Поскольку все наши люди были в курсе демонстрации силы этого отвратительного вещества в Гонконге, я желаю знать, каковы ваши намерения в отношении образца этого вируса, и каким будет ваш предполагаемый ответ американским военным. Мы бы хотели услышать заверения, что прошлые перемирия всё ещё остаются в силе в части наших общих интересов, как расы, и поддержания строгой политики невмешательства в массовое население людей мира...»

Я озадаченно посмотрела на них обоих.

Когда Балидор продолжил читать, я перевела взгляд обратно на экран.

— «Мне сообщили, что во время этой операции в Америках вы потеряли брата из-за предательства человеческого мерзавца с Запада. Примите мои искренние соболезнования по этому поводу. Возможно, я сумею помочь вашим людям организовать месть за это жестокое преступление, особенно если я получу соответствующие заверения, что семьи моих хозяев не являются мишенями для оружия, которым вы теперь единолично обладаете.

Более того, я бы хотела услышать заверения, что вы взяли эти образцы исключительно как меру подстраховки против угрозы личного вреда, а также для поддержания мира среди всех наших людей, а не как потенциальное оружие агрессии, чтобы получить какое-то преимущество в сделках с другими расами и людьми, включая древний народ Китая.

Хотя я понимаю, что Мост, естественно, не придерживается регионального или фракционного разделения среди нашей братии и тем более среди наших кузенов, я ожидаю некоторых уступок в этом отношении, поскольку это явно выходит за рамки простого диспута из-за границ или экономических прав отдельных государств. Воистину, Высокочтимый Мост должна понимать, что такое оружие по умыслу или по воле случая может привести к началу войны, которую все мы намереваемся довести до максимального эволюционного потенциала, поскольку Её прибытие среди нас...»

— Какого ж чёрта, ради всего святого... — пробормотала я.

Я подняла взгляд, хмуро глядя на Балидора и Джона.

— Кто-то из вас понимает, о чём она говорит?

Балидор покачал головой, показывая отрицательный жест.

И всё же я увидела в его глазах нечто, что заставило меня помедлить.

— 'Дори? — позвала я. — Тебе что-нибудь известно об операции, про которую она говорит?

— Нет, — посмотрев в глаза мне, потом Джону, он нахмурился и поджал губы. — Ну. Не совсем. У меня действительно имелся оперативник в Штатах, который искал вирус. Возможно, она его нашла. Я не давал разрешения на уничтожение вируса... но я бы определённо дал такое разрешение. Возможно, она увидела возможность и по какой-то причине не смогла со мной связаться.

— Эта оперативница могла бы по какой-то причине взять образцы вируса? — резко спросила я.

Он поколебался, затем пожал одним плечом.

— Возможно. Опять-таки, я не давал на это разрешение, но вижу в этом смысл, — он посмотрел мне в глаза. — Например, можно разработать антидот.

Я почувствовала, как мои плечи расслабляются.

— То есть, Вой Пай может быть права. Возможно, у нас имеется единственный образец этого вируса.

— Возможно.

Я кивнула, сжимая пальцами свои голые руки и стараясь продумать возможные последствия всего этого.

— Ты доверяешь ей? Этой оперативнице?

Он посмотрел мне в глазах, и там стояло немного виноватое выражение.

— Это Чандрэ.

Понадобилось ещё несколько секунд, чтобы эта информация отложилась в мозгу.

— Что?

Балидор пожал плечом.

— Она работает на меня. На нас. Я не мог сказать тебе раньше.

Джон расхохотался.

Уставившись на Балидора, я покачала головой, не зная, то ли мне рассмеяться, как Джону, то ли врезать Балидору по лицу.

— Она была с тобой? Всё это время?

— Ну... — Балидор взглянул на Джона, затем на Дорже, затем снова на меня. Его лицо продолжало выражать неловкость. — ... Да.

— И у неё может иметься образец этого вируса?

— Я попытаюсь с ней связаться, — Балидор вновь просматривал текст, пробегаясь по нему глазами. — Однако у меня нет там больше никаких оперативников, — добавил он. — А она прямым текстом говорит, что убит «брат» из наших.

— Как думаешь, кто это?

Он выдохнул, нахмурившись.

— Возможно, кто-то, с кем объединилась Чандрэ. Кто-то, с кем она вместе работала над поисками вируса?

— Эм, ребят? — перебил Джон, показывая на верхнюю часть сообщения. — Вы эту часть пропустили? Она не только отказала тебе в запросе переговоров по Повстанцам без личной аудиенции. Всё звучит так, будто она удерживает в плену Касс и Багуэна.

— Я это понял, — сказал Балидор, мрачно поджимая губы.

Я нахмурилась, перечитывая транскрипцию.

— Она держит Касс в заложниках? Вы уверены?

Балидор тоже показал на соответствующие строки текста.

— Она осторожно говорит, что их «пригласили», им «разрешили» остаться... но ты же не представляешь, чтобы Касс умоляла её об этом? Я что-то не верю, что она намеренно осталась бы там.

Я нахмурилась ещё сильнее.

— Господи, — пробормотала я. — Должно быть, я реально устала. Сколько они там пробыли?

— Ты должна вытащить Касс оттуда, Эл, — сказал Джон, глядя на меня.

