— Ты сможешь оперировать здесь?

Она оглянулась по сторонам.

— Вряд ли. Куча грязи в воздухе. Слабое освещение. Но, что более важно, нам нужна аппаратура для визуализации, которую мы не сможем доставить сюда.

— Хорошо, скажешь, что хочешь, и мы организуем ему транспорт.

— Ты — лучший.

— Лучший. И я сделаю для тебя все, что хочешь.

Когда их глаза встретились, она спрятала руки в карманы и отклонилась назад, прислоняясь спиной к полкам.

Джейн ничего не сказала, и он нахмурился.

— Что такое?

— Ты скажешь мне, что у тебя на уме?

Он рассмеялся тихо и потом какое-то время просто смотрел на кончик самокрутки. В молчании он вел внутренний спор о том, стоит ли озвучивать свой вопрос, потому что ненавидел всякие сантименты.

— Знаешь, я бы начал отнекиваться, что меня ничего не парит, но…

— Это будет напрасной тратой времени.

— … это будет напрасной тратой времени.

Сказав одни и те же слова в унисон, они улыбнулись друг другу. Но потом он снова стал серьезным.

Затушив сигарету о подошву ботинка, Ви кинул окурок в пустую банку от «Колы», которую использовал в качестве пепельницы. Чтобы перевести дух, он посмотрел на сотни и тысячи сосудов, окружавших их. Потом перевел взгляд на Кора.

Он не хотел обсуждать это перед кем-то. Но ублюдок проявлял столько же осознанного мышления, как и кожаные диваны в Яме. А здесь и сейчас было лучше, чем позже и в другом месте, например, в суматошном особняке, где жили они с супругой.

— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы завести детей? — спросил он.

— А ты расскажешь о людях, с которыми живешь?

Когда Битти задала вопрос с заднего сиденья «ГТО», Мэри посмотрела на Рейджа. Они втроем ехали домой, в животах переваривалось мороженое разных вкусов, и напряжение от «не папы» почти рассеялось. Но, блин, это был сложный момент… ну, для всех кроме самой Битти. Казалось, она этого даже не заметила.

Чего нельзя сказать о двух взрослых рядом с ней. Их буквально носом ткнули в проблему отсутствия детей. Но, по крайней мере, остаток вечера прошел чудесно.

— Побольше о моих друзьях, да? — Рейдж посмотрел в зеркало заднего вида, улыбаясь. — Давай посмотрим. Кто следующий… О Короле я рассказывал, о живности и о Лэсситере. Которого по-хорошему надо бы отнести к животным. Так… ладно, ты когда-нибудь встречала близнецов?

— Никогда. Мне не разрешали выходить из дома.

Рейдж моргнул.

— Прости, Битти. Наверное, было очень сложно.

— Отец не хотел, чтобы мы с кем-то встречались.

Мэри едва успела скрыть свою реакцию.

Когда Рейдж нахмурился, она ощутила, как он взял ее руку в свою.

— Битти, позволь спросить кое-что.

— Хорошо.

— Как ты научилась читать? И говорить так хорошо?

— Моя мамэн была учительницей. До брака с моим отцом.

— А.

Мэри повернулась к ней.

— Ты бы тоже хотела стать учительницей?

Малышка удивленно приподняла брови.

— Да, наверное. Но я не знаю, где этому научиться. Моя мамэн ходила в школу в Южной Каролине.

Мэри скрыла удивление.

— Правда? Твоя мама никогда не говорила, что бывала там.

— Там жили ее родители. До того как умерли.

— Я слышал, что там есть поселение, — Рейдж встрял в разговор.

— Мой отец был сезонным рабочим. Он переезжал с места на место со сменой времени года, работал на людей до того, как встретил ее. Потом они переехали сюда, и он стал работать электриком для расы. Он начал много пить, и тогда все изменилось. Я родилась уже после такой перемены… а, может, я стала ее причиной.

Мэри молчала, надеясь, что Битти продолжит, а также потому, что ей было тяжело слышать подобные вещи из уст ребенка. А потом она нахмурилась, осознав, что они подъезжают к Убежищу.

Посмотрев на Рейджа, она хотела предложить ему проехать мимо… но он просто еле заметно кивнул, словно знал, о чем она думала.

Может, если они проедут дальше, Битти заговорит.

