Ну и главной проблемой для Дамблдора по-прежнему оставался молодой Поттер. Этот мальчик разрушал все планы, какие только директор составлял на его счет. Узнав, что Дэвис решил выдать свою дочь замуж за Гойла, Дамблдор не мог упустить такой шанс вбить клин между молодыми людьми. Ему было неприятно это делать, но иначе было нельзя — Дэвис могла сбить Гарри с правильного пути, по которому строптивый рейвенкловец и так не желал идти. Финал поразил всех без исключения — данная история лишь еще больше сблизила Поттера с девушкой, и даже травля с помощью «Пророка», к которой прибегнул директор, ничего не дала. Дамблдору очень не хотелось подключать к этой истории Скитер, но без нее было не обойтись. Если кто и мог очернить Трейси Дэвис с головы до ног, то только скандальная журналистка, собаку съевшая на подобных делах.

И снова мимо! Статья Скитер лишь окончательно вывела Поттера из себя, но никак не разлучила его с Дэвис. А уж когда на девушку прямо в Большом Зале посыпались письма с оскорблениями, остатки терпения вспыльчивого юноши окончательно испарились. Сперва Грегори Гойл отправил отцу письмо о том, что Поттер желает с ним встретиться. Следом такое же письмо отправилось в особняк Малфоев. Любое упоминание статьи в присутствии Гарри было чревато крупными проблемами, из которых хороший удар в зубы был самым безобидным вариантом. Чего уж говорить, если после урока с гриффиндорцами взмыленный и бледный Снейп влетел в кабинет директора, утверждая, что Поттер очень близко подошел к одной бесспорно важной, но очень опасной правде. Причем опасной в первую очередь именно для Снейпа. И все это после того, как Северус имел глупость прочитать злополучную статью прямо посреди урока на глазах у взбешенного Гарри.

Последние вести окончательно отправили директора в глубокую печаль — верный друг сегодня сообщил ему, что Маркус Гойл неожиданно расторг брачный контракт с Дунканом Дэвисом. Прошел слушок, что Элеонор Дэвис, урожденная Бэддок, собралась подать на развод, хотя этот слух, скорее всего, был ложным. Но последней каплей для директора оказались вести о том, что Рита Скитер бесследно пропала, а офис «Ежедневного Пророка» сгорел дотла.

Дамблдор чувствовал себя очень и очень старым. Он просто не успевал следить за всеми событиями, все больше теряя контроль.

Старому магу просто хотелось отдохнуть.

***

— Дафна, Трейси, — Гарри с доброй усмешкой смотрел на девушек. Трейси сияла, как начищенный галеон, Дафна… Прочитать на лице Дафны хоть что-то для Гарри всегда было непосильной задачей. Особенно, если она сама этого хотела. — У меня к вам важный разговор.

— О чем же? — сверкала улыбкой Дэвис. Новость о том, что Гойл-старший разорвал контракт, заставила девушку на радостях прыгать до потолка.

— О нас.

*это намеренная ошибка.

Глава 32

Девушки с любопытством и некой настороженностью смотрели на загадочно улыбающегося Поттера, который спрятал руки в карманах брюк. Гарри смотрел попеременно то на Дафну, то на Трейси, и в глазах подростка горело теплое пламя.

— Ну и? — первой не выдержала, как и ожидал Поттер, Трейси. — Так и будешь хранить загадочное молчание? Или, может, нам самим обо всем следует догадаться?

— Гадать нет нужды, — Гарри улыбался искренне и беззаботно. На первый взгляд. На деле же в душе подростка бушевал ураган. Сколько бы он не прокручивал этот разговор в голове, сколько бы не готовился, реальность обычно отличается от мечтаний.

— Тогда поторопись, — легкая улыбка Дафны неожиданно напомнила Поттеру волчий оскал, — а то наше терпение отнюдь не безгранично. Более того — оно уже давно закончилось!

— Чего-то подобного я и боялся, — признался Гарри. — Как и знаю то, что сам виноват в сложившейся ситуации, — глубоко вздохнув, Поттер собрался с духом. Предстоящая беседа пугала его чуть ли не больше, чем видения смерти родителей. В этот самый момент решится все, а именно дальнейший смысл существования подростка.

