Поиск
* * *
Эх, опоздать бы, опоздать бы
на последний поезд,
прибежал, а он уже ту-ту,
какое счастье – опоздать на последний поезд,
завалиться в привокзальный буфет,
выпивать всю ночь. На рассвете
объяснять большегрудой буфетчице,
какая радость – опоздать на последний поезд,
спьяну надеясь, что поездов больше не будет никогда.
* * *
Хожу по Москве
с ногами моей жены под мышкой.
Она ночью, видите ли, собралась
уйти от меня навсегда,
а я – хоп! – и вывинтил ноги из задницы.
Сейчас пойду на Красную площадь,
привинчу ноги моей женушки мавзолею,
пусть уносят Владимира Ильича,
если уж так им приспичило кого-нибудь уносить.
* * *
Под столом таинственное место:
торчат ноги в ботинках, туфельках,
колени, края юбок,
закатившаяся игрушка.
Под столом рискованное место,
там таится скрытная возможность
дотронуться одной ногой другой ноги -
сидящего напротив или сбоку.
А это, чтоб вы знали,
может быть сигнал чего угодно -
от тайного свидания любовников
до начала мировой войны.
Под столом коварнейшее место -
мужьям и генералам
туда лучше не заглядывать.
* * *
В моем теле жизнь не моя,
моими глазами вижу не я,
моими руками водит другой,
кто-то мыслит моей головой.
Двойник родился внутри, а не вне,
и потому опасен вдвойне:
не будучи мной, вылитый я,
его не убьешь, не убив себя.
* * *
Когда тебе откроется правда,
будь спокоен, не выходи из себя,
есть еще большая правда, чем эта,
о которой ты пока ничего не знаешь,
а самая большая, последняя правда -
держись от нее подальше.
* * *
Все, что рвется от тебя, вырывается,
тянется к другому, к другим, – отпусти,
все, чему с тобой неудобно,
неловко, некстати, – отпусти,
все, чем Бог тебя одарил сверх меры, – отпусти,
ничего не удерживай, ничему не мешай уйти, сбежать,
не бойся, что останешься ни с чем,
то, чем действительно стоит дорожить,
уйдет только вместе с тобой.
* * *
Во сне я глотал людей как пилюли,
кто-то подсказывал: вот этого проглоти,
еще вот этого, и вот этого обязательно.
* * *
Всегда глаза твои говорят о другом,
не о том,
о чем идет речь,
нездешнее тебя беспокоит.
Ты смотришь оттуда, где тебя нет,
сюда, где лучше бы тебя не было.
Боже, какая это мука,
когда глаза все время говорят о другом,
не о том,
о чем идет речь.
* * *
В этом огромном мире,
где миллионы мужчин и женщин
ни разу в своей жизни
о вас не подумают,
любите всех, кого знаете,
любите всех, кто вас знает, -
эту маленькую горсточку людей.
В этом огромном мире,
где у миллионов мужчин и женщин
ни одна клеточка не дрогнет,
когда вы уйдете из жизни,
любите всех, кого знаете,
любите всех, кто вас знает, -
эту маленькую горсточку людей.
* * *
Давно не гулял на свадьбах,
всё похороны, юбилеи,
надоели старые рожи,
похожие на мою.
Позовите меня на свадьбу
веселую, шальную,
с подружками невесты
всю ночь хочу танцевать.
VI
* * *
Ой, боюсь признаться,
боюсь презрения вашего,
но и скрывать не могу:
я заржавел.
С некоторых пор, смотрите,
/поднимает рубашку/
я покрываюсь ржавчиной.
* * *
Когда будущее заканчивается,
прошлое обессмысливается -
торчишь, как пень, забытый собой.
* * *
Вешаться поздно – уже я подвешен
на веревке прожитых лет,
просто Господь еще не дунул
на табурет под моими ногами.
* * *
Даже во сне
никогда не видел свои лопатки,
вспоминаю папины – выпуклые, волосатые,
друга моего – округлые,
как два столика в летнем кафе.
О, лопаточки одной девочки!
Имя ее забыл,
а эти крылышки помню, боже мой!
Положите меня в гроб вниз лицом,
без рубашки,
чтобы все видели мои лопатки.
* * *
После ночи удушающего жара,
отвратительной тесноты в груди,
просыпаюсь намазанный остывающим потом
в недрах тела, там,
откуда произрастают корни моей природы,
едва занимается, восходит, как солнышко,
блаженное выздоровление.
Ощущение легкости, невесомости:
дунул бы кто-то снизу,
и я бы взлетел,
улетел бы к тебе, Господи,
с букетом рецептов в зубах.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: