Глава 12 Данте

Что за черт?

В одну минуту я собираюсь снять с нее платье посреди главной комнаты и дать ей предварительный просмотр того, что значит «заклеймить» в стенах нашего клуба. В следующее мгновение она дрожит, как осиновый лист, из ее больших голубых глаз вот-вот покатятся слезы.

Кто-то собирается умереть.

Я перевожу взгляд на Такера, и ярость затуманивает мое зрение. Этот ублюдок так и не ответил на ее приглашение. Не показался на ее выпускном. А теперь у него хватает наглости тусоваться в моем клубе с девчонкой не на много старше его дочери?

Ну уж нет.

Я бросаюсь к нему, и он виноватыми глазами смотрит на меня в замешательстве. Пьяный. Придурок напился в три часа дня. Мелоди бросает взгляд на мое разъяренное лицо и, пропищав, убегает.

— Папа?

— Привет, Карина. Сегодня был большой день, верно?

— Ты знаешь, что так и есть. Почему тебя там не было? Я пыталась дозвониться до тебя. Я пыталась...

У него хватает наглости указать на меня.

— Он велел мне держаться от тебя подальше.

— Ты, чертов хитрый ублюдок. Не смей перекатывать все на меня.

Он что, с ума сошел? Он знает мою роль в клубе. Знает, что я могу убить его голыми руками.

Стоя рядом со мной, Карина дрожит, как робкий котенок. По крайней мере, мне так кажется, когда я гляжу на нее, мне ясно — она злится.

— Я закончила. Данте, мы можем, пожалуйста, вернуться домой? — она поворачивается спиной к своему отцу и берет меня за руку.

Прежде чем мы уходим, я подхожу вплотную к Такеру и смотрю на него сверху вниз.

— Это еще не конец. Лучше бы мне к утру понедельника иметь телефон и адрес Кэденс, или жизнь для тебя станет не очень привлекательной, — я стараюсь говорить тихо и угрожающе, чтобы сообщение было более ясным.

— Ромео...

— Мне плевать, что тебе сказал Ромео, — огрызаюсь я, прежде чем он успевает додумать какую-нибудь глупость. — Ты думаешь, он вечно будет охранять твою задницу, но ты ошибаешься. Ты не брат.

Похоже, его пьяный мозг начинает что-то соображать.

— Я ее отец. Ты не убьешь меня. Она возненавидит тебя.

— Сомневаюсь.

***

Снаружи солнце светит нам прямо в глаза, и Карина поднимает руку, чтобы прикрыть лицо.

— Куда, малышка?

— Домой.

Когда мы садимся в мой пикап, я включаю кондиционер, поворачиваюсь к ней, и беру ее за руку.

— Я кое-что приготовил для тебя на сегодняшний вечер. Но теперь я не...

— Все что угодно, лишь бы отвлечься.

Ну, то, что я запланировал, определенно поможет это сделать.

Я должен предупредить ее и посмотреть, готова ли она к этому.

Она тащится вверх по лестнице, когда мы возвращаемся домой, и я понятия не имею, как заставить ее чувствовать себя лучше, не включая того, чтобы оттрахать.

Наверху я слышу, как она набирает ванну, и поднимаюсь наверх, где нахожу ее сидящей в ванной. Голая, красивая, волосы собраны в беспорядочный маленький пучок, который я хочу обхватить рукой и использовать, чтобы направить ее рот к моему члену.

— Ты в порядке?

Она откидывается назад, давая мне прекрасный вид на свою грудь, и мой член моментально реагирует.

— Сейчас я уже чувствую себя лучше, — она открывает глаза. — Данте? — в ее мягком голоске слышится потребность.

— Да, малышка?

— Ты, наконец, трахнешь меня в задницу сегодня?

Иисус Христос. Это было последнее, чего я от нее ожидал. Я взрываюсь смехом, но она совершенно серьезна.

— Да, малышка. Позже вечером. У меня есть еще одна пробка, большего размера и я хочу посмотреть, справишься ли ты.

