Глава 2 Дым окружает валом

Станция 10 отправлена.

Станция 10 вперёд.

Лестница 1 в дороге.

Машина 10 ответила.

Машина 10 на месте. 

Обри

Я занимаюсь своим бизнесом «Грешные чудеса» – это то, что я люблю. Свой бизнес позволяет чувствовать себя независимой, и мне нравится ходить на работу, потому что я делаю что-то особенное.

Когда я добралась до магазина, Шанна – мой компаньон, уже ждала с Мокко для меня. Она знала путь к моему сердцу. Или знала, как настроить меня на правильный лад.

Прислонившись к стене, мне хотелось рассмеяться. Была середина ноября, и на Шанне были резиновые сандалии. Она ненавидела туфли и отказывалась носить их. К несчастью для неё, девушка должна иметь при себе туфли, если «Управление по охране труда и технике безопасности» вдруг придёт, и чтобы они не поняли, что она работает с химическими препаратами и воском в резиновых сандалиях.

– Ты опоздала.

Шанна сказала, разглядывая мою одежду, состоящую из джинсов для худеньких и черного свитера и ботинок, доходивших до середины икры. Она не сноб в моде, но была близка к этому. Ты не поймаешь её покупающей одежду в «Вол-Маркете» или даже в «Таргете». Она идёт шопиться в магазины класса «Люкс» в деловой части Сиэтла.

– Было жаркое свидание?

– Заткнись. Я пыталась провести.

После того, как открылась дверь, мы обе проскользнули внутрь, включая свет и отопление.

– Как это получилось, мамочка?

– Знаешь что? Просто оставь мою сексуальную жизнь в покое.

Шанна и я постоянно вели дискуссии на тему страсти в отношениях после появления детей. У неё не было детей, она была с Расти около шести лет, и у них все ещё осталась страсть. Так она говорила. Расти не устраивал драки. Шанна была раздражительная и не позволяла никому на себя насрать. Я готова поспорить, что когда он говорил «нет», она сбивала его с ног. А чтобы подразнить меня, девушка рассказывала про то, что они занимались сексом во всех публичных местах города, но если вы меня спросите, то я отвечу, что это просто повод напроситься на полицейский протокол. Не то чтобы секс на пирсе не прекрасен, просто я не хочу быть арестованной за это.

Шанна засмеялась, двигаясь от окон-витрин в подсобку, чтобы подогреть чайник. У нас было 10 заказов, которые мы должны были сделать сегодня, и наши двери открывались через десять минут. Хотя у нас не было идеального расположения, и сделки с наркотиками часто происходили за углом, у нас была надежная клиентская база.

Наш магазин был расположен через дорогу от 10-ой Пожарной Станции, где работал Джейс. Она не всегда была здесь, до января 2008 года она располагалась на Площади пионеров. Это был прекрасный расчёт времени. Когда ты работаешь с открытым огнём под апартаментами, было приятно знать, что пожарные находятся за углом. Потому что мы работали с химическими элементами и огнём, было приятно знать, что если что-то загорелось, то они так близко.

Разговаривая об открытом огне и свечах, это то, как Джейс и я обрели друг друга.

Я встретила Джейса, когда мне было шесть – фактически, в первый день в саду. Он украл мой красный карандаш. Я помню даты. Я всегда их помню. Для меня запоминание дат является важным. День был достаточно важным, чтобы врезаться в твою память. Я не помню все даты. Только те, в которые моя жизнь изменилась за момент.

Я встретила его 7 сентября 1989 года. У меня же пунктик по запоминанию дат. Это как навязчивая идея для меня. Вы увидите.

Обиженная, что он украл мой карандаш, я вырвала его из руки Джейса.

Он забрал его сразу же назад, как будто это был его карандаш и начал рисовать рисунок на чистой белой бумаге, лежащей перед ним.

– Если ты собираешься рисовать что-то моим карандашом... то нарисуй что-нибудь красивое.

Я была увлечена цветами и феями и всей этой девчачьей хренью. Я была уверена, что этот маленький мальчик с черными волосами и с чересчур синими глазами не был силён ни в том, ни в другом. У меня были нормы даже для шести лет.

Было что-то в том, как он посмотрел на меня, что опрокинуло мою шестилетнюю задницу на пол. В нем была решимость.

Толстые пряди его серных волос падали на его глаза. Глядя свирепо, этот свирепый взгляд я помню до сих пор, он откинул волосы от своих глаз тыльной стороной руки. Потом улыбнулся, голова его была опущена, он был увлечён рисованием. Я посмотрела на его вспыхнувшие щеки и веснушчатый нос, брови изогнутые от расстройства.

Через несколько минут мальчик предъявил рисунок – фигурку из палочек, которая тушила огонь шлангом.

Я секунду смотрела на рисунок, а потом с ненавистью посмотрела на него.

– Что это? Я сказала, нарисуй что-то красивое.

– Да, я знаю, – он округлил глаза, пожимая плечами. – Это стоит того, чтобы сохранить.

И с тех пор Джейс Кеннет Райан полностью завладел моим сердцем.

