Стоя в одиночестве на холме, Эссейл удивился тому, насколько ему было безразлично, нажали на курок или нет.

Внизу, по течению реки плыла посудина, движимая каким-то пропеллером. Задний фонарь был белым, а на корме судна виднелся красный фонарь. Оба лениво покачивались.

Это были не посыльные его поставщика. Те плыли на судне без огней.

Что напомнило ему… Вишес сделал заказ на амуницию. Ничего сверхъестественного, и относительно небольшая поставка.

Сначала Братство хотело посмотреть на его товар… и Эссейл уважал их решение. Но его поставщики недолго согласятся работать с небольшими партиями. Когда нарушаешь человеческие законы, то особое внимание уделяешь анализу рентабельности, а его поставщики и так остались недовольны внезапным прекращением поставок героина и кокаина.

Ну, почти всех поставок кокаина. Ему нужно принимать в расчет собственные потребности.

Поставка оружия была назначена на следующий вечер, и это огорчало его.

Сейчас у него образовалось чересчур много свободного времени. И, по правде говоря, пусть он и с азартом выполнял задание Рофа и с нетерпением ждал возможности заставить Тро оступиться от своих сексуальных пристрастий, Эссейл не мог сказать, что было в этом что-то восхитительное или цепляющее.

Затолкав руки в карманы кашемирового пальто, он подался назад и взглянул на небо, видя там не своеобразную версию рая, а всего лишь пустой и холодный простор.

Странное совпадение, но как только он опустил голову, в ладони уже лежал телефон.

И прежде чем он успел остановить себя, пошел дозвон. Один гудок. Второй. Третий…

— Алло? — раздался женский голос.

Все тело отозвалось мгновенно, как камертон, вены завибрировали под кожей, мозг загудел так, как этого не мог добиться кокаин.

— …алло?

Закрывая глаза, Эссейл прошептал что-то, радуясь, что Марисоль не могла слышать его или читать по губам… а потом убрал телефон от уха. Обрывая звонок, он гадал, почему подвергает себя этой пытке, набирая ее номер и бросая трубку.

С другой стороны, он же получил удовольствие, пытая других.

Как и доброта, зло всегда возвращается.

***

Он словно наблюдал, как сохнет краска.

Прикурив очередную самокрутку, Ви прислонился спиной к полкам, заставленным сосудами лессеров, наблюдая, как свет от факела мерцал на уродливой роже Кора. Он заступил на смену с приходом ночи, а Бутча отправил в центр. В настоящий момент это трата сил и ресурсов — ставить в няньки к ублюдку больше одного охранника.

Очнись, говнюк, — подумал он. Давай же, открой глазки.

Ага, новый, мать его, порядок. Подрагивания, которые регистрировались на одной половине его туши, в течение дня становились все незаметней, и сейчас у этого куска мяса только поднималась и опускалась грудь. Оборудование для мониторинга — у которого Ви отключил звук, потому что, во-первых, он прекрасно видел данные на экране, и, во-вторых, от непрерывного пиканья хотелось разрядить обойму в гребаную электронику — показывало, что для коматозника Кор вполне неплохо поживает. И, тем временем, капельница накачивала его вены жидкостями и питательными веществами, мочевой пузырь опустошался с помощью катетера, а термоодеяло поддерживало температуру его тела.

Ви охренеть как хотел, чтобы ублюдок очнулся.

Времени прошло уже достаточно…

Когда раздался сигнал СМС, он посмотрел на телефон, встал и быстро направился к воротам.

Джейн ждала по другую сторону железного заграждения со стальной сеткой, на ее плечах висели вещевые мешки, белый халат и синяя униформа казалась ему невероятно сексуальной, хоть и мешковатой, в руке она держала телефон, набирая сообщение. Сосредоточенная на экране, она подалась вперед, светлые волосы закрыли ее лицо, но Ви знал, что она была не накрашена… и неясно почему, он отметил ее короткие, неотполированные ногти.

Она всегда стригла их под корень, чтобы не рвать хирургические перчатки.

