— Элли, — сказал он. — Ты не можешь продолжать в таком темпе. Ты сломаешь себя прежде, чем сломаешь его.

— Я в порядке, — сказала я, пренебрежительно отмахнувшись.

Когда Балидор и Джон переглянулись, я легонько щёлкнула языком.

— Я в порядке, — резче повторила я. — Серьёзно. Сегодня ночью посплю.

— Сейчас три часа ночи, — сказал Балидор.

— Значит, утром посплю.

Они всё ещё смотрели друг на друга, когда я повернулась к двери, пошла к ней и набрала комбинацию, запрограммированную в охрану конструкции и менявшуюся через случайные интервалы от каждых пяти секунд до каждых тридцати минут.

Ни один из них ничего не сказал, когда я отпёрла засов, шагнула за дверь и закрыла её за собой. Но я услышала запечатывание двери, когда один из них, должно быть, провернул вентиль на той стороне и снова запер механизм, который блокировал Барьер в этом месте.

Я изо всех сил старалась не издать ни звука, пересекая комнату с органическими панелями. Укладываясь на постель рядом с ним, я не прикасалась к нему. Он не пошевелился, но я почувствовала, как его свет окутывает меня бледным облаком, источая тот же слабый импульс облегчения, что и всегда, когда я вновь присоединялась к нему в конструкции резервуара.

И всё же я ощутила укол... чего-то... когда устроилась на спине.

Я не стала задумываться над этим.

Я просто закрыла глаза, повелевая Барьеру вернуть меня в то другое место.

Чем бы ни было это дурное предчувствие, оно не замедлило моего падения.