Я расплакалась, представляя себе эту картину. От одной только мысли, что я могу потерять его, мне не хотелось жить. Ужин был почти что готов, я убавила газ и вышла на улицу. Микаэль сидел на скамейке рядом с домом и разговаривал по телефону. Не было похоже, что это деловой разговор, он смеялся, потом как мне показалось флиртовал... что то в нем подсказывало мне, что он говорит с женщиной, возможно с той, которая хочет за него замуж и которая жаждет рожать ему детей. Возможно, это Бель... а возможно, я все это придумала...
-Мико, ужин готов... - сказала я, и увидев меня он как то странно дернулся, словно я застала его за чем то, что он пытался от меня скрыть. Я вернулась в дом, стала накрывать на стол, и вскоре он пришел, устроился за столом.
-Я говорил с одним знакомым., - как бы оправдываясь сказал он.
-Хорошо, я ине спрашиваю ничего, я тебе полностью доверяю, - ответила я, хотя на самом деле знала, что он мне врет.
Мы ели молча, если только не считать его комплиментов моим кулинарным способностям, после чего я решила вернуться к теме о детях.
-Я согласна, - коротко объявила я.
-Я не хочу принуждать тебя, -нахмурился он.
-Я не хочу, чтоб ты сомневался во мне, не хочу, чтоб этот ребенок был твоей страховкой. И я боюсь... боюсь того, что растолстею, боюсь, что буду занята ребенком и потеряю тебя, боюсь, что ты меня разлюбишь... Вот что меня останавливает на самом деле, - выложила я все, как на духу.
-Я никогда не разлюблю тебя, Анна, тебе глупо бояться этого... - заверил меня Микаэль, ласково накрывая мою руку своей горячей ладонью. - Я буду любить тебя всегда, буду любить тебя любой.
-А что, если во время беременности нельзя будет заниматься сексом? Ты к этому готов?
-Ну, меня вполне устроит твой рот, - пожал плечами он, - не волнуйся, я умею терпеть.
Верный Микаэль... да, интересно, как надолго его хватит...
-Я же поклялся тебе в верности, и я не нарушу своей клятвы, обещаю, - словно прочитав мои мысли, заверил меня он. - Я хочу от тебя ребенка, хочу снова стать отцом, хочу, чтоб ты стала матерью, хочу дочку...
-Хорошо, милый, пусть будет как ты хочешь, - согласилась я, - пусть все всегда будет как ты хочешь...
-Хочу, чтоб нашу дочь звали Шарлотта.
-Шарлотта Фаррелл, - сказала я, словно пробуя имя на вкус. - Красиво, мне нравиться. А если родится сын?
-У меня уже есть сын, а ты родишь мне дочку, - безапелляционно заявил он, - она будет похожей на тебя, она будет моей маленькой принцессой..
-Нужно будет хорошо потрудиться, чтоб все вышло так как ты хочешь, - игриво улыбнулась я.
-Я буду очень стараться, - он бросил на меня жадный взгляд и я поняла, что мы приступим к делу прямо сейчас.
После секса Микаэль пошел в душ, а я спустилась на кухню, прибрать со стола и помыть посуду. Наконец то все мои тревоги отступили, я была уставшей но безумно счастливой, и напевая, принялась за уборку. За окном было уже совсем темно и наконец то начался дождь, который с силой барабанил в окна. Вытирая стол, я случайно заметила телефон Микаэля, который он небрежно оставил на столешнице. Я замерла, отгоняя от себя искушение, но вскоре моя рука сама потянулась к нему и я открыла журнал звонков. Мое сердце выпрыгивало из груди, ноги стали ватными, ладони вспотели и перед глазами все плыло... мне было дурно, но я уже не могла остановиться. Я убеждала себя, что не увижу ничего такого, убеждала себя, чаще посмеюсь над своим недоверием к Микаэлю, но все напрасно, потому что последним, с кем он разговаривал, была Бель.
Я быстро положила телефон на место и вернулась к своим делам. Внутри меня все кипело, сердце неистово колотилось и болело, вернулось чувство, что наше счастье утекает, как вода сквозь пальцы...
Она его друг, я знаю, он привык бежать к ней всякий раз, как у нас не складывалось, и я обещала себе не ревновать его к ней, ведь не смотря на их близость, женился он на мне. Мне было жаль Бель, мне были понятны ее чувства, я знала, как ей больно от того, что не смотря на все усилия, она его таки потеряла, я понимала их двоих, и я понимала, что ревновать нет смысла, но я ревновала. Она очень красивая женщина... нужно быть совершенно глупым или совершенно слепым, что бы не бросить на нее вожделенный взгляд, чтобы пройти мимо и не обернуться ей вслед. Ее очарование действует даже на меня, черт возьми, даже я хочу ее, так где гарантия, что Микаэль устоит? Что если однажды я снова в чем то с ним не соглашусь и он пойдет к ней, к покорной, послушной, которая никогда ему не отказывает и никогда не перечит... он пойдет к ней, а она красивая, до умопомрачения красивая, и она обольстит его, она его украдет...
Я понятия не имела, как прибралась на кухне, мои мысли были далеко, а руки делали все сами. Я поднялась в спальню и так же не отдавая отчета своим действиям, приготовилась ко сну. Я очнулась, лишь когда Микаэль, присев рядом со мной на корточки, взял мое лицо в свои руки и встревоженно спросил:
-Анна, что случилось?
-Я люблю тебя, - сказала я и обвила его шею руками, прижалась щекой к его еще мокрым седым волосам, пахнущим его шампунем.
-И я тебя люблю, моя малышка... - растерянно улыбнулся он.
-Прости меня за мое непослушание...я исправлюсь, честно...
Я должна исправиться, что бы не потерять его, что бы у него не было повода сбежать от меня к ней.
-Да, я уже это слышал, - с сарказмом ответил он.
-Накажи мня, я заслужила, - тихо попросила я.
-А вот это что то новенькое... - усмехнулся он, - но мы уже все выяснили, я не стану тебя наказывать. Ложись в постель... - он отпрянул от меня, отбросил одеяло, готовясь лечь. Я сняла ночнушку, и он замер, с интересом наблюдая за мной. Я пошла к комоду, взяла самый большой его ремень, подошла к нему, опустилась на колени и протянула ему ремень, покорно склонив голову.
-Напомните мне, где мое место, мой Властелин... прошу Вас...
Он молчал, а я стояла недвижимо, пока он не взял ремень из моих рук.
-Наклонись, вытяни руки перед собой, - приказал он, ледяным голосом. Я подчинялась, и вскоре почувствовала первый удар . -Думаю пятнадцати раз будет достаточно, что скажешь?
-Как Вам угодно, мой Господин... - ответила я, хотя мне и одного бы хватило.
-Тогда считай, - скомандовал он, снова ударив меня по ягодицам.
-Два... - простонала я.
В окно над нашей кроватью барабанил дождь, слышались оглушающие раскаты грома, молнии озаряли мансарду вспышками света, а ремень моего божественного мужчины безжалостно опускался на мои ягодицы и бедра. Его величие... вот о чем я думала, пока он меня воспитывал. Я ничто, а он все... И как только он милостив, что терпит меня такую непокорную, такую ничего не стоящую?.. Боль становилась нестерпимой, но я терпела, отсчитывая удары, а мои слова терялись в шуме бушующей грозы.