— Вижу, ты тоже непрост, воевода… Много знаешь — откуда?

Он не шелохнулся, даже когда она положила ладонь на оголовье его меча.

— Пожил достаточно. Убийц навидался самых разных.

Скрывая неуместную улыбку, Млада отступила и озадаченно помяла переносицу. Этот разговор походил на какую-то игру. И постоянно норовил уйти в сторону, далёкую от нужной.

— Впрочем, твоё прошлое — не моя забота, воевода. Вот только скажи: разве все дружинники, что тут живут, и ты, и Хальвдан — разве вы не наёмные убийцы? Только вас всех нанял один человек. Вместо платы он предоставил вам кров, еду и постелил мягкую перину под названием честь и долг. Так что, воевода, не нужно мне намекать на то, что я грязная арияш, а вы все тут — благородные воины. Не надо кормить меня своим презрением: его я наелась вдоволь, и будь уверен, меня оно совершенно не трогает.

Набежавшая от облака тень ушла — воевода прищурился от света, ударившего в глаза. А может ещё почему — не разберёшь. Он недолго что-то обдумывал, потирая большим пальцем уголок рта, а затем тихо хмыкнул.

— Ладно, пойдём к князю.

По пути он махнул и Хальвдану, который неподалёку разговаривал с сотником Вагни. Верег перевёл взгляд с Бажана на Младу и, криво улыбнувшись, пошёл за ними. Вот уж только его не хватало… В полном молчании они прошли коридором до башни, поднялись по бесчисленным ступеням и остановились у толстенной дубовой двери. В башне было прохладно и сумрачно — кроме нескольких факелов, мрак разгоняли только тонкие полоски дневного света, пробивающиеся в два узких окошка под сводом.

Бажан кивнул в ответ на приветствие стражников и толкнул дверь.

— Разговор к тебе есть, княже, — гаркнул он с порога.

Оказалось, князь не один. В светлице вместе с ним была Геста. Видно, она что-то ему говорила, а он только слушал, отвернувшись к большому окну, сквозь мутное стекло которого в комнату лился поток солнечных лучей. Вид у Кирилла был рассеянный, отчего становилось понятно, что разговор длится давно и князь успел уже погрузиться в свои мысли. Он неподвижным взглядом смотрел в одному ему видимую даль, но со стороны могло показаться, что следит за снующими во дворе кметями.

Млада выдержала недовольный взгляд Гесты и сдержанно, почти украдкой, осмотрелась в просторной светлице. Успела заметить, как скрылся в соседней комнатушке русоволосый отрок, который выглянул оттуда только на миг. Князь обернулся с видимым облегчением на лице и тут же сделал знак невесте выйти. Та насупилась, но и слова против не сказала. Только, уходя, грохнула дверью — будь здоров. Хальвдан поморщился, подошёл к массивному столу, где аккуратной горкой лежали свитки да стояла пузатая чернильница с пером, и сел на стул с высокой резной спинкой. Бажан остался стоять. Млада тоже не двинулась с места.

— Столько гостей разом… — князь улыбнулся без тени укора. — И, кажется, я догадываюсь, о чём пойдёт речь.

Кирилл остановил взгляд на Младе. В этот раз она почувствовала тепло и спокойствие. Как будто князь прямо-таки источал их. Никакого пытливого изучения — только лёгкий интерес, точно правитель привыкал к ней, как воин — к новому оружию.

— А вот я ума не приложу, — серьёзно отозвался Хальвдан, но его глаза насмешливо прищурились.

Бажан пропустил мимо ушей его выпад.

— Млада хочет пойти в разведку.

Верег громко фыркнул, но Кирилл поднял руку, останавливая его.

— Ты же знаешь правила, Бажан. Новички в разведку не ходят. Да и девица…

— Я говорил ей то же. Но она настаивает. А раз так рвётся в поход, неправильно было бы не спросить тебя, — Бажан помолчал и перевёл взгляд на верега. — И Хальвдана.

— Я — против, — твёрдо произнёс Кирилл. — Есть кмети, которые вызвались сами. Они подготовлены. Так чего воду баламутить? А Младе не мешало бы для начала здесь освоиться, а потом уже по княжеству разъезжать.

Воевода посмотрел на неё и развёл руками, мол, сделал всё, что мог.

