При этих словах мне стало тошно. Если бы я не сопротивлялся своей симпатии к Артолу, постепенно перерастающей в любовь, этот фокус с переносом меня чёрт те куда у Тальяны бы просто не получился. Но тут мой мозг зацепился за некое несоответствие…

- Слушай, Мехец, ты говоришь, несколько суток? Но ведь я отсутствовал всего трое суток или чуть больше…

- Ты отсутствовал больше двух недель, Сайм, – заявил Мехец. – Вероятно, это как-то связано с теми заклятьями переноса, которые использовала Тальяна.

- Вот как… – прошептал я, а Мехец продолжал рассказывать.

После нескольких суток непрерывно проводимых юпландскими ахунами магических обрядов Артол почувствовал себя достаточно сильным. Он чувствовал, что я жив, но, где я нахожусь, понять пока не мог. И тут ему пришёл Зов, посланный Восьмой Звездой. Артол обрадовался и помчался за мной в Хухландию по Изначальному Пути. А Тэмми и Ан с Ильгом навязались с ним.

- И что? – тихо спросил я. Предчувствие у меня было самое нехорошее. Я прекрасно помнил, какой разъярённой была Тальяна, перед тем, как запулить меня в рудники Хориба.

- Плохо всё вышло… – выдавил Мехец. – Неладно. Мы опоздали, и Тальяна уже успела снова перенести тебя неизвестно куда. Она сменила облик, более ужасной карикатуры на женщину я просто не видел… Тальяна и Артол вступили в поединок…

- И? – спросил я, чувствуя, как в груди начинает нарастать ледяной ком.

- Артол сумел крепко потрепать Тальяну. Но и сам серьёзно пострадал. Если бы не Зикр, бывший с нами, он бы погиб. А сейчас…

- Что с Артолом? – настаивал я.

- Зикр сумел договориться с Госпожой Теней, и Изначальный Путь перенёс нас всех сюда. Это остров Небудущего Небывшего. Здесь живут Нежившие Неумирающие. Этот остров не подчинён никому из Богов, ими правит Дух с Тысячью Лиц…

- Это он, что ли? – не слишком вежливо спросил я, ткнув пальцем в поднимающегося с пола парня, которого успешно реанимировали Нанэри и Литти.

- Он, – вздохнул Мехец. – Ты не думай, он вовсе не так плох, как показался тебе. Просто за Артола переживает…

- Что с Артолом? – лёд в моём голосе только что не хрустел.

- Артол здесь, – отозвался парень, то есть Дух, – и я не могу разбудить его, хотя все его раны затянулись. А ты, – он метнул на меня злой взгляд, – вижу, даром времени не терял. Я же чувствую, что недавно ты аж под двоих лёг. Шлюха ты всё же, хоть и Предназначенный.

Ого, какие страсти… Похоже, этот самый Дух сам неровно дышит то ли к Артолу, то ли к Лотару в целом. Однако хватит этого балагана. Мне нужно видеть Артола. Срочно. И я заявил:

- Если ты такой чувствительный, то сможешь понять, по доброй ли воле это было.

Ильг сдавленно охнул, Ан быстренько подбежал ко мне – обниматься, а проклятый Дух продолжил:

- Ты врёшь! Твой амулет не дал бы никому овладеть тобой насильно!!!

Тут вновь высказался Восьмая Звезда. Сначала он объяснил Духу его роль и место в мире, испустив длинную тираду, единственными, поддающимися цензуре словами в которой были предлоги «в» и «на», а потом кратко, явно по возможности щадя меня, изложил историю моих злоключений в Хорибских рудниках, напоследок упомянув о наказании, которому я подверг своих насильников.

По мере рассказа Звезды лицо Духа становилось всё более задумчивым, а под конец он поклонился мне и сказал:

- Прости, Предназначенный. Я слишком хорошо отношусь к Лотару, но нам не суждено быть вместе. Поэтому я так был обижен твоей мнимой изменой. Но сейчас я вижу, что ты именно тот, кто нужен Лотару. Прости.

Ну что с ним делать? Простил я его, конечно, и тут же потребовал отвести меня к Артолу. Дух коротко кивнул и сказал мне:

- Следуй за мной.

Я сделал всего несколько шагов, но за эти несколько шагов мы волшебным образом миновали анфиладу роскошно разубранных покоев и оказались в небольшой комнатке со стенами, обитыми зелёным шёлком, затканным серебряными цветами и птицами. Посредине комнатки стояла большая кровать с балдахином, окна были зашторены, на маленьком столике у кровати курилась ароматическая свеча с приятным цветочным запахом. Рядом с кроватью в кресле сидел Зикр. На вопросительный кивок Духа он только головой покачал, правда, увидев меня, всё-таки улыбнулся.

