А тут еще мама решила завести ребенка!»

Катя отложила дневник. Самое странное, что, хотя она добрую половину своих эмоций перебросила на бумагу, легче ей не стало. Наоборот, сделалось еще хуже. Страх, злость, обида душили… «Почему я такая? – думала Катя. – Озабоченная, зацикленная на сексе? Ничто мне не интересно, ничем я так не увлекаюсь, чтобы не спать ночами, а вот такие грязно-пошлые фантазии захватывают меня целиком! Я больна?»

Но о себе плохо думать не хотелось. Катя перекинула свою злость на сестру. Это Ксю виновата в том, что ради острых ощущений Катя часто ведет себя как шлюха. Это из-за Ксю, потому что она избегает парней и не интересуется сексом, а вот Кэт приходится интересоваться им за двоих. Ксюша – ханжа, синий чулок, наверное, до сих пор еще девочка! Идиотка!

Не зная, чем заняться, Катя собралась и вышла на улицу. Ноги сами привели ее к дому троюродной сестры Тани.

– Ой, Кэт, приветик, как я рада тебя видеть! – воскликнула Таня, когда Катя зашла к ней.

– Привет, Танюха. К тебе можно?

– Можно, дома как раз никого нет, свобода райская. Заходи. Надолго в Березино?

– Как получится, – Катя сняла куртку в прихожей и прошла в комнату.

– Как это?

– Я из дома убежала.

– Да ну?

– Мамуля моя замуж вышла, – начала рассказывать Катя. – Ну, я поначалу не возражала, пускай себе живут, мне не жалко, тем более Слава богатый… А им вдруг ребенка завести вздумалось! По сорок лет, а туда же! Вот я и убежала.

– И почему ты говоришь, что останешься тут долго, как получится? Тебя же не выгонит бабушка?

– Сестричка моя ненаглядная мне жизни не даст! За неделю изведет нравоучениями!

Таня кивнула и задумчиво сказала:

– Да, Ксюха принципиальная, к ней и на козе не подъедешь… К тому же, наверное, обеими руками за этого будущего ребенка?

– Конечно, как всегда наперекор мне… Кстати, эта дуреха и сама в будущем планирует стать матерью, да еще большой семьи! Правда, идиотка, а?

– Слушай, а она хоть знает, откуда дети берутся? – насмешливо спросила Таня. – Парня у нее как не было, так и нет…

– Не знаю, – фыркнула Катя. – Если и знает, то явно не пробовала, потому что с ее романтичностью такие вещи ей не по вкусу будут. Ксю хочет быть кем-то вроде принцессы или святой Мадонны, а ведь во время близости с парнем девушка никак не может быть святой…

– Бедняжка Ксю! – с нотками фальшивого сочувствия сказала Таня. – Представь, какое будет для нее разочарование, когда она все-таки решится…

– Мне ее жалко! – расхохоталась Катя. Затем добавила: – Ксю – моя сестра, но я ее совсем не понимаю. Лично я без парня и недели не могу… Как ей так удается?

– Не представляю.

Прошло несколько дней, в течении которых Катя уехала домой. Ксю не стала скрывать от бабушки, у которой Кэт думала остаться, Катино мерзкое поведение. Да если бы и хотела, то не смогла – Катя постоянно цеплялась к Ксюше, и девушки то и дело ругались.

Вообще, дни шли вполне обычно. Ксю ходила на работу, помогала дома бабушке, часто к ней в гости приходила Юлька – ее тетя Люда приводила. Да и другие родственники приходили часто. Только Марк все это время не появлялся. Ксю сама себя накручивала, убеждая, что Марк теперь ее избегает.

Лешка в эту неделю у бабушки бывал часто и часто виделся с Ксю, доставая ее вопросом о бойфрэнде, которого у Ксении не было. Алексей не знал об истории с Денисом, но подозревал кое-что другое. Парень замечал, каким задумчивым был его старший брат в последние дни. Замечал и то, как часто ссорились Марк с Ксюшей, но в то же время неизменно тянулись друг к другу. Между этими двоими явно что-то происходило. Что именно это такое, скорее всего, они сами не понимали, а Леше понять и подавно было не дано. А напрямую ведь не спросишь! Марк бурно реагирует даже на безобидные шутки о чрезмерной его привязанности к Ксюше! Что он ответит на прямое утверждение? Но это лишнее доказательство тому, что между ними что-то есть. Вполне может быть, что Марку нравится Ксю…

Леша и не думал осуждать марка за это. Ксю милая, а Марк много страдал. И страдания его были не только из-за Алины. Гораздо больше доставалось из-за отношения родных. Марк всегда был немного в стороне. Его, Лешу, любили все, потому что он более жесткий, более уверенный, более наглый, умеет добиваться своего. Марк же не сторонник силовых методов, он более замкнутый, более скрытный и не переносит выяснения отношений. Поэтому Марк не был таким заметным для родственников. И если Лешу любили, потому что любили, то Марка любили лишь потому, что было бы несправедливо его не любить.

А ведь в Марке гораздо больше достойно любви, чем в нем, в Леше – это Алексей знал. Марк гораздо тоньше чувствовал, был добрее, умнее, смелее, благороднее. И как-то человечески теплее. В самом Леше чувства и эмоции больше подчинялись рассудку, поэтому Леша был жестче, суше, а недостаточную глубину чувств часто восполнял актерской игрой. А братом он искренне восхищался – и этими качествами характера, которые Леше не были присущи, и какой-то внутренней силой, которая помогала Марку выжить в особенно трудных жизненных ситуациях, не сломаться. Но все родные были слепы, и в центре внимания был Лешка, а Марк где-то на отшибе.

Года через три-четыре после рождения Ксю и Кэт, Лешка стал замечать, что маленькая Ксеня против всеобщего обыкновения больше тянется к Марку. «Жалко, что она еще ребенок и не все понимает», – думал тогда Алексей. Ведь тогда Марк и Ксю стали бы друзьями, и Марк был бы больше связан с семьей.

А потом Ксю уехала. Марк развелся с Алиной, причем на развод подал сам – этого невозможно было ожидать. Все в семье считали Марка довольно слабохарактерным и не способным на решительные поступки. А тут Марк неожиданно стал проявлять твердость и даже жестокость. Затем и вовсе сильнейшим образом изменился – и не в лучшую сторону: превратился в бабника, стал способен на предательство и подлость… Это его поведение не одобряли, но считали, что лучше уж пусть будет таким, чем сделается печальным страдальцем.

Сейчас Марк снова изменился. За последние несколько месяцев – если быть точным, то за четыре – у него не было ни одной интрижки, ни одна девушка не звонила среди ночи и не просила слезно позвать Марка. Ни одной ночи Марк не провел вне дома – за исключением тех, когда по работе он был в Минске, и раза два еще ночевал у бабушки, и домой девушек он не приводил. А когда Леша спрашивал, что случилось, Марк лишь загадочно улыбался. Такие приступы скрытности у него бывали, и Алексей знал, что теперь от Марка ничего не добьешься. Поэтому стал наблюдать и заметил… Ксюшу. Ту самую Ксеню, которая когда-то тянулась к Марку. Она и сейчас больше общалась с Марком, к его мнению относилась с уважением и не спорила с ним в серьезных вещах (хотя постоянно цапалась с ним из-за глупостей).

Нет, Лешка не думал ничего предосудительного. Он предполагал, что Ксю и Марк – очень хорошие друзья, и Марку просто стыдно за себя перед Ксю, поэтому он исправляется. Да и вообще, что бы там у них не было – для Марка это полезно. Возможно, благодаря Ксюше он поборет свое недоверие к людям.

В пятницу утром Марк наконец вернулся из Борисова, куда уехал в воскресенье по маминой просьбе к бабушке – папиной матери.

– Марк, поехали к мелкой! – предложил Леша после обеда.

– К какой? – сделал вид, что не понимает, Марк.

– К Ксюше – какой еще?

– Мало у нас мелких, что ли?

– Ну, Лиза в Минске сейчас, а к Каринке я бы тебя в жизни не позвал. К тому же она теперь тоже у бабули вечно. Так вот, Ксю про тебя спрашивала.

– Про меня? – Марк выжидательно посмотрел на брата, но тот больше ничего не сказал. Поэтому пришлось задать наводящий вопрос: – И что она спрашивала?

– Ну, интересовалась, где ты, почему не появляешься…

– Ксю спрашивала, почему я не появляюсь?

– Ну да, а чему ты удивляешься? – лукаво усмехнулся Леша. – Вы же такие друзья с ней, что она соскучилась. Или вы поссорились?