выражением.

— Мне правда нужно поговорить с тобой, Реви', — сказала она. — Это важно.

Вся игривость ушла из её голоса. Увидев на его лице раздражение из-за того, что он посчитал очередной игрой, она недовольно щёлкнула языком и одним движением головы отбросила назад прямые чёрные волосы.

— Слушай, — сказала она. — Я прошу прощения за эти подколы. Я знаю, как сильно твоя жена ненавидит меня, и не смогла удержаться. Но мне правда нужно поговорить с тобой. Так что… перемирие? Ровно настолько, чтобы ты выслушал, что я хочу сказать? После этого ты и твоя жена можете избить меня, продать или оставить с Зачисткой, или что вы ещё там захотите сделать, Реви'. Я даже буду плакать, кричать и умолять её, если ты захочешь.

Ревик нахмурился, сканируя её.

Он знал, что Врег и остальные будут намного тщательнее сканировать её по другую сторону той органической стены и записывать все её Барьерные отпечатки, чтобы потом команда разведки смогла детально всё просмотреть. И всё же он хотел лучше понять то, что чувствует сам.

Помимо попыток спровоцировать его, он не ощущал в ней никакого двуличия.

Опять-таки, он не был уверен, что ощутил бы это. Рейвен всегда была хорошей лгуньей, отчасти потому, что мастерски врала самой себе.

И у неё наверняка имелась помощь.

Он никогда не знал случая, когда она работала бы одна. Она всегда тяготела к самому крупному источнику силы, какой только могла найти, и держалась за него всеми возможными способами. Это единственная причина, по которой она соблазнила его; он оказался её способом подобраться ближе к Галейту.

И всё же он осознал, что понимает, что он видел в свете Балидора.

Лидер Адипана не верил, что её появление здесь — чистой воды уловка.

Она действительно думала, что должна ему что-то сказать.

Опустившись на стул, он откинулся на спинку, всё ещё изучая её лицо.

— Ну? — он сделал плавный жест одной рукой. — Говори. Забей на прелюдию и просто скажи.

Она поколебалась.

Когда молчание затянулось, он закусил щеку изнутри от нарастающего нетерпения, наблюдая, как она думает и словно прокручивает слова в своей голове. Он не мог понять, что именно она делает. Морочит ему голову, пытаясь удержать здесь как можно дольше? Старается вывести его из себя? Или она действительно подбирает слова?

В любом случае, он уловил лишь один конкретный фрагмент смысла из мелькающих мыслей, которые он почувствовал через ошейник.

— Что-то по поводу Мэйгара? — спросил он. — Что? Где он, Элан? Он мёртв?

Её взгляд метнулся вверх.

На мгновение он опешил от увиденной там паники.

— Он не мёртв, — её голос звучал твёрдо, словно она пыталась убедить не только его, но и себя саму. — Он в Аргентине, Реви'. Его взяли в плен. После того задания, которое он выполнял с твоим оперативником…

— Что? — Ревик нахмурился, щёлкнув языком. — Никто из моих людей не работал с твоим сыном, Элан. Ты должна понимать, что я убью этого мелкого ублюдка, как только он попадётся мне на глаза…

Она резко щёлкнула языком, показывая непреклонный отрицательный жест.

— Нет, — сказала она. — Ты ошибаешься. Он работал с одной из ваших. В этой стране. Всего несколько месяцев назад.

— С кем?

— Та темнокожая женщина… с косичками. Чандрэ. Она была с ним в Калифорнии, когда они устранили ту лабораторию. Она, Варлан, несколько его людей, человек, который раньше на тебя работал, мой сын…

— Человек? — Ревик снова нахмурился, и его ладони сжались в кулаки. — Какой человек? О чём ты говоришь?

— Тот человек… Эддард. Ну, или такое имя он использовал, когда притворялся, что работал на МИ-6. Мне сказали, что на тебя он работал под тем же именем.

Помедлив, она оценила выражение его лица. Он всё ещё видел в её бирюзовых глазах нечто, похожее на настоящий страх, а слегка паникующий тон сохранялся в её голосе.

— Это он его забрал, Реви'. Эддард похитил Мэйгара. Он привёз его в Аргентину, доставил Мэйгара вместе с лекарством от того вируса. Червяк вскоре связался со мной через посредников в Китае, чтобы сообщить, что он у них.

Ревик осознал, что ему сложно поспевать за её рассказом.

Опустив руки, он наклонился над столом.

— Ты хочешь сказать, что Эддард, мой человеческий слуга в Лондоне — агент Тени?

Она показала утвердительный жест.

— Да. Именно это я и говорю, — поколебавшись, она склонила голову набок. — Ну. Он может и не быть человеком, Реви'.

Ревик нахмурился, затем отбросил эту мысль.

— Эддард похитил Мэйгара? И отдал его Тени?

— Да, — кивнула она с облегчением. — Да.

— Вместе с каким-то образцом вируса или лекарства от этого человеческого вируса?

— Да. Он мне так сказал.

— И почему это важно для меня? — Ревик откинулся на спинку своего стула. Вскинув ладони, он щёлкнул себе под нос. — Всё, что у Эддарда есть на меня, устарело на пять с лишним лет. Это при условии, что мы говорим об одной личности, а я в этом сомневаюсь, — ещё резче щёлкнув языком, он покачал головой. — Мы уже знали, что за заражением в Сан-Франциско, скорее всего, стоит Тень. Ничто из этого для нас не новости, Элан.

