— Убирайтесь с дороги! — крикнула Сэм одному из них. — Это может быть кто угодно. За все время службы я завела множество «друзей». — Она посмотрела в зеркало. — И где, черт возьми, мое подкрепление? — дотянувшись до рации, она еще раз вызвала патруль.

Пролетая на красный свет на Четырнадцатой улице, Ник был готов выпрыгнуть из машины. Сэм же оставалась хладнокровной, сосредоточенной, от чего он чувствовал себя некомфортно, ведь он был напуган до чертиков. — Холланд, ты бесстрашная цыпа.

— Просто делаю свою работу, Сенатор. — Она схватила его за воротник пальто. — Пригнись, Ник!

Стрелок развернул машину, преграждая им дорогу, и направил оружие прямо на них. Она пригнулись, отпустила педаль газа, в надежде притормозить. Выстрел попал в левую переднюю шину, от чего машину закрутило, хотя Сэм пыталась удержать руль, но неожиданно машина подскочила и несколько раз перевернулась, приземлившись на крышу.

Раз передняя часть машины ничего не задела, то и подушки безопасности не сработали, и во время переворота Ник сильно ударился лбом и плечом. Перед глазами мелькали звездочки, он сидел вверх ногами, удерживаемый в кресле ремнем безопасности. Когда его зрение вернулось в норму, он осмотрелся, в поисках Сэм. Она лежала без сознания, а из открытой раны на голове бежала кровь.

— Сэм! — он отстегнул свой ремень и упал на крышу машины. Его сердце замерло, едва он уловил запах бензина. — Сэм! Мы должны выбираться отсюда!

С пассажирской стороны засветились огни фонарика. Ник увидел значок на груди офицера, пришедшего им на помощь.

— Ребята, вы в порядке?

— Я — да, но лейтенант Холланд ранена, и я чувствую запах бензина.

— Да, я тоже чувствую. Постарайтесь успокоиться. Бригада спасателей уже на подходе.

Судя по ране на ее голове Ник решил — высвободить ее из кресла куда важнее, чем оставить неподвижной. Он подполз ближе, так чтобы он мог поймать ее, если она упадет. Он двигался быстро, не смотря на пульсирующую боль в плече, и то, как сильно его трясло то ли от шока, то ли от холода на улице.

Сэм тряпичной куклой упала ему в руки, стоило Нику отстегнуть ее ремень. Он закричал от боли, подумав, не сломал ли он ребро.

В разбитом окне снова показалась фигура патрульного.

— Мы сможем самостоятельно ее вытащить? — просил его Ник.

— Нет, здесь недостаточно места.

— Для меня возможно, — ответил Ник, закашливаясь от сильного запаха. — Но она должна пройти. — Он снова поморщился от боли в груди и плече, подталкивая Сэм к окну, одновременно вытирая кровь с ее лба. — Милая, — повторял он, целуя ее холодные губы. — Очнись.

— Она дышит?

Ник наклонил лицо к Сэм, выдохнул с облегчением, услышав ее хриплое дыхание.

— Да, — вдалеке послышался вой сирен. — Мы должны вытащить ее отсюда.

— У нас не получится. Потерпите, сенатор. Помощь уже близко.

Голова Ника болела, он уткнулся лбом в грудную клетку Сэм, слушая ее слабое, но устойчивое сердцебиение.

— Как тебя зовут?

— Монтгомери. Офицер Монтгомери.

— Уже поймали стрелявших в нас парней?

— Я пока не слышал, но могу проверить.

— Спасибо, — у Ника заболело в груди от глубокого вдоха. Глаза слипались от боли и усталости, но он должен был оставаться в сознании. — Саманта, очнись, милая. Прошу тебя, очнись. — Он опять вытер кровь с ее лба. — Монтгомери, у вас есть что—нибудь, чем можно зажать ее рану?

Офицер протянул ему чистый носовой платок.

— Спасибо, — Ник прижал его ко лбу Сэм, продолжая разговаривать с ней. Запах бензина становился сильнее, Ник боялся, что машина может в любую секунду взорваться. — Тебе лучше отойти подальше, так, на всякий случай.