— Начну я, пожалуй, вот с чего, — наконец принял решение Гарри. — Уже совсем скоро я вступлю в титул Лорда и возглавлю род Певереллов. Еще через два года я стану главой рода Поттер. Есть не мало людей, которые не желают видеть меня ни тем, ни другим. Думаю, что не ошибусь в своем предположении, что они с удовольствием увидели бы меня в могиле. Правда, я не собираюсь доставлять им такое удовольствие.

— Все это понятно, но какое отношение твое вступление в титул имеет к нам? — в нетерпении спросила Трейси.

— Самое что ни на есть прямое, — серьезным тоном ответил Поттер, усевшись напротив девушек и вглядываясь в их лица. — Давайте будем честными сами с собой. Наша дружба уже давно переросла в нечто большее. Хотите, чтобы я сказал прямым текстом? Пожалуйста, мне это не сложно. Я люблю вас, — Дафна судорожно вздохнула, а Треси громко, совершенно неаристократично, сглотнула. — Обеих. Вы для меня неотделимы. И никто более мне рядом не нужен. И это истинная правда. Но проблема в том, что ясно это не только нам. Наши отношения понятны уже всей школе, и многие семейства уже этому не рады. Кто-то имел планы на вас, кто-то — на меня, кто-то просто всех нас ненавидит. Мне плевать на их мнение, но они вполне могут вам навредить.

— Нам? — наконец-то подала голос Гринграсс, хоть он и отдавал сильнейшим волнением. Вот только за кого? — Почему именно нам?

— Потому что часть этих семейств являются вассалами моего рода, — жестко ответил Гарри, а Трейси явственно вздрогнула. — Древние клятвы связывают их по рукам и ногам, не позволяя даже дернуться в неправильном направлении. Сейчас у них еще есть некая свобода действий, но как только я возглавлю Певереллов, их свободе придет конец. И им уже известен этот факт. Другие же семейства… Скажем так, мне есть, что им противопоставить.

— И что именно? — в этот раз вопрос задала уже Девис.

— Армия, — честно ответил Гарри, чем повторно поверг девушек в шок. — Хорошо тренированная, многочисленная армия, что некогда служила моим предкам. Помимо того, на данный момент я живу, наверное, в самом укрепленном замке во всей Британии. Я защищен, а вот вы — нет, и этот факт очень меня беспокоит. Не имея возможности добраться до меня, хоть это и неправда, они вполне могут нанести удар по вам. Объясню проще — я противостою тем, кто не берет заложников, а предпочитает мучить и убивать, — Гарри глубоко вздохнул. — Я говорю о Пожирателях Смерти и их хозяине, Волдеморте.

— Он мертв, Гарри, — судорожно сжав челюсть, проговорила Дафна.

— Боюсь, что это не так, — с огромным сожалением ответил Поттер. — Эта сволочь жива и сделает все, чтобы возродиться. И, собственно, именно поэтому я и начал этот разговор. Главная наша проблема в том, что я, хоть и частично, но защищен, а вот вы — нет. Мои вассалы не могут тронуть меня, но на вас это правило не распространяется. На данный момент. Пожирателям, которые не связаны со мной клятвами, и уж тем более их хозяину, и вовсе плевать. Если будет нужно, они нанесут удар по вам. А я этого допустить не могу.

— И что ты предлагаешь? — девушки насторожено смотрели на друга, лицо которого странным образом исказилось, словно ему самому не нравилось собственное предложение.

— Выбор за вами. Решать только вам. Мне очень не хочется так поступать, но и рисковать вами я не имею никакого права.

— Решать что? — сквозь зубы процедила Дэвис.

— Будем ли мы дальше вместе, — мертвым голосом ответил Гарри. — Поступить так, чтобы у моих потенциальных врагов пропал к вам всякий интерес. Мы расстанемся, сведем наше общение к минимуму, ну, а после окончания школы вы выйдите замуж, заведете детей и будете жить в окружении любящей семьи. И желательно в другой стране. Как можно дальше от всей той крови, что здесь прольется. Потому что здесь мира не будет.

— Поттер, ты с ума сошел?

— Вполне может быть, — признал подросток. — Поверьте, я предлагаю так поступить лишь потому, что не хочу, чтобы вы пострадали. Будете со мной — станете мишенью. Волдеморт — опаснейший выродок. Армия его не остановит, а я ему не ровня. Он намного сильнее и опытнее меня.