— Магическая киска опять наносит удар, — пробормотала Касс, всё ещё всматриваясь в лицо лидера Адипана.

Повернувшись, Джон наградил её взглядом.

— Не сейчас, Касс.

Она закатила глаза и прикусила губу.

Элли, похоже, вызывала одержимую собственническую влюблённость в каждом парне, с которым спала — видимо, даже в таком стоике, как Балидор. Касс дразнила её этим ещё со старших классов школы, называя её «магической киской», но по правде говоря, это её раздражало.

Это раздражало её даже тогда, когда все считали Касс хорошенькой, а Элли — той, с которой строят отношения.

Балидор как будто не слышал её язвительного комментария.

— Бл*дские стервятники, — рявкнул он, расхаживая туда-сюда.

— Чего ты ожидал, 'Дори? — спросил Джон, показав на телевизор изувеченной рукой. — Ты думал, они не сыграют на этом?

— Они разжигают войну!

— Они разжигают войну? Новостные каналы? — в голосе Джона зазвучало открытое неверие. — Балидор, нам повезло, что они ещё не завели разговоры о применении ядерного оружия на всей территории Азии. А они наверняка говорили бы об этом, если бы знали, где Повстанцы.

Балидор, казалось, его не слушал.

— Нам нужно отправиться туда. Нам нужно положить этому конец. Немедленно! Мы вытащим её... так или иначе.

Касс сосредоточила своё внимание на Джоне. Он выглядел измождённым, опустошённым. Она увидела слезы на его глазах и осознала, что всё это ударяет по нему сильнее, чем он показывает. Она прикоснулась к его руке, но, как и прежде, он практически не обратил на это внимания.

— 'Дори, мы не можем этого сделать, — сказал Джон. — Пока что не можем.

— Нах*й это всё! — взорвался Балидор. — Он меняет её, бл*дь! Он превращает её в проклятую террористку-убийцу!

Касс вздрогнула от эмоций, прозвучавших в его голосе.

Затем она увидела слезы в его глазах, и её шок усилился.

Секундой спустя её злость вернулась.

Она взглянула на остальных видящих в комнате, но никто, похоже, не хотел говорить. Она не могла даже понять, слушают ли они Балидора, не говоря уж о том, согласны они с ним или нет. Большинство смотрело в монитор с отупевшими, шокированными лицами, словно они сомневались в подлинности записи.

Похоже, только Вой Пай восприняла информацию иначе. Она изучала образ Элли с интересом, с расчётливым взглядом жёлтых глаз.

Касс видела, как вертикальные зрачки сузились, придавая ей ещё более кошачий взгляд.

— Посмотрите на неё! — воскликнул Балидор, взмахом указывая на экран. — Она наслаждается этим! Это видно... по её глазам. Скорее всего, она сейчас думает, что поступает правильно. Ей доставляет наслаждение убивать их. Совсем как ему. Совсем как Сайримну.

— 'Дори, — Касс поморщилась. — Иисусе. Я очень в этом сомневаюсь.

— Заткнись, Кассандра! — прорычал он, повернувшись к ней. — И ты, и твой бл*дский версианец! Думаете, я не знаю, кому вы верны на самом деле? Просто уходите, если вам хочется быть там!

Касс ощутила, как её кожа похолодела. Её ярость тоже сделалась холодной, но она не ответила.

Она взглянула на Джона, который вытирал глаза пальцами.

— Балидор прав, — сказал Джон и добавил, взглянув на Касс: — Насчёт Элли, имею в виду. Нам нужно что-то предпринять. Мы не можем просто сидеть здесь.

— А что бы ты сделал? — спросила Вой Пай.

Касс выгнула шею, чтобы посмотреть на неё, удивившись, что она вообще потрудилась высказать мнение. Джон тоже повернулся, наряду с большинством видящих в этом зале-кинотеатре, отделанном шёлком. Касс ощутила, как при виде самодовольного выражения на лице женщины, нежившейся на шёлковом диване, её злость разгорается ещё жарче.

Вой Пай оперлась локтем на стоявший рядом деревянный столик, тон её голоса сделался скучающим. Она смотрела только на Балидора.

— Ты отпустил её, Адипан, — сказала она, припечатывая каждым словом на прекси с сильным акцентом. — Ты прекрасно понимал, что ты делаешь, отпуская её к супругу. Ты думал, что пребывание рядом с ним не окажет на неё никакого эффекта?

Закатив глаза в манере видящих, она наградила его презрительным взглядом.

— И она элерианка. Скорее всего, она сейчас трахает его, так глубоко находится в его свете, что уже не видит разницы между его сознанием и своим. Я уверена, что она пошла на это добровольно, Балидор. Я готова поспорить на свой дом, — она вновь презрительно фыркнула.

Балидор, похоже, почти не слышал её.

Касс казалось, что он сейчас не совсем в себе.

— Мы вытаскиваем её, — пробормотал он. — Бл*дь, мы вытаскиваем её...

— Слишком поздно! — перебила Вой Пай. — Ты меня не слушаешь, что ли? Как думаешь, что он сделает теперь, если ты опять заберёшь у него его жену? Ты думаешь, он позволит тебе в этот раз уйти невредимым, Адипан? Он знает, что ты сделал. Теперь он определённо знает... и у него ещё больше причин ненавидеть тебя. И вдобавок ты ещё и стрелял в неё! Если ты приблизишься к ней, если ты хоть заговоришь с ней, он определённо захочет твоей крови...

