Карина

— Мы едем домой к Удаче. Ты не против, малышка?

Это кажется странным, но мне любопытно, где живет Удача, так как я видела его только в клубе или в нашем доме.

— Конечно.

Поездка туда... интересная с большой игрушкой, что вставил в мою задницу Данте. Клянусь, он просто любит мучить меня и вообще не планирует когда-нибудь трахнуть мой зад.

Дом Удачи небольшой — в испанском стиле с прочным забором вокруг, что дает хорошее уединение от соседей. Я могу только представить, зачем ему это нужно.

В воздухе повисло странное напряжение, и я не могу не задаться вопросом, не упускаю ли я чего-то, когда Удача встречает нас на подъездной дорожке, и мы следуем за ним внутрь.

Он предлагает нам выпить, и мы несколько минут стоит в гостиной. К моему большому смущению, странное ощущение, когда я наедине с этими двумя свирепыми, соблазнительными мужчинами, снова наполняет меня. Прямо сейчас, посреди гостиной Удачи они могли бы схватить меня, снять с меня всю одежду и делать со мной все, что захотят. Я была бы бессильна что-либо сделать, кроме как кричать, плакать и умолять их остановиться.

На этот раз, образы в моей голове намного ярче. Несмотря на то, что я пыталась отрицать это в течение нескольких недель, пришло время признать, что меня немного привлекает Удача.

Что со мной не так? Данте должно быть более чем достаточно для меня.

Это не имеет значения. Я бы никогда ничего с этим не сделала бы.

Я ерзаю, потирая бедра и отчаянно желая, чтобы Данте позволил мне надеть трусики, прежде чем уйти из дома.

Как всегда, он на одной волне с моим настроением. Он приподнимает уголок рта в сексуальной ухмылке.

— Ты в порядке, малышка?

Я не могу вымолвить ни слова, поэтому киваю. Они обмениваются взглядами, и Удача склоняет голову набок.

— Хочешь осмотреть остальную часть дома?

Под остальной частью дома Удача подразумевал свою спальню. Мы втроем оказываемся здесь. Данте закрывает за нами дверь, и мое сердце начинает учащенно биться. Удача наблюдает за мной с напряженным выражением, которое вызывает жар на моей коже.

Позади меня Данте кладет руки мне на плечи и стягивает бретельки моей майки, обнажая лифчик.

— Помнишь, мы говорили о вещах, которые тебя возбудили? — он наклоняется ближе и шепчет мне на ухо. — Как ты сказала, что хотела бы принять два члена одновременно?

— Я это говорила? — вскрикиваю.

— Да.

Удача до сих пор ничего не говорит. Но он смотрит на меня так, будто хочет съесть заживо. Я напугана, взволнована и испытываю столько других эмоций, что не могу говорить.

— Как тебе нравится, когда я касаюсь твоей задницы?

Я краснею, когда он говорит это при ком-то еще, это звучит глупо. Он, наверное, рассказал Удаче все, чтобы подготовиться к сегодняшнему вечеру. Не думаю, что мы оказались здесь случайно.

— Удача эксперт по всевозможным инструментам, которые можно использовать на тебе.

Я поднимаю взгляд на Удачу, ища подтверждения, и он кивает.

— Помнишь, ты говорила, что хочешь быть привязанной к изножью кровать?

Я молча киваю. Моя кожа горячая и натянута. Мне так стыдно, что он раскрывает все мои похотливые фантазии кому-то еще.

Но я безумно возбуждена.

Данте проводит тыльной стороной пальцев по моей щеке.

— Он также хорош во всех различных способах связывания непослушных маленьких девочек.

Уродливая мысль приходит мне в голову, и я не могу от нее избавиться.

— Подождите, вы, ребята... вы делаете это...

— Нет, малышка. Мы никогда не делали ничего из этого ни с кем, кроме тебя.

— О, хорошо.

Удача хихикает над моей вспышкой ревности.

Данте проводит руками по моему телу в успокаивающем жесте. Только вместо этого он заводит меня еще больше.

— Удача ведет занятия по этому предмету. Вместо того чтобы учиться, наблюдая, как он делает это с кем-то еще, я подумал, что он может продемонстрировать это на тебе.

— О.

Данте хихикает.

— Звучит так, будто ты разочарована.

— Нет. Я просто думала, что вы собираетесь...

— Если дела пойдут хорошо, и ты все еще будешь в деле, мы обязательно трахнем тебя, Карина, — говорит Удача.

— Ох, блядь, — шепчу я, и парни хихикают.

Удача протягивает руку и, получив одобрение от Данте, я беру ее. Он останавливается рядом с кроватью и берет меня за подбородок.

— Посмотри на меня. Захочешь остановиться в любой момент или тебе будет неудобно, скажи «красный», и мы поймем, что ты серьезно. Все прекратится.

— Красный. Окей.

Его хватка на моем подбородке усиливается.

— Я серьезно. Не думай, что ты разозлишь меня или что Данте обидится на тебя. Все для того, чтобы ты насладилась новыми ощущениями, а не терпела для того, чтобы мы были счастливы. Поняла?

Ладно, может быть и хорошо, что на мне нет трусиков, потому что к этому моменту они уже были бы мокрые, и мне все равно нужно было бы их снять.

— Поняла.

Удовлетворенный моим ответом, он поворачивается к Данте.

— Она может закончить раздеваться?

Боже мой. Святое дерьмо, я, действительно, собираюсь обнажиться перед ними двумя?

