Утро было суматошным и пролетело незаметно. Как оказался на переднем сидении внедорожника директора с кипой бумаг на коленях, Лазарев не понял. Сзади устроились главный инженер и Спицына. Всю дорогу она щебетала о хорошей погоде, предстоящем мае с его праздниками и длительным отсутствием директора, поющих вокруг птичках и цветущих деревьях. Коваленко старательно переводил тему на предстоящее посещение объекта, к сожалению, безуспешно. К тому моменту, когда они добрались до стройки, у Славы начала болеть голова. Теперь он прекрасно понимал состояние Димы после таких поездок. Заказчик их встретил с весьма недовольным лицом. По его мнению строители уже на первых стадиях запороли проект. Местоположение стен и колонн не сходилось с чертежом. Бардак и только! А еще солидная фирма называется! Авдеев отобрал чертеж и попытался самостоятельно сравнить фактические и начерченные колонны и, судя по его лицу, заказчик был прав, что в свою очередь неслыханно. Спицына, незаметно для окружающих, пропала из поля зрения, Коваленко углубился в стройку проверять качество бетона. Стоящий рядом с директором Слава, заглянул в чертеж в надежде, что все не так плохо, и подавился смешком.

- Дмитрий Николаевич! – подергал он директора за рукав, привлекая внимания. – Вы чертеж держите вверх ногами, - сказал чуть тише Слава, когда Авдеев посмотрел на него.

Наградив парня выразительным взглядом, мужчина перевернул чертежи и начал тыкать в них носом заказчика. Слава был наслышан о том, как происходят подобные встречи, и столько нелепостей из-за слепоты и упрямства человека действительно сильно утомляли, ведь просто послать идиота нельзя. Под конец встречи делегация переместилась в вагончик прораба для разъяснения некоторых деталей. Спицына прискакала как раз вовремя, чтобы получить вопрос касаемо конструкторского решения, на который кроме нее, как начальника отдела, не мог ответить никто. Но, увы и ах, Лариса Сергеевна также не имела ни малейшего понятия, что изображено на чертежах. Повисла долгая пауза. Женщина старательно делала вид, что изучает документ. Коваленко, с наглой ухмылочкой экзаменатора, ждал ответа. Заказчик растеряно переводил взгляд с чертежа на мужчин, Спицыну и обратно. Слава, как и главный инженер, знал ответ на элементарный, с его точки зрения вопрос, и поджимал губы, пряча улыбку. В этот момент он почувствовал на спине прикосновение широкой ладони. Авдеев ответил на удивленный взгляд кивком в сторону заказчика. Лазарев сглотнул набежавшую слюну и внутренне похолодел: шанс ответить дали ему. Перед глазами мгновенно появилась ненавистная паутинка, а в помещении стало душно, но подвести любимого он не имел права. Все происходило, как во сне. Первые слова дались с трудом. Всеобщее внимание смущало. Словно на экзамене, Лазарев усилием воли заставлял себя не замолкать и говорить. Под конец он чувствовал небывалую легкость, даже позволил себе посмеяться над шуткой главного инженера. Заказчик был озадачен, но успокоен. Спицына демонстрировала свое недовольство молчанием и презрительно вздернутыми бровями. А вот Авдеев улыбался, шагая к машине. От этой улыбки Слава готов был летать вопреки всем законам природы.

По возвращению в офис директор никого не отпустил и пригласил к себе в кабинет. У него была еще одна важная тема на повестке дня. Разместившись за широким столом и дождавшись пока всем принесут кофе, сотрудники с любопытством посмотрели на Авдеева.

- Мы тут с главным инженером посоветовались, - начал директор, отпивая из своей чашки, – и быстро пришли к обоюдному мнению. Свершившиеся сегодня на стройке подтвердило его.

- О чем вы? – напряженно поинтересовалась Спицына.

- Будем мы с вами прощаться, Лариса Сергеевна.

- Что?!

- Ваша некомпетентность по многим вопросам часто ставит меня в затруднительное положение даже перед заказчиками. Поэтому, вынужден вас понизить в должности. Если вы не согласны с моим решением, то можете писать заявление.

