Глава 11

Обсидиан зарычал.

— Прекрати.

Алли боролась с ним, поэтому он переживал, что на ее теле останутся синяки от столкновения то с ним, то с раковиной. Обхватив бедра женщины ладонями, Обсидиан поднял ее одним рывком от греха подальше. Он крепко и достаточно высоко держал Алли на руках, чтобы она случайно не ударила ногой по кафельному полу или стене.

— Хватит! Успокойся.

Обсидиан услышал грохот сапог в коридоре и понял, что у них скоро будет компания. Он взвыл от ярости, ведь Джерико осмелился вернуться после их драки. Самец не мог быть настолько глуп, чтобы бросить ему вызов из-за женщины. Его соперник ворвался в спальню, сломав дверной замок и впечатав ручку двери в штукатурку стены.

— Опусти ее. — Джерико говорил низким, животным голосом. Самец подобрался ближе, выставив руки как когтистое оружие.

— Она моя. — Обсидиан, не отрывая взгляд со своего противника, нежно подтолкнул Алли. — Иди в ванную, туда он не сможет добраться, не пройдя прежде через меня.

— Прекратите это! — Алли ослушалась его, шагнув между ним и наступающим самцом. Она встала боком и развела руки как можно шире, чтобы удержать мужчин подальше друг от друга. — Никаких драк!

— С вами все в порядке? — Джерико остановился, но он по-прежнему представлял угрозу.

— Он собирался укусить меня. И я хочу уйти отсюда. — Алли выглядела испуганной, наблюдая за Обсидианом. — Почему ты хочешь это сделать?

Он потянулся к ней, но она отдернула запястье прежде, чем он успел дотронуться до нее. Он застыл, осознав, насколько Алли была напугана.

— Чтобы отметить тебя. — Он сглотнул, вдыхая аромат и убеждаясь в ее страхе. — Я не собирался тебя травмировать.

— Ты хотел укусить меня. — Аллисон тяжело вздохнула. — Своими острыми зубами. С тобой что-то не так, и я настаиваю, чтобы ты пошел в медицинский центр.

— Дерьмо, — пробормотал Джерико.

Алли повернула голову и посмотрела на него. Офицер нахмурился, развел руки в стороны и отступил назад.

— Джерико? Что такое?

Он сделал глубокий вдох.

— Так он обозначает свою территорию. Иногда подобное происходило на объектах, где нас содержали. Он не хочет, чтобы другие самцы были рядом с вами, и пытается пометить вас физическим маркером… Ммм… укусом. — Джерико многозначительно посмотрел на Обсидиана. — В этом нет необходимости. Ее не заберут к другим самцам для тестов по размножению, тем более твой запах уже на ней. Этого достаточно, чтобы другие не пытались заняться с ней сексом.

— Ты хочешь ее, — резко обвинил Обсидиан.

Джерико попятился еще дальше, весь напряженный.

— Не хочу. Она очень привлекательна, но я не заинтересован. Она просто друг и была ценным сотрудником в Хоумленде.

Обсидиан ему не поверил.

— Она слишком соблазнительно пахнет и не прекращает пользоваться ароматом еды, чтобы заманивать других самцов.

— Черт. — Джерико отошел еще на шаг. — Люди любят поесть. Просто они такие, какие есть. Они считают, что запах ужина — приемлемая гигиена. Со временем ты это поймешь. Дело не только в ней. Большинство из них так делают. Они не пытаются заинтересовать нас, чтобы их трахнули.

— Твои глаза покраснели от вожделения. — Обсидиан переместился, пытаясь оставить Алли позади себя, чтобы она не попала в поле зрения другого мужчины.

— Я примат, и мои глаза не красные. Они каштановые с вкраплением карего. Есть разница. — Черты лица офицера стали более жесткими. — Я не хочу ее, и она точно не хочет меня. Даже наши самки боятся моих особенностей. Ты действительно думаешь, что пугливый человечек захочет меня?

— Ты видел ее обнаженной. — Обсидиан не верил Джерико. Алли была слишком привлекательна, чтобы самец не желал ее.

Офицер помедлил с отступлением.

— Прости, что я так смотрел. — Обсидиан издал тихое рычание. — Это была первая пара настоящих грудей, которые я видел за последнее время. — Его голова опустилась. — Давай не будем ссориться. Док в безопасности от других самцов, а я давно отказался от поиска собственной женщины. Я уже не хочу.

Обсидиан не совсем поверил ему, но его гнев остыл.

— Почему?

Джерико посмотрел на него своими странными глазами.

— Я отказываюсь чувствовать боль.

Обсидиан, продолжая внимательно следить за ним, остановился рядом с Алли, которая схватила его за руку, чтобы он не набросился на офицера. Он даже не взглянул на женщину, потому что был слишком сосредоточен на своем противнике.

— Боль от возможности быть отвергнутым. — Голос Джерико понизился, сильные эмоции промелькнули в его глазах. — Я больше ничего не хочу. С меня хватит. Твой доктор в безопасности рядом со мной. Я перевелся сюда из Резервации, чтобы сотрудничать с человеческой оперативной группой, которая работает на нас. Мы выслеживаем и находим сотрудников «Мерсил». Это держит меня на расстоянии от наших самок. Я добровольно вызвался присмотреть за тобой, потому что женщинам запрещено входить в этот сектор. Опергруппа в отпуске на две недели, но потом я вернусь к ним. Понимаешь?