— У него Мэйгар, Реви'.

— И что? — Ревик издал отрывистый смешок. — Это первая причина, по которой я могу испытывать к этому сукиному сыну хоть какую-то симпатию.

— Он твой сын! — рявкнула она.

Воцарилось молчание.

В это время Ревик лишь пристально смотрел на неё. Он не знал, то ли расхохотаться, то ли просто встать и уйти. Вместо этого он ощутил, как его злость возвращается.

Наклонившись через стол, он понизил голос, позволяя своему тону сделаться ледяным.

— Что это за игра, Элан? Ты же не думаешь, что я в это поверю.

— Это правда! Клянусь богами!

— Дерьмо собачье, — он скривил губы, глядя в глаза. — Я бы не поверил в это раньше, когда считал себя сарком. Мы вообще из разных рас, Элан.

— Что ж, — она вскинула свои закованные руки в издевательском жесте капитуляции, и её тон сделался язвительным. — Полагаю, для тебя это неважно, О Прославленный Сайримн!

— Даты не сходятся.

— Сходятся, — она наградила его сердитым взглядом. — Откуда, думаешь, я знаю, что это был ты? Перед тем, как ты ушёл от Галейта, я спала только с тобой. На протяжении многих месяцев, Реви'. Ты единственный, от кого я могла забеременеть. И если помнишь, я просила тебя. Я просила тебя попытаться оплодотворить меня.

— Это была всего лишь дурацкая игра, Элан.

— Дурацкая или нет, но мы попытались… и я действительно забеременела, Реви', — в её голосе зазвучала неприкрытая злость. — Ты никогда не спрашивал себя, с чего бы я оставила его с этими коленопреклонёнными, Реви'? С чего бы я отдала своего единственного ребёнка кучке зомбированных монахов на воспитание, когда я бы сама могла спокойно его воспитывать?

— Мне сказали, что они поймали его, — произнёс Ревик, слыша злость в собственном голосе. — Они поймали его за попыткой проникнуть в Старый Дом по поручению кого-то в Организации. Вэш сказал, они дали ему выбор…

— Они соврали тебе, Реви'! — она раздражённо вскинула скованные руки. — Боги! Как ты можешь всё ещё поражаться этому? Когда ты уже поймёшь, что эти коленопреклонённые врали тебе о каждом важном аспекте твоей жизни?

— Так почему ты мне не сказала? — спросил он.

— Я хотела тебе сказать! — она стиснула ладони, нахмурившись. — Тот засранец-монах мне не позволил. Он сказал, что может гарантировать безопасность Мэйгара только в том случае, если никто не будет знать его настоящее происхождение. Он сказал, что в Сиртауне слишком многие настроены к тебе враждебно. Он сказал, что не может допустить твоего возвращения в Азию… даже ради такого. Даже для воспитания твоего же сына, — её голос сделался резким. — Он также сказал, что тебе нельзя доверить сына, чтобы ты воспитывал его сам, Реви'. Он сказал, что для Мэйгара в Англии слишком опасно, в окружении только тебя и людей, которые могут навредить ему, чтобы добраться до тебя. Он не рассказал мне про Мост или про твоё задание с ней…

— Я долгое время не был в Англии, Элан.

— Я хотела сказать тебе, Реви'! — возразила она, повышая голос. — Я хотела, чтобы всё это время ты знал! Этот коленопреклонённый мудак заставил меня дать клятву, что я скрою это от тебя. По крайней мере, до тех пор, пока ты не сумеешь вернуться в Азию. А потом произошла та ситуация…

Она умолкла, сделав неопределённый жест рукой.

— Та ситуация? — прорычал Ревик. — Ты имеешь в виду ту «ситуацию», когда твой сын попытался изнасиловать мою жену?

— Я отправилась туда, в Сиртаун, — произнесла она, словно он ничего и не говорил. — Как только я услышала, я поехала, чтобы рассказать тебе, Реви'… чтобы ты не навредил ему. Затем случилась бомбёжка, и я решила просто забрать его с собой, уберечь до тех пор, пока не узнаю, где ты. Даже тогда я собиралась передать тебе весточку, но потом…

Она умолкла во второй раз.

И опять-таки, Ревик договорил за неё.

— …Потом ты и Териан похитили мою жену, — сердито сказал Ревик. — Вы забрали её, когда мы ещё не завершили связь. Вытащили её голой из нашего дома, надели на неё ошейник. Затем ты, Териан и твой сын держали мою жену в плену в том подземном бункере в Вашингтоне. Избивали её. Насиловали её. Едва не убили её.

— Реви', — она наклонилась через стол, стиснула его руки своими, и в её голосе зазвучала мольба. — Реви', послушай меня. Он твой сын. Ты можешь подтвердить это какими угодно генетическими тестами, как только он окажется в безопасности, но клянусь… это правда. Этот Тень сказал, что убьёт его, если ты не отправишься туда. Он сказал, что не примет никаких других условий для его освобождения. Он хочет, чтобы ты лично вёл переговоры за его жизнь.