В кабинете повисло молчание. Коваленко, смотрел на женщину, ожидая реакции. Слава притих, вцепившись в свою чашку. Такого поворота событий он не предполагал, и дома Дима ни разу не обмолвился, что хочет уволить его мучительницу. Женский грубый смех прозвучал настолько неожиданно, что парень подпрыгнул. Спицына же, продолжая смеяться, взяла чистый лист бумаги и написала заявление.

- Неужели он так хорошо сосет? – отсмеявшись, ехидно спросила Лариса Сергеевна и протянула исписанный лист.

- И не только, - сверкнув на нее глазами, ответит Авдеев.

Женщина, широко шагая, вышла из кабинета и громко хлопнула дверью. Главный инженер захихикал и поднял чашку с кофе в немом тосте. Директор полез в стол и начал искать какие-то бумажки. Только Лазарев сидел растерянный и красный, как помидор. О ком на прощание сказала Спицына, гадать не приходилось, а вот почему Коваленко такой спокойный было странно.

- Держи, - протянул директор парню лист бумаги. – Это приказ о твоем назначении. Он лежит у меня в столе уже две недели.

Слава сглотнул и принял листок. Пришлось несколько раз перечитать, чтобы осознать написанное. Его назначили начальником конструкторского отдела. Теперь зарплата будет выше и полномочий больше, возможно еще и пинать перестанут.

- Ну чего ты молчишь? – усмехнулся Коваленко. – Я думал, ты от счастья прыгать будешь.

- А я и прыгаю, - пролепетал Слава онемевшим языком.

- Иди, принимай полномочия, - спас положение Авдеев. – Хотя не думаю, что есть что-то неизвестное тебе.

На негнущихся ногах Лазарев покинул кабинет директора. Коваленко отпил еще кофе и хмыкнул:

- Давно надо было ее уволить. Только не думаю, что Лазарев справится.

- Почему? – поинтересовался Авдеев.

- Характер у него мягкий для руководящей должности, - как-то размыто ответил главный инженер.

Директор на секунду задумался о том, что давно пора просмотреть записи с камер видеонаблюдения и серьезно поговорить со Славой, но его сразу же отвлек Коваленко вопросами о предстоящей командировке.

***

- Долетели нормально, - звучал приглушенно голос Авдеева в трубку сотового телефона. – Холодно, конечно, не то что дома. Гостиница вроде хорошая. Ты там как?

- Тоже ничего, - отвечал Слава, уныло размешивая кашу в кастрюле. – Скучаю уже.

- Я не собираюсь здесь долго задерживаться. Две недели максимум. Завтра уже поедем на объект.

Всего день, как Авдеев улетел, а Слава уже чувствовал себя всеми брошенным и одиноким. Удивительно, как быстро люди привыкают к чужому присутствию, особенно любимого. Сначала Лазарев не представлял, как сможет спать с мужчиной в одной постели после длительного перерыва, теперь – как сможет заснуть без него.

На работе день без директора прошел согласно штатному расписанию. Отделы работали без перебоев, никто не филонил, подошли ответственно к отсутствию начальства, а тех, кто решил расслабиться припугнули лишением премии и докладной. На повышение Лазарева отреагировали нормально, даже дружелюбно, особенно старожилы. Воинственно настроенная троица не подходила больше, но продолжала подмигивать и отпускать развязные шуточки. Для Славы новая должность не была сложным делом, он и без того практически все время исполнял обязанности Спицыной. Получить повышение было неожиданно и волнительно, но парень собирался отблагодарить своего благодетеля и осуществить свой план по перевоплощению в прекрасного лебедя.

- Ну, наконец-то! – восклицала Ксения, как обычно устроившись на столе друга. – Давно пора было это сделать! Я договорюсь со своим парикмахером! Даже если у нее будет занято, попрошу всех отменить.

- Может не стоит из-за меня лишать людей радости стрижки?

- Потерпят! И учись уже носить свои линзы, а то будешь ходить с краснющими глазами или натыкаться на стены. А лучше купи новые! Вдруг у тебя зрение изменилось с минуса на плюс.

- Ну да. Забыл, что оно меняет полярность с течением времени, - хмыкнул Слава.

Подруга была права: нужно было начинать привыкать к линзам. В них Лазарев и пришел на следующий день на работу. Он полагал, что это останется незамеченным работниками, но ошибся: люди удивленно на него смотрели, словно увидели впервые, а девушки начали странно улыбаться. После обеда к его столу подошел предводитель троицы недоброжелателей Олег: