Следующий день был пыткой.
И последующий.
В глубине души я знала, что у нас с Брэдом была связь. Но от него не было никаких вестей, и я начинала волноваться. Все это время я сидела в квартире, смотря в стену, читая книги и слушая музыку. Мы с Бо просто сидели и ждали.
И из-за бездействия в моей голове рождались параноидальные сценарии. Брэд уже мог быть мертв. Возможно, Режим проследил за ним и как-то записал, что он братался с врагом, потому застрелил на месте. От этой мысли меня затошнило, захотелось свернуться калачиком и заплакать.
Брэда могли отправить подальше на какое-нибудь задание, где он не мог со мной связаться. По крайней мере, я знала, что для него это был не просто секс. Что он не использовал меня, чтобы вернуть оружие и хорошенько потрахаться. Оставленная им ободряющая записка меня успокаивала. Тем не менее, я потратила добрых два дня, продумывая и перебирая все возможные сценарии, пока не решила, что все они бессмысленны.
Я снова посмотрела на записку в руке, уже порядком измявшуюся и потрепанную.
«Сильвия,
Я люблю тебя.
Я не хорош в выражении чувств, но, вероятно, ты сможешь помочь мне с этим.
Только твой,
Брэд».
Наконец, я вышла из здания, предварительно проверив почтовый ящик. Сейчас мне не хотелось ни есть, ни выполнять задания. Я лишь хотела погулять со своей собакой, пока снова и снова прокручивала в голове часы, проведенные с Брэдом.
Просканировав фальшивый пропуск, прошла в правительственный район, где наверняка повсюду находились камеры, фиксирующие каждое движение.
На одном из самых оживленных перекрестков я подняла взгляд и заметила Брэда в открытом кафе. Напротив него сидела женщина. Высокая, с бледной кожей и длинными прямыми волосами. Она была чистой, стильной, а ее одежда явно была создана каким-то дизайнером, имя которого, я была уверена, мне не произнести. Живот скрутило, и я почувствовала тошноту.
Женщина что-то сказала, и Брэд рассмеялся. Внезапно он уронил что-то со стола. И лишь когда потянулся поднимать, я заметила, что он возился с ее сумочкой. Незнакомка ничего не замечала, поскольку была слишком занята, смеясь, как идиотка.
Обдумывая все лишь полсекунды, я ринулась вперед.