Молодые и невинные, мы были детьми, которые передавали любовные письма и шли со школы вместе. Первый поцелуй, ходили, держась за руки, партнеры в вышибалы, все это. Он хотел стать пожарным и болтал без умолку о том, чтобы последовать за отцом и стать когда-нибудь капитаном. Смелый, настойчивый и невероятно независимый Джейс имел мотивацию больше, чем многие, и без сомнений я знала, что он преуспеет. Но в его планах всегда была я. Он говорил, что мы поженимся когда-нибудь, и я верила ему. Я была ребёнком. Я не знала чего-то другого, более лучшего.

Моё будущее было определено до тех пор, пока моя гулящая безответственная мама не решила нас вырвать с корнем из привычной обстановки, когда мне было одиннадцать, а моей младшей сестре было шесть, заставив нас окончить школу в Бойсе, штат Айдахо.

Я была опустошена, как и Джейс. Какое-то время мы оставались на связи, но с его футболом, когда он перешел в среднюю школу, и тем, что моя мама переехала из квартирного дома в трейлер, а потом и с новым бойфрендом, мы окончательно потеряли связь.

А теперь вы думаете, как же мы воссоединились?

Когда мне было восемнадцать, я переехала в Портленд, намереваясь начать новую жизнь и ходить в колледж там. Возненавидела его и на следящий год переехала в Сиэтл.

Если честно, то моё сердце принадлежало этому городу. Я любила Сиэтл. Но не дорожное движение и не грубых поверхностных людей, которые наводняли город, а сам город.

Я любила дождь и облачность. Здания, Площадь Пайк, музыку в метро и даже то, что «Старбакс» был на каждом углу.

Когда я приехала в Сиэтл, половина меня думала выследить Джейса снова, но другая половина зализывала раны, оставленные после моего бойфренда из высшей школы, который разбил мне сердце. Но мы вернёмся к этому позже. Это длинная история.

Так или иначе, я была такая, вылетевшая из колледжа за неуспеваемость, готовая стать алкоголиком и, думая чем же мне заняться, и что я собираюсь делать со своей жизнью, когда я встретила Шанну летом 2003 года. У неё был самонадеянный, убедительный, но любящий веселье взгляд на всё, и мы объединили наши усилия и умы и пришли к идее «Грешных чудес», к месту, в котором продавали бы свечи ручной работы и деревенский декор. Начав с гаража её родителей, мы продавали на восточном базаре и «Ибэй», и потом мы, наконец-то переехали в магазин деловой части Сиэтла на Вашингтон Стрит в 2006 году.

Мы боролись вначале с высокими накладными расходами, потому что нам надо было перевозить наши поставки по всему США, но потом, в конце концов, мы начали производить свой воск и ароматы и закупаться в определенном месте для наших скромных нужд. Не прошло и года, как мы имели бизнес, который позволил нам жить и зарабатывать себе на жизнь. Это было хорошо, потому что я слишком долго жила у неё и это было время для того, чтобы начинать собственную жизнь.

Это может быть ненужная информация и часть из вас спросит: «Как это связано?»

Это связано.

Когда же я натолкнулась на Джейс снова?

Смешная история стоит за этим. 19 января 2008 года. Я буду помнить эту дату всегда. Видите? У меня пунктик о датах.

Я не только подожгла магазин свечей в тот день, но и нашла его. В городе с населением 630 000 человек мы нашли друг друга.

Видите ли, Шанна занималась изготовлением свечей, а я украшала магазин. Выбирали названия, у нас было причудливое название для каждого аромата, который мы создавали, но в одну ночь, ночь, про которую она сожалеет, я решила попробовать себя в изготовлении свечей. Плохая идея.

Я не была в этом хороша. Просто не была.

Шанна при благоприятной возможности всегда пыталась учить меня, но это всегда проваливалось, или, должна сказать, я проваливалась. Там была целая наука, и я вскоре разузнала все тонкости. Было две недели до Рождества, когда я подожгла магазин. Буквально.

Наука, которая стоит за изготовлением свечей была в том, что воск имеет температуру воспламенения. Как и в случае, когда воск загорается.

Итак, у меня горел воск, банка, печь, стена и вскоре потолок.

Перед тем, как загоралось все здание, и апартаменты выше я позвонила в 911, и Департамент огня Сиэтла появился менее чем через две минуты.

Слава Богу.

Я почувствовала себя задницей, когда этажи, которые над нами были эвакуированы, и всё, что Шанна могла делать, это смеяться надо мной за попытку изготовления свечей. С тех пор мне не позволялось их не только делать, но даже пытаться. Мне было запрещено ходить в ту часть магазина.

Но пока я сидела там, на бордюре на той стороне улицы надувшись, перед моим лицом разворачивалась сцена, наполненная 4 пожарными машинами, полицией, жителями апартаментов, молодой пожарный подошёл ко мне и передал мне шерстяное одеяло.

Я не могла поднять на него глаза.

Или он передавал шерстяное одеяло мне, чтобы спрятать мою растерянность, или я выглядела замёрзшей. Может и то, и другое. Я взяла его и положила его на голову, когда услышала, что парень смеётся. Срывая одеяло с головы, я вспомнила этот смех. Могло пройти десять лет, с тех пор как я его видела последний раз, но я знала этот смех.