Прежде чем я успела ответить, Балидор покачал головой, показывая жест решительного отрицания.

— Исключается, — сказал он. — По множеству причин. Во-первых, тебя сейчас ищет примерно сто охотников за головами.

Джон в неверии уставился на него.

— Это же Касс, Балидор.

— Мне всё равно, кто это, — отвернувшись от Джона, Балидор посмотрел на меня, и серые глаза выражали бескомпромиссность. — Ты никуда не поедешь, Элисон. Пока мы не стабилизируем твоего супруга.

Я вздохнула, посмотрев на него.

— Рано или поздно мне придётся туда отправиться.

— Возможно, — признал он. — Но мы это обсуждали, Элли. В данный момент награды за твою голову просто астрономические. И есть ещё проблема Врега и остальных Повстанцев. Как только мы стабилизируем Дигойза, ладно, можно отправляться. Более того, мы все можем уехать. Но Элли...

Он поднял взгляд, мрачно посмотрев мне в глаза.

— ...Ты не можешь уехать отсюда и ожидать, что вернёшься. Ты не можешь. Как только ты где-то засветишься, за тобой определённо станут следить. Это значит никакого резервуара. Значит, мы уже не сумеем закрывать Дигойза от Дренгов. Это приведёт сюда Повстанцев — через считанные дни, полагаю, если не часы — а также всех, кто хочет заполучить награды за твою голову. Послание пришло по нашим основным каналам. А значит, высока вероятность, что любой, кто наблюдает за Адипаном и ищет тебя, тоже мог это уловить.

— Она не может просто бросить Касс там, Балидор, — раздражённо возразил Джон. — Мы понятия не имеем, как долго затянется эта ситуация с Ревиком.

— Нет, — сказала я, бросив на них обоих предостерегающие взгляды. — Я не могу оставить её там так надолго, — я перевела взгляд на Джона. — Но Балидор тоже прав. Я не могу просто объявиться там в футболке «Я Мост». Нам нужно обсудить безопасный способ организации всего этого. Если Вой Пай по какой-то причине на это не пойдёт...

Балидор закончил мысль за меня.

— ...Тогда мы можем предположить, что Вой Пай сговорилась с одним или несколькими охотниками за головами, — сказал он. — Или хуже того, что она не намеревается выдавать Повстанцев и собирается объявить нам войну, как только они станут обученными членами Лао Ху.

— Так что насчёт Касс? — повторил Джон, переводя взгляд между нами.

Я вздохнула, скрестив руки на груди.

Выдохнув, я взглянула в сторону резервуара, на Ревика. Он спал на спине, лежа на постели, которую я устроила там для него за прошлую неделю. Его босые ноги смотрели в сторону окна. Одна рука лежала на животе, а вторую он подложил под голову. Я смотрела, как поднимается и опадает его грудь, как напрягается лицо во сне.

— Она не стала бы шутить с ним, — размышляла я, едва осознавая, что говорю вслух. — Она никогда не признается, но она его боится. Я видела это, когда он в тот раз приехал забрать меня.

— Нет, Элли, — сказал Балидор.

Когда я повернулась к нему, его глаза смотрели бесстрастно.

— Элли, — повторил он. — Даже ты должна это признать — для этого слишком рано. Он не готов. Только не к такому. Ты говоришь о военном мероприятии.

Джон, сидевший рядом с ним, заговорил.

— Он прав, Эл. Это не лучший план. Не сейчас.

Вздохнув, я посмотрела обратно на резервуар и опять скрестила руки на груди.

— Ага, — я снова вздохнула, внезапно ощущая такую усталость, какой не чувствовала неделями. — Ага. Я знаю. Просто выдаю желаемое за действительное.

Выдернув себя из этих мыслей, я заставила себя включиться в реальность, успокоить свой свет. Сделав это, я посмотрела на Балидора.

— Поручи это Адипану, — сказала я. — Я хочу услышать сценарии. Минимум два, и желательно в следующие двадцать четыре часа. И свяжись с Чан. Выясни, действительно ли она получила образец вируса, и если так, то где она. Если Вой Пай говорит правду, я хочу, чтобы она как можно быстрее оказалась в безопасном месте. Пошли туда людей. Вытащи её из страны, если сможешь. Возможно, мы сумеем использовать этот вирус как козырь в переговорах с Повстанцами, при условии, что Вой Пай вообще собирается их отпускать.

Я поколебалась, затем добавила.

— И попробуй узнать, кого убили. Вой Пай, похоже, считает, что я его знала, кем бы он ни был. Мы вновь соберёмся после моей следующей сессии и придумаем ответ.

— Элли, — позвал Джон. — Разве ты не собираешься сначала поспать? — он взглянул на Ревика, затем обратно на меня. — Ты только что оттуда вышла.

— Я посплю через несколько часов, — сказала я ему. — Легче погружаться, когда он спит. Он борется со мной, если бодрствует. Он уже не делает этого намеренно, но он ничего не может с собой поделать. Я не хочу упускать возможность.

— Ты измождена, — сказал Балидор.

Услышав его серьёзный тон, я повернулась посмотреть на него. Я обнаружила, что он оценивает меня прищуренным взглядом, сканируя мой свет. В то же мгновение от него выплеснулся импульс беспокойства, и я ощутила, как он корит себя за то, что не заметил этого ранее.