– Не прячься за дверью, малышка, – сказал Хавьер. – Выходи.

Её пальцы дрожали, когда она выключила свет в ванной, затем вышла в спальню. Они застонали. Они оба переоделись в кожаные штаны и теперь были заметно возбуждены.

Ксандер обхватил ладонями её груди, проводя большими пальцами по соскам.

– Ты выглядишь шикарно.

– Так и есть, – согласился Хавьер, скользнув рукой под оборки и по её бедру.

– Хмм, – Ксандер наклонился, чтобы поцеловать её соски. – Ты заставляешь моё извращённое сердце танцевать джигу.

Лондон хихикнула.

Хавьер протянул ей гладкий чёрный плащ, и она накинула его. Ладно, так они не останутся в номере, а куда-то пойдут. Где такое платье будет приемлемым? Где это будет?

Когда оба натянули узкие чёрные футболки, братья вывели её за дверь. Ксандер поспешил вперёд, чтобы подать машину, и они устремились к неизвестному по мягко освещённым улицам. Любопытство грызло её, но она не задавала ни единого вопроса из тех, что атаковали её мозг. Она скоро это выяснит. А пока она доверилась им, что они отвезут её туда, где её не арестуют и не примут ошибочно за проститутку.

Она молча сидела рядом с Хавьером, который внезапно потянулся, чтобы завязать ей глаза. Как только маленькая маска оказалась на месте, он взял её за руку. Нервы в её животе зазвенели, но его прикосновение успокоило её.

Через несколько минут машина остановилась, и они помогли ей выйти. Внутри Ксандер поприветствовал кого-то по имени Сладкая Пия, у которой был голос Бетти Буп. Он поддразнил её, потому что она, по-видимому, покрасила волосы в фиолетовый. Затем они прошли через что-то похожее на очередные двери, в зону отдыха у бара. Смешивались низкие голоса. Звенели бокалы.

После того, как они прошли по комнате, Ксандер нежно потянул её за руку, чтобы остановить.

– Я собираюсь провести тебя по лестнице. Следуй инструкциям и доверься мне. Я не позволю тебе упасть.

– Я знаю.

Она слегка улыбнулась ему. Выражение, вероятно, выглядело таким же нервным, какой была она, но он не упомянул об этом. Благодаря Бога, что никто не видел, что на ней под плащом, она потянулась к его руке.

Хавьер взял её за другую руку и помогал. Вместе они медленно провели её вниз. Звуки шлепков и стоны смешивались с запахом кожи. Что-то мускусное пронизывало воздух. Пот? Возбуждение? Секс? Откуда бы ни появился этот пьянящий запах, он заполнил её ноздри и заставил соски напрячься. Должно быть, это какой-то секс-клуб.

Как только она подумала об этом, они дошли до низа лестницы и Ксандер снял повязку. Она моргнула несколько раз, привыкая к свету.

– Здесь так ярко, – она прищурилась. – Я ожидала чего-то более интимного.

Ксандер покачал головой.

– Тут нужно хорошее освещение. Если Дом собирается отшлёпать сабу, связать её, капать на неё воском или выполнить любые другие рискованные действия, которые придут ему на ум, он должен видеть её, чтобы убедиться, что она получает достаточно воздуха и что с кровотоком всё в норме.

Хорошо подмечено. И, оглядываясь по сторонам, она не сразу заметила извращённый эквивалент ужина при свечах. Сабы были привязаны к скамьям, столам, каким-то огромным крестам в углу, многих шлёпали, пороли или хлестали. Один Дом осторожно прикреплял прищепки к груди сабы. Другой украшал спину сабы, пронизывая ленту в маленькие металлические колечки, которые он приколол к её коже. Жуть!

Лондон резко отвела взгляд, и Ксандер засмеялся.

– Ничего смешного. Я ненавижу иглы или всё, что прокалывает плоть.

Он мгновенно посерьёзнел.

– У тебя слишком большой опыт с повреждениями. Мы не будет делать ничего подобного, belleza. Извини.

Хавьер обхватил её затылок и успокаивающе погладил.

– Ему жаль. К сожалению, это происходит постоянно.

Ксандер пихнул брата, но заблокировал вид на большинство сцен, пока они шли по коридору, её каблуки стучали по покрашенному бетонному полу.

– Я услышал отвратительные слухи, что вы здесь.

Из дверного проёма перед ними вышел ухмыляющийся мужчина, протягивающий руку. Высокий и стройный, с пронзительными серыми глазами. Хотя он был одет в элегантный костюм, который мог сделать его похожим на учёного, у мужчины была аура магнетической власти.

– Торп, мужик! Как ты? – Ксандер пожал его руку.

Они двое поздоровались и ударились плечами, когда он ответил:

– У меня всё в порядке. Много дел. Ты всё ещё ищешь неприятности?

– Каждую минуту.

Ксандер повернулся к ней и брату.