Данте кивает мне, и я стягиваю майку. Затем я расстегиваю шорты и позволяю им соскользнуть вниз по моим ногам.

— Без нижнего белья. Какая бесстыжая девочка, — дразнит Удача.

— Развернись, Карина.

Мое лицо вспыхивает, когда я поворачиваюсь и слышу, как Удача резко вдыхает.

— Очень мило, — он опускает руку к моей заднице и шевелит конец анальной пробки. Тихий стон срывается с моих губ, ноги начинают дрожать. Удача обхватывает меня за талию, удерживая в вертикальном положении. Его большое, твердое тело впечатывается в мое, и я смотрю в глаза Данте. Он следит за каждым движением. Зная, что он рядом и не допустит, чтобы случилось что-то плохое, я успокаиваюсь. Наши взгляды встречаются, горят интенсивностью даже в тусклом освещении.

Он проверяет меня?

Рассердится ли он, если мне это понравится? Должна ли я чувствовать вину за то, как сильно наслаждаюсь ощущением рук Удачи на своей коже?

Данте, наконец, подходит ближе, и я протягиваю к нему руку. Переплетая наши пальцы, он подходит достаточно близко, чтобы его успокаивающее тепло омыло меня.

Позади меня Удача подходит ближе и сжимает в кулаке мои волосы, перебрасывая их через одно плечо. Он прижимает губы к моей шее.

Это не может быть правдой. Оба этих сексуальных байкера прикасаются ко мне, так полностью сосредоточены на мне одновременно. Они так похожи, но такие разные. Данте — грубый, резкий, с выпирающими мышцами. Удача — более контролирующий свою суровость, более стройный, но такой же крепкий.

— Мы должны объяснить ей основные правила, — говорит Удача. Его горячее дыхание щекочет мою сверхчувствительную кожу, и я сопротивляюсь желанию застонать.

Данте берет меня за подбородок и поднимает его, ожидая, пока я встречусь с ним взглядом, прежде чем заговорить:

— Никаких поцелуев в губы. Никакого проникновения. Все остальное — честная игра.

— Кивни, если поняла, Карина, — говорит Удача.

Я резко открываю глаза, даже не осознавая, что закрыла их. Данте заполняет мое видение. Он опасно сексуален — густые темные волосы, собственнический взгляд и щетинистый подбородок. Мое сердце подпрыгивает. Он весь мой. Если бы это была его фантазия. Если бы он хотел меня и еще одну девушку, я бы ни за что не согласилась.

Или согласилась бы?

Думаю, совершенно очевидно, что я сделаю все, о чем попросит Данте.

Мне трудно сосредоточиться, когда твердое тело Удачи прижимается к моему, а пальцами он обхватывает мои плечи. Не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно сильно, чтобы я чувствовала его присутствие. Медленно, он проводит своими руками по моим, слегка касаясь костяшками пальцев моей обнаженной груди.

— Она чертовски идеальна, Данте.

Данте отвечает, не сводя своих глаз с моих:

— Знаю.

— Ты доверяешь нам, Карина? — спрашивает Удача.

Мне даже не нужно думать об ответе.

— Да.

— Почему?

Его вопрос смущает меня. Почему? Не знаю, почему.

— Э-э... — я замолкаю и пытаюсь найти правильные слова, но это трудно сделать, когда Данте следит за каждой моей реакцией и тем, как Удача гладит мою кожу. — Данте не допустит, чтобы со мной случилось что-нибудь плохое. И ты всегда был мил со мной.

Спиной я чувствую, как грудь Удачи вибрирует от одобрительного гудения.

— Хорошо, — говорит он, нежно целуя меня в щеку. Руками он последний раз скользит по всей длине моих рук и обхватывает мои запястья. Он останавливается и немного отодвигается от меня. Любопытствуя, что будет дальше, я опускаю взгляд, когда он отпускает мою левую руку. Когда Удача хватает мое правое запястье обеими своими большими руками, я поражаюсь тому, насколько я хрупкая. «Красный» — станет волшебным словом, если я захочу остановить все это, но что, если я скажу его, а они продолжать делать что делали?

Я стала такой влажной от этой мысли, что сжимаю бедра вместе. Данте замечает это и слегка улыбается, но ничего не говорит.

Рукой Удача держится за мою талию, когда наклоняется в сторону. Звук выдвигающего ящика и шарканья в нем заставляет меня повернуть туда голову.

— Смотри на меня, Карина, — говорит Данте.

Жар пробегает по моей коже, и я перевожу взгляд на него. Он хихикает, и я вздыхаю.

— Сегодня вечером. Поскольку это первый ее сеанс по чему-то такому, я собираюсь показать тебе базовые приемы, — говорит Удача, обращаясь к Данте. Раздается звон. — Безопасные ножницы. Всегда держи их под рукой.

Данте кивает, наблюдая за тем, что Удача делает за моей спиной. Один конец веревки опускается мне на грудь, и Удача медленно проводит им по моей коже.

— Готовлю ее к ощущению веревки на коже, — объясняет Удача. — Чтобы она знала, каково это.

В любой другой ситуации Данте мог бы ухмыльнуться. Но вместо этого он скрещивает руки на груди и наблюдает за каждым движением Удачи.

Веревка щекочет, но я слишком возбуждена, чтобы смеяться. Я вздрагиваю, когда скрученные кончики задевают мои чувствительные соски. Наконец, Удача подносит веревку к моей правой руке.