— Мне плевать! — сказал Балидор, повернувшись к ней. — Каковы варианты? Ты хочешь, чтобы я убил её, и дело с концом?

Все они вздрогнули, уставившись на него.

Затем Вой Пай тихо щёлкнула языком, постукивая ногтями с маникюром по чайной чашечке, которую держала в руках. Она положила руку на резную деревянную спинку дивана.

— Ты отдал её ему, Балидор, — сказала она, опять подчёркивая каждое слово. — Слишком поздно пересматривать это решение. Тебе некого винить, кроме себя самого.

Глаза лидера Адипана заблестели.

В голосе Вой Пай звучала почти жестокость.

— Ты не можешь просто забрать её обратно и сказать «Прости, Сайримн. Я допустил ошибку, вернув тебе твою жену... я бы хотел забрать её, пожалуйста», — она снова постучала ногтями и нетерпеливо прищёлкнула языком. — И что, по-твоему, она на это скажет? Ты думаешь, она добровольно вернётся к тебе, брат Балидор?

Её жёсткий голос зазвучал холодно, почти с неприкрытым презрением.

— Как ты думаешь, чем они занимались вместе все эти месяцы? Или ты думал, что она будет хранить целибат?

Касс в неверии смотрела, как Балидор вытирает глаза. До неё дошло, что на протяжении нескольких недель после ухода Элли он выглядел дерьмово. Обратив внимание на его одежду, она также заметила, что он, похоже, потерял в весе.

Иисусе. Джон прав. Они не просто переспали. Между ним и Элли что-то было. То есть, что-то настоящее. Весь его вид говорил об этом.

Подумав об этом и наблюдая за лицом Балидора, она нахмурилась.

На фоне раздавался голос женщины-репортёра, чья передача продолжала показываться, пока они говорили.

— ...Теперь это официально. Видящий, называющий себя Syrimne d’Gaos, взял на себя ответственность за террористический акт в Южной Америке. Согласно представителям СКАРБ, несколько минут назад он выпустил заявление и выдвинул требования отпустить всех заключённых видящих и положить конец регулированию видящих по Акту о Защите Людей. Теперь считается, что видящая-террористка Элисон Тейлор, «Мост», работает под его началом в одной из его террористических ячеек...

Когда женщина умолкла, включился мужчина-комментатор.

— ...Только что поступила информация, что представители СКАРБ назвали корпорацию, на которую нацелились видящие-террористы. Это международная организация гуманитарной помощи, «Чёрная Стрела», которая создаёт генетически модифицированные сельскохозяйственные культуры, чтобы кормить людей по всему миру, особенно в поражённых засухой странах «третьего мира». Представители СКАРБ выдвинули предположение, что целью террористов было пресечение цепочки поставок еды тем нациям, вызвать отчаяние и контртеррористический режим среди самого обездоленного людского населения в мире...

Касс взглянула на Балидора.

— 'Дори, — позвала она. — Ты же не можешь верить, что её мотивы были такими... или даже его мотивы. Ревик никогда бы такого не сделал, даже если...

— Я же сказал выключить, бл*дь! — рявкнул он.

На её глазах он сжал руки в кулаки. Они не разжались даже после того, как один из слуг Вой Пай по его приказу выключил главный монитор прямо в тот момент, когда там показывалось лицо Элли.

Без света экрана комната казалась более тёмной.

Долгое время, казалось, никто не шевелился.

— Мы можем поговорить с ней? — спросил Джон, и его голос заполнил тишину. — Что, если мы попробуем передать ей сообщение? Он позволит нам, как думаете?

Балидор повернулся и посмотрел на него. Его подбородок оставался напряжённым.

— Какой от этого толк, Джон?

В глазах Джона проступила злость.

— Ну, мы можем хотя бы узнать её точку зрения. Мы будем знать, переманил ли он её на свою сторону. Мы можем узнать, что на самом деле произошло. В новостях довольно уклончиво говорится, что они вообще делали в том здании. Может, всё не так, как мы думаем. Может, они как-то оказались в ловушке, и она запаниковала.

— Запаниковала? — Балидор с изумлением уставился на него. — Если она участвует в его операциях, Джон, значит, он переманил её на свою сторону.

— Может быть, — сказал Джон. — А может, и нет. Может, она просто пытается понять его мотивы. Увидеть его операцию изнутри.

— Увидеть изнутри? — голос Балидора опять переполнился эмоциями. — Боги, Джон! Ну ты-то! Ты думаешь, ей надо убивать кого-то телекинезом, чтобы понять мотивы Дигойза?

— Нет, — раздражённо ответил Джон. — Я не это имел в виду, — посмотрев на остальных, он стиснул кулаки. — Просто позвольте мне попробовать поговорить с ней, ладно?

— Тебе? — презрительно повторила Вой Пай. — С чего бы Сайримну позволять червяку говорить с его женой? Червяку из лагеря врага?

Говоря последнее предложение, она в упор посмотрела на Балидора.

Джон наградил её таким же презрительным взглядом.

— Ты не знаешь Ревика, — сказал он. — У него причудливые представления о семье. Он может разрешить мне поговорить с ней. Он думает... — Джон издал отрывистый смешок, покачав головой, и посмотрел на остальных. — Он думает, что я какой-то гибрид. Типа, частично эволюционировавший человек. Конечно, он присваивает эту заслугу Элли, но во время нашего последнего разговора он окрестил меня «видящим по совместительству», а также называл своим шурином. У него определённо странные представления обо мне и Элли, но я всё равно считаю, что я — ваш лучший шанс связаться с ней, пока она с ним. Я или Касс, может быть.