- Ты сумел освободиться, – сказал Зикр. – Может быть, и сейчас у тебя всё получится?

Я медленно подошёл к кровати. Артол лежал бледный, абсолютно неподвижный, рыжие волосы разметались по белоснежной наволочке, глаза были закрыты, только слабо-слабо бьющаяся на виске жилка говорила о том, что он жив, хотя никаких внешних повреждений я не заметил. Я присел на кровать рядом с Артолом, взял его руку в свои и прошептал:

- Артол… Просыпайся, прошу тебя…

Никакого ответа. Зикр за моей спиной тихо сказал Духу:

- Пойдём, Рокуэ, оставим их одних…

- Но… – отозвался Дух.

- Идём, – тихо, но настойчиво сказал Паромщик, и через несколько секунд дверь за моей спиной стукнула. Я обернулся, убедился, что нас оставили в одиночестве, и сильнее сжал руку Артола:

- Просыпайся… – повторил я, – я пришёл к тебе… Мне без тебя плохо, Артол…

Мне показалось, или рука чуть-чуть дрогнула? Ободрённый этим успехом, я подвинулся ближе к спящему и стал гладить его по лицу, по волосам, а потом, повинуясь какому-то внезапному наитию, прижался губами к его губам. Губы совершенно точно дрогнули, казалось, ещё миг и Артол ответит на мой поцелуй, но он снова замер. Да что ж такое-то?

- «Сила… – прошептал Восьмая Звезда, на этот раз для разнообразия – мысленно, – она не задерживается в нём, утекает, словно вода из дырявого кувшина…»

- «Так сделай что-нибудь! – мысленно огрызнулся я. – И побыстрее!»

- «Думаешь, я не пытаюсь? – огрызнулся камушек. – тут нужно что-то… Что-то ещё!»

Я пригорюнился. Нечего сказать, утешил. А ещё я откуда-то чувствовал, что время Артола уже на исходе, и если у меня ничего не получится, то тогда всё пропало… И тут меня что-то сильно обожгло… такое чувство, словно уголёк отлетел от костра и обжёг меня в бедро. Я дёрнулся и охнул, а потом понял: бирюза! Бирюза, подаренная мне горой! Я завязал её в узелок на своей набедренной повязке и совсем забыл о ней…

Я торопливо развязал узелок и сжал камень в ладони. Кстати, как только я обратил на него внимание, бирюзовое яичко сразу перестало обжигать и стало приятно тёплым, а внутри него замерцали золотистые искорки. Мне вдруг сразу стало тепло и спокойно, и, повинуясь какому-то внутреннему порыву, я приложил бирюзу ко лбу Артола. Камень таинственно замерцал, завибрировал и… раскололся. Серебристо-голубое мерцание словно впиталось в лоб Артола, а в моих руках осталась только пустая полупрозрачная оболочка, тут же расколовшаяся на мелкие кусочки, которые бесследно растаяли, как сухой лёд из тележки мороженщика под жарким солнцем.

- «Да!!!» – радостно завопил Восьмая Звезда… и тут же замолчал так, словно его выключили. А меня обняли тёплые руки и к губам прижались другие, такие желанные губы.

- Ты пришёл ко мне, мой Предназначенный… – прошептал очнувшийся Артол и поцеловал меня. А потом моя набедренная повязка, и так державшаяся на честном слове, подевалась неизвестно куда, и я обнял Артола в ответ.

Целовались мы так, словно это были наши последние поцелуи на этом свете. Руки Артола ласкали меня, они словно убирали, смывали мерзкие грязные воспоминания, и мне было так хорошо, как никогда в жизни. А потом… Потом губы Артола скользнули по моему животу, язык подразнил впадинку пупка, а когда я застонал от почти нестерпимого желания, мой член оказался в плену ловких, умелых губ. Такого мне не делал никто и никогда – мои прежние любовники, ещё в другой жизни предпочитали получать такого рода удовольствие от меня, а сейчас… У меня было такое чувство, что я умираю. Так мне было хорошо… И никаких мыслей – только желание и удовольствие – одно на двоих…

====== Глава 43. Нет времени на медленные танцы! ======

Наутро я не сразу понял, где нахожусь и кто обнимает меня, прижав к себе, словно плюшевую игрушку. Но потом, когда меня начали обнимать и тискать и прозвучал знакомый голос: