ГЛАВА 8 КОРА ЧЕПМЕН

Стук в дверь.

Дерьмо.

Пройдя через кухню, я посмотрела в глазок на размытые фигуры. Двое людей. Один низкий. Один высокий. Это определённо мои родители.

С широкой улыбкой я распахнула двери.

– Эй, ребята.

Войдя внутрь, папа взглянул на моё фальшивое воодушевление.

– Она слишком маленькая.

– Всё в порядке.

Я обняла мужчину.

Он обернул вокруг меня свои руки. Это было так же неловко, как и всегда, но тут было больше чувств, чем он показывал кому-либо ещё в этом мире. Я привыкла к этому к тому времени, как мне исполнилось пять. Его костюм был идеально выглажен. Прямые стрелки шли вниз по синим брюкам. Солдат до мозга костей.

Я развернулась к маме.

– Рада видеть тебя.

Женщина вошла, задрав нос, облачённая в брючный костюм, а её волосы были стянуты в тугой пучок. Я вздохнула. Она провела пальцем по моему столику в прихожей. Мама подняла ладонь к лицу, взглянув на неё. Не сказав и слова.

На несколько долгих секунд, мы все застыли в неловкой тишине.

– Могу я предложить вам, ребята, что-то выпить?

– Мы в порядке.

Мама прошла мимо меня.

Они оба осмотрелись. Оба расхаживали по гостиной.

– Тебе стоило бы на некоторое время вернуться домой. Подкопила бы денег.

Папа сжал губы.

– Пап.

Я застыла, уперев ладони в бёдра.

Мужчина, сдаваясь, поднял руки вверх.

– Прости.

– Спасибо.

Моя мама оценила каждый дюйм этого места.

– Вот для чего ты одалживала деньги?

С моих губ сорвался раздражённый вздох.

– Да, мам. Вот для чего. Счастлива?

Она глумилась.

Моё лицо запылало. Ей нравилось думать, что она была чем-то вроде высшего класса, дебютантом. Мама жила в чертовом Дизайер, что в Монтане. Уверена, женщина считала, что это моя вина, что она застряла здесь. Так, если бы это я вышла замуж за солдата и сама создала себя.

Сохраняй спокойствие. Сохраняй спокойствие.

Глубоко вдохнув, на выдохе я фальшиво улыбнулась.

– Итак, это было мило. Вы увидели это. Практически, это и все, так что…

– Отлично.

Мама направилась к двери.

Папа протянул ладонь, останавливая её.

– Тебе нужно что-то ещё? Деньги? Продукты?

Он отвёл взгляд от мамы, едва ли эта фраза сорвалась с его губ.

– Нет, я в порядке. В следующем месяце я расплачусь с вами за депозит.

Мама усмехнулась.

– Это не шутка.

Я посмотрела прямо на неё.

Папа тоже уставился на маму. Она же не смотрела на меня в ответ.

– Не стоит возвращать нам деньги.

Его взгляд буквально извинялся за мамино поведение.

Подойдя к мужчине, я прикоснулась ладонью к его руке, но состроила самое суровое лицо, на которое была способна.

– Я расплачусь с вами в следующем месяце.

Мама пялилась. Она хотела расправиться со мной. Вероятно, женщина хотела вцепиться и в папу тоже. Не было ни единого шанса вернуть ей хотя бы доллар. Услуга, деньги – всё это значило власть и контроль. Я поняла это, когда смирилась с тем, что это будут использовать против меня до конца жизни, независимо от того, вернула ли я долг или нет. Но мама не собиралась меняться. Не ради меня. Не ради кого-либо. Она была тем, кем была.

Папа вновь поднял руку. С шести лет, за то время, что меня не было, он стал мягче. На его лице появилось больше морщин. А щетина стала более седой.

– Только тогда, когда сможешь. Без спешки. Договорились?

Я посмотрела в его нежные карие глаза. Он пытался. И я сказала бы, что больше, чем моя мама.

Киваю.

– Тогда ладно.

Папа подарил мне ещё одно неловкое объятие, а потом они ушли.

Я села на диван, прислушавшись к шуму уезжавшей машины, подумав о том, почему я всегда делаю это с собой?