Она изгибает губы в мечтательной улыбке и садится, затем обхватывает ноги руками и кладет щеку на колени.

— Ты кончишь мне в задницу или на спину?

Еб твою мать, все эти невинно заданные грязные вопросы действуют на мой член. Он кричит, желая выбраться из штанов.

— Понятия не имею. Думаю, я решу в нужный момент, — я позволяю ей сидеть так еще несколько минут. — Давай, ты там сидишь уже целую вечность.

Я помогаю ей вылезти из ванны и вытираю ее, прежде чем взять за руку и отвести в спальню. Не говоря ни слова, она дергает меня за рубашку и снимает ее. Маленькими ручками она тянется к ремню и молнии на моих джинсах. Карина опускается на пол, снимает все с меня и бросает на пол. Терпеливо ожидая того, о чем я собираюсь ее попросить, она смотрит на меня.

Рукой я скольжу по ее волосам, хватаю за пучок, словно за рычаг, и направляю ее к своему члену. Нетерпеливая. Она открывает рот и берет меня глубоко, до самого горла.

— Бляяядь.

Теплым влажным языком она идеально скользит по мне. Карина сосет, заталкивая меня все глубже в свою глотку, и я не могу сформировать ни одной мысли. Я позволяю себе погрузиться в это ощущение, обещая себе, что после этого, целью на протяжении всей ночи будет ублажать ее.

Не проходит и пяти минут, как я взрываюсь у нее во рту. Она хнычет, сосет и вылизывает меня дочиста. Когда я, наконец, открываю глаза, она сидит на корточках с легкой улыбкой на губах. Я провожу рукой по ее щеке.

— Это было прекрасно.

Я сажусь на кровать и похлопываю по месту рядом с собой.

— А теперь иди сюда, чтобы я мог поработать над твоей задницей.

Более нетерпеливая, чем я ожидал после этого приглашения, она ложится на мои колени. Карина вздрагивает, когда я наклоняюсь и открываю ящик тумбочки. Я бросаю бутылку смазки и самую большую анальную пробку, которую она видела прямо перед ее лицом.

— Она все равно не такая большая. Как твой член.

Черт, эта женщина убивает меня.

— Спасибо, малышка.

Она ворчит и складывает руки под грудью. Вся ее мягкая кожа, трущаяся об меня, приятна на ощупь. Она там, где и должна быть. Теперь, когда мой член успокоился, я могу ясно мыслить. Я начинаю медленно массировать и растирать ее, пока она не обмякает.

— Так хорошо?

— М-м-м.

Идеально.

Медленно и уверенно я пробираюсь к ее попке, капая смазкой на ее щель и растирая, широко раздвинув ягодицы. Пальцем я дразню ее вход и это первый раз, когда она не напрягается, когда я касаюсь ее здесь. Медленно я скольжу в нее пальцем, смазка помогает сделать это легко и приятно. Она стонет от удовольствия и ерзает у меня на коленях.

— Все еще хорошо?

— Да, — шепчет Карина.

Я провожу некоторое время, расширяя ее своими пальцами, прежде чем поработать с пробкой. Эта больше, чем все предыдущие, но, черт возьми, если я не трахну ее задницу сегодня вечером. Особенно после того, как она намеренно и грязно попросила меня об этом. Я снова лезу в ящик, достаю вибратор, она использовала его только раз — чтобы устроить для меня шоу — но когда я протягиваю его ей, она сразу понимает, что я хочу. Она сдвигается и пристраивает его туда, где хочет, чтобы он был, прежде чем включить.

— Боже мой!

Да, вибрации настолько сильны, что я начинаю твердеть снова.

— Хорошая девочка. Держи его там. Я хочу, чтобы ты кончила, пока я буду играть с твоей задницей.

— Ох. О, — Карина стонет и дрожит.

— Господи, ты уже?

Она не отвечает, поэтому, пока все еще объезжает его, я начинаю медленно вставлять в нее пробку, пока плоское основание не прижимается к ее ягодицам.

— Идеально.