Или внутренние органы, в зависимости от ситуации.

Мгновение он просто любовался ею. Она была так погружена в работу, что даже не заметила его, и, блин, он любил это в ней. Ее разум, огромные мотор в ее голове был самой сексуальной ее частью, сила, которая постоянно бросала ему вызов, держала его в напряжении… заставляя его периодически сомневаться, что, может, он был не самым умным в этом доме.

А потом он вспомнил ее посреди поля боя, вокруг валялись конечности лессеров, их окружали пушки и огромный риск хаоса, который может разверзнуться перед твоим носом… а Джейн была целиком и полностью сосредоточена на его брате.

— Ви?

Она произнесла его имя так, словно уже пару раз пыталась привлечь его внимание.

— Прости. Привет. — Он открыл замок и ворота, отходя в сторону, чтобы Джейн могла пройти вместе со своими вещами. — Помочь с сумками?

— Нет, я справлюсь. — Она улыбнулась ему, а потом снова приняла серьезный вид. — Как здесь дела?

Забавно, но они не часто обнимались. Другие пары в особняке обычно приветствовали друг друга объятиями, но они с Джейн? У них всегда было слишком много срочных тем для обсуждения.

Плевать, он никогда не страдал сентиментальностью.

В конце концов, у него чесалась кожа от всех оттенков розового. И дело не в вероятной кожной инфекции.

— Мы с Кором вступили в полемику. — Пока они вдвоем шли по коридору бок о бок, их тени то обгоняли их, то отступали назад, когда они подходили и проходили мимо факелов. — Он — фанат «Янкиз», поэтому можешь представить, разговор вышел жестким. Но в чем-то мы пришли к согласию. Он тоже ненавидит мою мамашу.

Смех Джейн был глубоким и немного внезапным, кому-то мог показаться не приятным, но он этот звук любил.

— Даже так? — Джейн поправила один из мешков. — О чем еще говорили?

— У него отвратительный музыкальный вкус. Он даже не знает, кто такой Eazy-E[69].

— Так, а это уже печально.

— Знаю. Ох уж эта молодежь. Куда катится мир.

У койки Кора, точнее каталки, Джейн скинула сумки на пол, а потом просто стояла какое-то время, изучая пациента, задерживая взгляд на экранах.

— Срок действия батареи оказался дольше, чем мы думали, — пробормотал Ви, делая затяжку. — У нас еще пара часов до замены.

— Хорошо… я оставлю сменные сбоку.

Ви отошел, давая ей место для маневров, пока она проверяла катетер Кора, меняла мешок с физраствором и вводила лекарства через капельницу.

— Что скажешь? — спросил Ви. Не потому, что не имел собственного мнения, скорее потому, что любил общаться с ней на медицинские темы.

Когда Джейн начала оперировать кучей многосложных медицинских терминов на латыни, ему пришлось поправить член в штанах. Его чертовски заводило, когда она говорила четко и по существу. Наверное, дело в том, что он был связанным мужчиной… отсюда непреодолимое желание отметить ее как свою, чтобы весь мир знал, что сюда запрещено совать нос.

Джейн была единственной женщиной, которая привлекла его внимание и смогла удержать. Если обдумывать это с психологической точки зрения, то, наверное, дело в ее сосредоточенности и увлеченности работой, черт, она всегда стремилась быть лучше, и поэтому ему приходилось постоянно догонять ее, держаться на уровне.

Во многих смыслах он проявлял типичные черты хищника: погоня возбуждала сильнее, чем захват цели и поглощение.

А с Джейн он постоянно жил в режиме преследования.

— Прием? Ви?

Он нахмурился, когда их взгляды встретились.

— Прости. Отвлекся.

— В последнее время происходит много всего. — Она снова улыбнулась. — Так вот, я говорила, что мне нужно проконсультироваться с Мэнни и Хэйверсом. Мы подумываем о том, чтобы вскрыть его череп. Я хочу понаблюдать за ним часов двенадцать, но давление внутри черепной коробки возрастает несмотря стент[70], который я ввела этим утром.