Вопрос: Что было таким захватывающим?

Том: Думаю, сама игра. Это была охота, если хотите. Ты видел, кто зарабатывает деньги и каковы классические ошибки, и действительно обдумывал весь инвестиционный процесс в целом и то, сколько существует там различных и интересных методов. Ты просто узнавал о том, что позволяет постоянно зарабатывать на рынках деньги и какие стратегические и тактические методы согласуются с твоей личностью.

Вопрос: Считаете ли Вы. что в Вашей биографии было нечто, что подготовило Вас к биржевой торговле?

Том: Да, определенно. Спорт и азартные игры, которые были большой частью моей жизни, когда я взрослел. Особенно спорт, которым я занимался на протяжении всего обучения в колледже.

Вопрос: Какой вид спорта?

Том: В средней школе я играл в футбол и лакросс, а также был пловцом. В колледже я специализировался исключительно на футболе. Я определенно считаю, что конкурентный элемент, дисциплинированность, связанная с успехом в спорте, распространяется на большинство других видов деятельности, но особенно на биржевую торговлю.

Я упомянул азартные игры. Мой отец всю жизнь был так или иначе азартным игроком и я сопровождал его в походах на ипподром большую часть своей жизни. И с такого юного возраста я действительно почувствовал, что я знаю, что делаю. Я выработал настоящее «ощущение» для страха, жадности и вероятностей, а также для радости от получения преимущества и от того, что оказался прав. Я не знаю никого в мире, кто чаще и с большим энтузиазмом демонстрирует радость, чем мой отец. Для меня это действительно было источником вдохновения!

Вопрос: Это действительно интересно, что Вы упоминаете спорт и азартные игры, потому что, кажется, это повторяющаяся тема для многих трейдеров, у которых я брал интервью. Это сильная часть их биографии. Но, как Вы знаете, навыки, которыми Вы пользуетесь как в спорте, так и в азартных играх, могут быть обоюдоострым мечом. Мне интересно, если говорить о Вашем первом опыте биржевой торговли, каковы были положительные и отрицательные влияния Вашей биографии?

Том: Ретроспективно, я думаю, мне повезло, что мой отец был хорошим азартным игроком. Наблюдая за ним, я узнал, что большинство людей не знают, как играть. Это и есть различие между игроком и проигравшим. Большинство людей идут на ипподром или в казино, чтобы кутнуть, сменить настроение. Или же они играют, чтобы получить быструю большую прибыль, что является противоположностью тому, что я называю «хорошей игрой». Для других это становится очень дорогим развлечением! Ретроспективно, то, что казалось мне увлекательным тогда и по–прежнему кажется увлекательным в моем теперешнем бизнесе–это просто радость от получения преимущества перед всеми остальными; без сосредоточения на конечном результате, деньгах. Думаю, для меня это главное, получить это преимущество, неважно, лучшее ли это прочтение беговой формы, или, возможно, ощущение, что из–за своего понимания спорта, ты можешь проанализировать психологический настрой команды. Знание того, когда у тебя действительно есть преимущество — это форма искусства. Когда я ходил на бега с отцом, могу Вам сказать, что иногда по выигрышному пари у него был полный гандикап по 40 забегам прежде, чем он делал ставку. Но когда он чувствовал, что у него есть преимущество, с какой радостью он вышагивал с таким преимуществом в голове! Время до забега в большей степени поднимало ему настроение, когда это срабатывало, но ощущение обладания преимуществом и знание, что он терпеливо ждал, пока не появится победитель, было намного сильнее. Думаю, сосредоточенность на процессе, а не на результате, оказала мне значительную помощь в биржевой торговле.

Вопрос: Полагаю, именно это Вы имели в виду ранее, когда говорили, что больше всего Вас привлекает сама игра.

Том: Совершенно верно.

Вопрос: Когда Вы работали на «Ширсон», на что была похожа биржевая торговля?