— А по мне — пусть идёт, — негромко возразил Хальвдан, и его слова заставили повернувшегося было к двери Бажана остановиться. Верег обвёл всех взглядом и продолжил: — Раз уж девчонка хочет показать, что не слабее других кметей, то пусть докажет это. Проберется по лесу, минёт вельдов, которые могут попасться на пути. Выцарапает собственный сапог из какого-нибудь болота. Вытерпит нападки и ворчание кметей — а они точно будут, потому что детинец детинцем, а за его воротами мужики перестают быть добрыми. Назвался груздем, как говорится… Пусть пройдёт путь без нытья и вернётся в целости — тогда я возьму все слова насчёт неё обратно. И наказание отменю.

— Это не повод для шуток, Хальвдан, — князь присел на край стола. — Сам знаешь. Не очень-то у нас ладилось с разведкой все эти лета.

Млада насторожилась. Никаких разговоров о трудностях с разведкой слышать не приходилось. Либо князь сказал это нарочно, либо всё хранится в тайне, что больше похоже на правду. Потому как с чего князю излишне о ней заботиться? Не в ворчании же кметей причина, в самом деле.

— Всегда может что-то измениться. И разве столь занятный дружинник — не повод для исключения? — верег скрестил руки на груди. — Ты же утверждаешь, что справишься, Млада. Так?

Она кивнула. Хальвдан указал на неё ладонью, выразительно глянув на Кирилла. Но тот и бровью не повёл.

Откажет. Как пить дать.

— Я справлюсь, княже, — проговорила Млада, не дожидаясь, пока ей позволят сказать хоть слово. — Я… знаю эти места. Знаю, где находится деревня тривичей, знаю, где протекает река и прячется озеро в лесу. Мне приходилось бывать в пути много суток. Даже без еды и воды. Спать на голой земле. Я умею… прятаться, убегать и убивать. Чего мне ещё не хватает, чтобы пойти на поиски вельдов?

С лица верега сползла ехидная улыбка, а князь помрачнел ещё больше. Бажан рядом рассерженно сопел.

— Ты твёрдо решила? — бесцветно и, видно, в последний раз уточнил Кирилл.

— Да.

— Пусть идёт вместо Медведя, — добавил Хальвдан и поднялся. — Резона спорить дальше я не вижу.

— Раз уж ты, Бажан, привёл Младу сюда, то расскажешь ей о всех задачах, — Кирилл подошёл к воеводе и уверенно посмотрел в его глаза. Показалось, что этим он сказал гораздо больше, чем словами. — Или поручи Надёже. Главное, чтобы она не пошла в поход вслепую. И предупреди кметей… Пусть не задираются.

Тот кивнул и вышел за уже нетерпеливо приоткрывшим дверь Хальвданом, Млада поспешила следом. Верег тут же обогнал их и скрылся из виду, будто не хотел продолжения разговора. А Бажан с Младой больше и словом не обмолвился — довёл её до дружинной избы, передал с рук на руки кудрявому, кареглазому сотнику Надёже, а сам подозвал к себе Медведя и о чём-то долго с ним говорил на улице. Но в открытую дверь их было видно.

— Так, значит, ты с нами идёшь? — Надёжа недоверчиво оглядел Младу. Она не ответила. Сотник хмыкнул. — Суть очень проста. Выезжаем завтра на рассвете. Останавливаемся в гостиных избах у Рысей, а южнее — у тривичей. Расспрашиваем деревенских, которые пострадали от набега последний раз — и отправляемся искать лагерь вельдов. Идём тихо и скрытно. Стараемся взять языка. Всё как всегда. Ясно?

— Куда уж яснее, — согласилась Млада, не сводя взгляда с Медведя, который хмурился всё сильнее с каждым словом Бажана. Она почему-то чувствовала за собой вину.

— Тогда, — задумчиво проговорил Надёжа, огляделся и сунул ей в руки большой заплечный мешок, вытряхнув из него какое-то тряпьё, — собирай вещи. Ты ж наверняка знаешь, что нужно взять. Припасы возьмём с утра — в поварне подготовят.

Млада развернула необъятный мешок и глянула вслед уходящему сотнику. То, как он разговаривал с ней — понравилось. Сразу видно: поблажек делать не будет, но и хамить не станет. Так и должно быть. С такими путешествовать проще. Она осмотрела полутёмную дружинную избу с рядами широких лавок, пустующую в разгар дня. Усмехнулась своим мыслям, на мгновение почувствовав себя частью этого сурового, пропитанного крепким мужским запахом мирка.