Потому что этой информации не было в ее карточке или карточке ее матери.

— Порой алкоголь приносит серьезный вред людям, — сказала Мэри.

— Это отец бил нас. А не пиво, которое он пил.

Мэри прокашлялась.

— Ты права.

Девочка замолкла, но потом заговорила прежде, чем Мэри успела открыть рот.

— Мисс Льюс, я могу спросить кое-что?

Мэри снова повернулась к ней и кивнула, встречая ее взгляд. — Что угодно.

— Ты сказала, что твоя мамэн умерла?

— Да.

— И где ты провела для нее церемонию ухода в Забвение?

— Эм, Битти… — Она заправила прядь волос за ухо. — Битти, на самом деле, я раньше была человеком.

Девочка отшатнулась.

— Я… я не знала.

— Это долгая история. Но потом я встретила его и влюбилась. — Она положила руку на плечо Рейджа. — И произошло много всего. С тех самых пор я живу в мире вампиров. Моя жизнь — здесь, с вами, и я больше никогда не вернусь в мир людей.

Битти сильно нахмурилась.

— Но что стало с твоей семьей? Ты привела их с собой?

— Я жила с мамой. А когда она умерла? Ничто не держало меня в этом мире. Но благодаря Рейджу… — Она посмотрела на него и улыбнулась. — Благодаря нему я нашла новую семью.

— У тебя есть дети?

Мэри покачала головой.

— Нет, я не могу родить ребенка.

Она снова отшатнулась.

— Никогда?

— Нет. Мне это не суждено. Но у меня есть работа в Убежище, и там столько детей, нуждающихся в моей помощи.

Как ты, например.

— Поэтому я вношу свой вклад будущее таким образом.

Битти нахмурилась; потом посмотрела на Рейджа.

— Что насчет тебя? У тебя есть дети? Ну… до того как вы встретились.

Рейдж снова сжал ладошку Мэри в крепкой хватке.

— Я могу иметь детей. Но если не с Мэри, то ни с кем вообще.

— Моя мамэн говорила, что ребенок — это самое большое благословение в жизни.

Мэри кивнула, чувствуя резкую боль в груди. — И она была права.

— Так, а что с близнецами? — напомнила Битти.

Рейдж сделал глубокий вдох, словно пришлось силком возвращать себя к нормальному разговору.

— Итак, близнецы. Так вот в нашем доме живет парочка. Они идентичные, но совсем не похожи друг на друга.

— Разве это возможно?

— Ну, один был в рабстве крови.

— А что это?

— Это обычай, который был запрещен Королем. Рабство крови означает, что один человек удерживает другого против его воли, используя в качестве источника крови. Зэйдист получил шрам во время побега, а Фьюри, его близнец — именно он спас Зи — потерял ногу. Но в конечном итоге все наладилось. Сейчас они оба счастливы в браке, а у Зи родилась самая охре… э-э, офигенная малышка на свете. Тебе понравится Налла. Она — сущий ангел.

— Я бы хотела когда-нибудь иметь ребенка.

Мэри снова повернулась к ней.

— И он у тебя будет.

— Но ты же не можешь? А если то же самое будет со мной?

— Ну, всякое может быть. Но я хочу верить, что когда ты думаешь в позитивном ключе, то происходят хорошие вещи. Поэтому представляй себе, что в будущем у тебя будет счастливая семья, ты выйдешь замуж за мужчину, который будет любить тебя, заботиться о тебе и позволит тебе заботиться о нем. А потом представь своего малыша, теплого и ерзающего на твоих ручках. Представь, что у нее твои глаза или, может, папины волосы. Визуализируй это, думай позитивно, и так все и будет.

— Кстати, — добавил Рейдж. — Если ты не сможешь выносить ребенка, то всегда можешь усыновить его. Или работать с детьми, как Мэри. Что-нибудь можно придумать.

— Всегда, — согласилась Мэри.

Они покатались еще немного, а потом Рейдж направился к Убежищу. Остановившись на обочине и поставив «ГТО» на парковку, он прокашлялся.

— Так, Битти?

— Да?

Рейдж развернул свои массивные плечи, чтобы посмотреть на девочку.

— Завтра ночью я работаю, но через день полностью свободен. Поужинаешь со мной и Мэри? Я бы поел в городе.