Еще больше вопросов заполнило разум Обсидиана, но он наконец поверил, что офицер не хотел его Алли.

— Люди работают на тебя?

— На нас, — поправил Джерико, расслабляясь. — Времена изменились. Не все люди плохие и ненавидят нас. Те, с которыми я работаю, хорошие.

— Мужчины?

— Они люди. Мужчины. Мы самцы. — Офицер пожал широкими плечами. — Не надо кусать Алли. Она напугана. И она человек. Она не знакома со всеми нашими половыми инстинктами. Ты понимаешь?

Обсидиан не понимал, но был намерен научиться. Его взгляд скользнул к Аллисон. Она все еще была бледна, распространяла аромат страха, и смотрела на него настороженными глазами. Решение пометить ее было неудачным. Его импульсивное поведение взяло верх над стремлением защитить самку. Обсидиан посмотрел на Джерико.

— Оставь нас. Пожалуйста. Я ничего ей не сделаю.

— Хорошо. Я буду в коридоре, если тебе что-нибудь понадобится.

* * * * *

Алли запротестовала, когда Джерико развернулся, чтобы уйти.

— Не уходи!

Офицер выругался и повернулся к ней лицом. Он выглядел раздраженным, когда они посмотрели друг на друга.

— Дайте ему шанс. Он недавно освободился, поэтому только путем проб и ошибок может научиться, как справляться со всем этим. Вы человек, а это существенное отличие от того, что он знал о женщинах.

— Я хочу уйти.

«Так будет лучше всего».

Аллисон не осмелилась посмотреть на Обсидиана, когда он зарычал; его протест был замечен, но проигнорирован.

— Я хочу обратно в свой дом.

Большая рука крепко сжала ее ладонь, с помощью которой она ранее удерживала Обсидиана, мешая напасть на Джерико. Пальцы Алли оказались в ловушке. Женщине пришлось посмотреть на Вида. От гнева его рот сжался в мрачную линию, а темно-карие глаза стали почти черными от волнения.

— Ты останешься со мной.

— Я не твоя пара. — Слова было трудно выговорить, но это не сделало их менее правдивыми. Алли оказала ему медвежью услугу, оставшись рядом. Обсидиану нужно время, чтобы выздороветь, смириться с переменами в своей жизни и погоревать о погибшей паре. Секс являлся скорее отвлекающим фактором, что, в конечном счете, причинит мужчине боль. И когда Обсидиан поймет, что это все, что она для него значила, Алли будет опустошена. Лучше уйти, пока она не слишком привязалась и не влюбилась в него еще сильнее.

— Ты останешься со мной, — повторил Обсидиан, понизив голос до глубокой интонации, от которой по ее позвоночнику пробежала дрожь.

Алли больше не боялась. Страх прошел, когда появился Джерико, чтобы спасти ее. Желание Обсидиана укусить женщину, чтобы другие самцы Видов не подкатывали к ней, теперь казалось милым, хоть и извращенным способом. Это был большой шаг вперед от уверенности в том, что он хотел разорвать ей горло своими острыми клыками. Алли думала, Обсидиан желал наказать ее за то, что она противостояла ему, когда он вел себя как властный придурок.

Она практически не дышала, пока тщательно подбирала слова. Алли выдохнула и вдохнула.

— Не мог бы ты оставить нас наедине, Джерико?

— Да. — Он ретировался с заметным облегчением.

Когда офицер выдернул дверь оттуда, где та впечаталась в стену, и плотно закрыл ее за собой, то на пол спальни посыпались куски штукатурки. Алли повернулась лицом к Обсидиану, еще раз отметив, какой он высокий и большой.

«И сексуальный».

Ей было больно смотреть в глаза Виду и знать, что она должна с ним расстаться. Иногда Обсидиан мог быть властным и доминантным, но Алли не собиралась обманывать себя, притворяясь, будто ее не тянет к нему, как мотылька к пламени. К сожалению, один из них должен был сгореть, возможно, оба.

— Я хочу одеться, а потом мы поговорим.

Обсидиан не отпустил ее руку.

— Я хочу тебя.

«Все, о чем он думает, это секс».

Боль в груди усилилась.

— Прекрасно. Значит, поговорим сейчас. В последнее время в твоей жизни многое изменилось.

— Я не хочу разговаривать.

Алли проигнорировала его, как будто он ничего не говорил.

— Твоя пара была убита на твоих глазах, и ты…

— Я не хочу разговаривать, — повторил он тверже.

— Должно быть, ты сильно страдаешь от ее потери.

— Алли, остановись.

— Я знакома тебе, потому что ты привык к моему аромату. Меня предупреждали, что не стоит пытаться. — Она замолчала, ожидая, что он ее перебьет, но Обсидиан просто смотрел на нее сужеными глазами. Он молчал, поэтому она продолжила: — Я не жалею о том, что сделала, но ты точно пожалеешь, когда наконец осмыслишь все произошедшее. Теперь ты свободен, и мир вокруг другой. Ты сильный, Обсидиан. Тебе не нужна я в качестве опоры, чтобы преодолеть это. Когда ты справишься со своим гневом, то тебя захлестнет горе, но затем начнется исцеление. В конце концов, все будет хорошо. Я верю в это всем сердцем. — Алли сделала глубокий вдох. — Я только мешаю этому процессу, находясь здесь, тем более мне нужно вернуться в свой дом. Нам обоим есть с чем разобраться самостоятельно.