– Торп, ты помнишь Хавьера.

Торп нахмурился.

– Да. Ты трезв?

Лондон втянула воздух. Вау, это было прямо.

Хавьер прищурился, выглядя так, как будто пытался сохранить выражение лица вежливым. – Да.

– Рад это слышать.

Когда Торп перевёл свои серые глаза на неё и внимательно изучил её, она подавила дрожь.

– Кто эта милая сабочка?

Она не могла заставить себя встретиться с ним глазами, так что опустила взгляд к полу. Должна она отвечать? По её щекам расползался румянец, когда она посмотрела в сторону Ксандера.

– Это Лондон. Она кузина одной из членов расширяющейся семьи Логана, – он приобнял её. – Всё нормально, belleza. Ты можешь говорить с ним.

Собрав силу духа обеими руками, она заставила себя поднять взгляд. Она сосредоточилась на каштановых волосах Торпа, слегка седых на висках. Его прямой взгляд был слишком настойчивым.

– Привет.

Он мягко улыбнулся. Коэффициент его внушительности не особенно упал, но по крайней мере она чувствовала себя комфортно, что он не выпустит на неё свою тёмную сторону, какой бы она ни была.

Торп сжал её руку между двумя своими.

– Ты первый раз в клубе вроде "Доминиона"?

– Да.

– Я узнаю этот распахнутый взгляд.

Его улыбка стала шире, и под плотной щетиной она увидела намёк на ямочки.

– Повеселись и заставь их заработать каждую унцию твоего подчинения. Ксандер заслуживает получить вызов.

– Не слушай его, – прошептала женщина, которая прохаживалась мимо в кружевном синем корсете, выставляющем её пышные груди и тонкую талию.

Чёрные волосы женщины были рассыпаны по плечам. Вокруг её шеи была маленькая чёрная лента, и на лице была дерзкая улыбка. Она была красоткой с обложки журнала.

– От этого твоя задница станет красной. И ты не будешь этим наслаждаться.

Дерзкая девчонка подмигнула.

Торп поднял бровь на неё, гнев прокатился по его лицу.

– Калли... Ты ведёшь себя неуважительно. Извинись сейчас же.

– Извини, Ксандер, – легко сказала она безо всякой искренности. – Ты меня знаешь.

– Нахалка до мозга костей. Миллион шлепков не излечит тебя.

– Неа. Но ты можешь попробовать, – она засмеялась.

Лондон не должно было понравиться, как кто–то предлагает себя её мужчине. Но ей сразу же понравился юмор женщины, и она восхищалась её дерзостью.

– Калли!

Выражение лица Торпа было упрекающим.

Она закатила поразительно голубые глаза, накрашенные тёмными тенями.

– Я ухожу. Ухожу.

Женщина взглянула на Лондон.

– Серьёзно, только посмотри на него. Я уверена, они с дьяволом родственники. Та-да!

Калли показала Торпу язык, затем убежала. Мужчина смотрел за её уходом, сжав кулаки. В то мгновение, когда она повернулась спиной, на его лице появилось непреклонное, голодное желание, поразившее Лондон. Если он хотел Калли, зачем скрывать это от неё?

Смеясь, Ксандер повернулся к Торпу.

– Проклятье, она подняла нахальность на совершенно новый уровень.

– Особенно с тех пор, как Дом, который недавно переехал в Даллас, надел на её шею тренировочный ошейник. Он слишком мягок с ней.

Торп сжал руки за спиной, выглядя совсем не расслабленным.

Стирая улыбку с лица, Ксандер в шоке уставился на Торпа.

– Ты снял свою защиту и позволил другому Дому занять твоё место?

Судя по тону Ксандера, это было чертовски серьёзным делом. И Лондон поняла это. Торп явно безумно хотел эту красивую брюнетку.

Торп резко вдохнул.

– Да.

Ксандер покачал головой, как будто не мог до конца в это поверить. Затем он повернулся к брату.

– Почему бы тебе не провести Лондон дальше по коридору? Третья дверь справа, – он протянул Хавьеру карту-ключ. – Я скоро буду.

Хавьер кивнул, затем скользнул рукой вокруг её талии.

– Пойдём, малышка.

Лондон не хотела уходить. Любопытство, почему Торп отказался от женщины, которую хотел, задерживало её. Тем не менее, она последовала с Хавьером по коридору в отдельную комнату.

Он открыл дверь и впустил её, щелкая выключателем на стене позади неё и освещая широкий спектр БДСМ-оборудования внутри. Хлысты, зажимы и верёвки были расположены по всей комнате. Там был даже старомодный частокол. Внезапно сексуальная жизнь других людей отступила на второй план, и девушка начала беспокоиться о своей собственной. Она была женщиной с небольшим опытом, в секс-клубе, и не с одним Домом, а с двумя. Лондон сглотнула. Она в своём уме?