Том: Честно говоря, это был предшественник настоящей биржевой торговли. На самом деле я был тем, что большинство людей в мире называют трейдером, но это всего лишь клерк, размещающий заказы. Я не покупал позиций.

Вопрос: Вы были тем, кого я называю боеголовкой!

Том: Совершенно верно. Именно этим я и был. Пользуясь Вашими терминами, я находился на чьей–то чужой ракете! Я не создавал своих собственных позиций на бирже.

Вопрос: Том, в настоящий момент Вы возглавляете торговый отдел «Киндом Кэпитал», компании, управляющей более, чем 2 миллиардами долларов. Вы торгуете как обычными акциями, так и фьючерсами по всему свету. Чем Вас теперь привлекает биржевая торговля?

Том: Как я уже говорил, думаю, все сводится к чувству, что я могу получить преимущество! Конечно, в реальности сделка представляет из себя отражение дисциплины или технический штамп с целью получения этого преимущества. А преимущество может состоять в том, что я единственный, кто торгует бумажными фондами в Индонезии и Скандинавии. Иногда я вынужден ущипнуть себя, чтобы убедиться в том, что я не льщу себе, думая, что у меня есть преимущество, в то время, как его там нет. Но когда оно у меня есть, я знаю, как им воспользоваться. Так что меня по–прежнему привлекает необходимость постоянно доказывать себе, что мой процесс может устанавливать эти ситуации и способствовать заключению выгодных сделок. Меня действительно радует то, что я делаю. Также вызов интеллекту, все эти постоянно меняющиеся части по различным классам ценных бумаг в различных географических регионах, среди разнообразных групп инвесторов.

Вопрос: Том, считаете ли Вы свою биржевую торговлю скорее кармой или догмой?

Том: Определенно, скорее кармой.

Вопрос: Что Вы под этим имеете в виду?

Том: Если я думаю слишком догматично и начинаю класть в основу рациональные рыночные доводы, это не дает мне эмоциональной и умственной свободы, необходимых мне для настоящего преимущества на рынке. Знаю, это, возможно, звучит заносчиво, но, интуитивно, я знаю, что иногда на этих рынках можно получить преимущество! Я думаю, если у тебя не «кармический» подход, ты никогда не будешь достаточно уверен или у тебя никогда не будет достаточно высокого уровня личной потребности, чтобы стать по–настоящему успешным трейдером.

Вопрос: Итак, на самом деле Вы говорите о том, что является центральной темой «Интуитивного трейдера». Так?

Том: Да. Я прочитал Вашу работу по интуиции и совершенно с ней согласен. Называйте это кармой или интуицией; у меня в голове они взаимосвязаны.

В начале моей карьеры в «Киндом» японский рынок обычных акций был чрезвычайно слаб. Nikkei упал ниже 15 000 и все в мире играли на понижение. Абсолютно интуитивно, а затем и догматически и количественно, я начал чувствовать, что рынок готов взлететь, и я построил на длинную позицию на рынке, который был очень неликвидным и трудным в торговле. Однако, в результате я захватил самое дно рынка, а затем получил чрезвычайно прибыльную сделку! И я считаю, это определяет мою уверенность в своей собственной интуиции и процессе инвестирования. Ты должен быть достаточно смел в своих убеждениях, чтобы пойти против тренда и действовать исходя из своих собственных интуитивных убеждений.

Вопрос: То. что Вы заключили эту сделку, дало Вам внутреннюю свободу для того, чтобы заключать сделки так, как Вы раньше не заключали?

Том: Да, как с точки зрения психологии, так и с точки зрения процесса. Эта сделка вселила в меня громадную уверенность в себе, и после этой сделки пути назад уже не было. В реальности, я кое–что не учел. Сделка обернулась еще лучше. Сначала она не сработала и мне понадобились дисциплина, чтобы выбраться из создавшегося положения, а также эмоциональная решимость и уверенность, чтобы вернуться в эту сделку, когда, на мой взгляд, время было выбрано верно.

Вопрос: Это те самые сделки, которые всегда кажутся лучшими, не так ли?