— Я никуда не уйду, — ответил Монтгомери.

— Лейтенант!

— Кто это? — спросил Ник.

— Детектив Гонзалес. Сенатор, вы в порядке?

— Я — да, но Сэм — нет.

— Спасатели уже здесь, — сказал Гонзо. — Они быстро вас отсюда вытащат.

— В нас кто—то стрелял, — пояснил Ник.

— Мы их уже нашли. Их машина сорвалась с моста.

— Хорошо, — облегченно ответил он, — очень хорошо. Но зачем они в нас стреляли?

— Мы считаем, это было некое посвящение в банду. Дополнительные очки за ранение знаменитого копа, и бонусы за убийство сенатора. Они до сих пор рассчитывают на почет в тюрьме.

— Превосходно, — пробубнил Ник.

Спасатели вместе с пожарной бригадой разлили пену вокруг машины во избежание возгорания. Ник закрыл глаза и прикрыл лицо Сэм носовым платком. Парамедики набросили на плечи Ника теплое одеяло, и он прижался к Сэм, стараясь согреть ее теплом своего тела.

— Милая, — говорил он между поцелуями, — прошу тебя, очнись. Ты нужна мне. — Перед его глазами засверкали вспышки фотокамер, Ник укрыл себя и Сэм с головой.

Двадцать минут спустя спасатели вырезали дверь с его стороны, и Ник почувствовал прикосновение к своему плечу. — Сначала вытащите ее.

— Сенатор, вы должны выйти первым, только так мы сможем вытащить ее.

Ник поцеловал холодные губы Сэм. — Парамедики хотят меня вытащить, но я буду ждать тебя снаружи.

Он еще никогда не чувствовал себя на столько беспомощным, когда оставил Сэм одну без сознания в машине. Оказавшись на свободе, его тут же окружили врачи, положили на носилки, осматривая его раны. Он не мог видеть, что происходит с Сэм. — Я в порядке, — ответил он и попытался сесть. Его голова кружилась, грудь болела, словно в нее вонзили нож, а руку он совсем не чувствовал.

— Сенатор, — один из парамедиков прижал его к каталке. — Вам нельзя двигаться.

— Я должен ее увидеть!

— Не переживайте, мы о ней позаботимся.

Не переживайте, как же.

— Гонзо!

— Я здесь, сенатор.

— Что с Сэм?

— Она сейчас с парамедиками.

— Они уже достали ее из машины?

— Нет, похоже, они решили стабилизировать ее, перед тем как вытаскивать.

— Боже, — шептал Ник. — Не дай ей умереть. Пожалуйста, не дай ей умереть. Я не смогу жить без нее.

Гонзо положил руку на поврежденное плечо Ника.

— Держись, приятель. Она сильная и обязательно выкарабкается.

Ник хотел ему поверить, но по дрожащему голосу Гонзо понял, он не единственный, кто боялся за нее.

***

В больницу их отправили в разных машинах. По пути в больницу у Ника случился коллапс легкого. Он еще никогда в жизни не испытывал такой боли. Пока он жадно хватал ртом воздух, парамедики втыкали ему в грудь трубку, тем самым расправляя легкое. Вновь задышав нормально, он просил о состоянии Сэм.

— Она стабильна, сенатор.

— Она пришла в сознание?

— Пока нет.

У Ника пересохло во рту, голова затуманилась.

— Что вы мне дали? — его язык неожиданно распух.

— Седативное.

— Я не хочу лекарств, я должен оставаться в сознании.

— Но вам будет очень больно.

— Никаких лекарств, — он попытался пошевелить левой рукой, но заскрипел зубами от боли. — Вы можете позвонить и спросить, как она. Прошу вас.

Старший из двух парамедиков кивнул напарнику, сидевшему возле рации.

— Пока никаких новостей, — через минуту ответил парень.

Их привезли в отделение скорой помощи городской больницы, оно уже было заполнено вездесущими журналистами. Ник слышал, как парамедики по рации попросили полицию разогнать толпу. Даже из машины он слышал Гонзо, кричавшего журналистам убираться с дороги. Он улыбнулся впервые за несколько часов.