Спрыгнула с кровати и заперла двери. Они всегда были открыты для него, но не сегодня. Пусть проваливает. Я вернулась в кровать и закрыла глаза.

Минут через двадцать я услышала скрип шпалеры. Через десять секунд – тяжелые шаги по плитке, еще через пять секунд задребезжали двери балкона, преграждая Ромео путь.

– Мол! Открой эти блядские двери! Я знаю, что ты там!

Я накрыла голову подушкой. Атака на балконные двери еще какое-то время продолжалась, а потом все резко стихло.

Я медленно села, подползла к краю кровати и взглянула на дверь – никакого движения… ничего.

Я снова зарыла голову в подушки.

– Какого черта??? Ты не можешь просто сюда зайти… подожди!

– С ДОРОГИ!

– Молли! Молли! Берегись…

Двери моей спальни с грохотом распахнулись, и Роум вломился внутрь. Кейт, подруга по сестринству, тяжело дыша, вбежала за ним, ее волосы мышиного оттенка застилали ей лицо.

– Я пыталась его остановить, но он не уходит. Может, мне вызвать охрану?

Я посмотрела на Роума, свирепое выражение исказило его лицо.

– Даже. Не думай. Об этом, – угрожающе произнес он, выделяя каждое слово.

Я повернулась к Кейт и отрицательно покачала головой.

Кейт подошла ближе, поглядывая на Ромео.

– Ты уверена?

Я кивнула.

– Да, спасибо, Кейт.

Она скривила губы, с отвращением поглядывая на Ромео, она не была поклонницей противоположного пола.

– Крикни, если понадоблюсь, – бросила она и захлопнула двери. Ромео повернул замок, закрывая нас изнутри.

– Просто уходи, Ромео. Мне нечего тебе сказать.

Он кинулся к кровати и упер руки в матрас по бокам от меня.

– Ну а мне есть, что тебе сказать!

– Что? Что ты врал и изменял мне все это время и что, когда ты идешь в тренажерку, это значит, ты встречаешься со своей дражайшей мамочкой и этой шлюхой?

Он отпрянул и сжал кулаки.

– Бля, все было совсем не так!

– Плевать. Мне все равно. Уходи. – Я снова легла, уставившись невидящим взглядом на белую стену.

Ромео взял меня за плечи и притянул к своей груди, мы практически соприкасались носами.

– Мама попросила меня встретиться с ней сегодня. Какая-то благотворительная организация, где она главенствует, попросила подписать футболку «Тайд» для аукциона. Я пошел отдать ее ей, а Шелли и миссис Блэр уже ждали меня в ресторане.

Я сглотнула, когда он отпустил меня, и села на кровати, Роум опустился на пол и крепко обхватил руками мои бедра.

– Они, блядь, набросились на меня. Шелли рассказала им о тебе, и они стали заливать о том, какой я безответственный и всякое подобное дерьмо. Мама сказала, что если я не прекращу это, то это сделает она. Я не могу позволить этому произойти с тобой.

Он бросил на меня быстрый взгляд и уставился в пол.

– Мои родители… они… понимаешь, детка. Они ко мне очень плохо относятся, подробности опущу, но это так, а я их гребаный сын! Я не могу позволить ей сделать тебе больно, поэтому я придумал какую-то хрень о том, что ты просто увлечение, друг. Шелли слишком тупа, чтобы понять, когда я вру. Я остался на обед, чтобы успокоить маму. Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь произошло. Им сначала придется иметь дело со мной.

Его мать спланировала всю эту хрень? Спланировала заманить его в ловушку и заставить отказаться от отношений? Полчища вопросов напрашивались сами собой: «Почему они так плохо к нему относятся? Что они с ним сделали за эти годы?» Но я молчала. Он был адски зол, и я не хотела распалять его еще больше.

– Почему ты солгал о том, что идешь в тренажерку? Почему не был со мной честен?

– Я был честен, клянусь. Она позвонила, когда я заканчивал. Я планировал просто забросить футболку и уйти, – проговорил он сквозь сжатые зубы.

– Но Шелли к тебе прикасалась. Она поцеловала тебя, и ты позволил! Как ты мог?

Роум запрокинул голову и простонал.

– Потому что я не хочу, чтобы мои родители взялись за тебя! Мне пришлось подыграть… чтобы защитить тебя. Ты не знаешь, на что они способны! Здесь они словно долбаные короли, Мол. Они тут всем заправляют.

Подвинувшись ближе, Ромео нежно обхватил мое лицо ладонями.

– Боже, детка. Я бы никогда не сделал ничего такого, из-за чего мог бы тебя потерять. Поверь, я сидел там и переживал весь этот ад, чтобы защитить тебя. Чертова Шелли, терпеть не могу эту суку! – Он встал и начал расхаживать передо мной. – Хотя теперь это не имеет значения.

Я нахмурилась.

– Почему?

Он остановился и невесело засмеялся.

– Потому что я сказал матери засунуть всю эту херню с браком Принс-Блэр в одно место, когда побежал за тобой.

Огонек надежды забрезжил у меня в груди.

– Правда?

Он подошел еще ближе и взобрался на кровать, подталкивая меня лечь на спину.

– Мм-хмм. Я сказал ей, что никогда не женюсь на Шелли, потому что я с тобой. Сказал, что покончил с их дерьмом, потому что я с тобой. К тому же я побежал за тобой, я бежал по улице за такси, орал и стучал по крыше. Уверен, это подтвердило мои слова.

Приподнявшись, я запустила руки в его волосы и притянула парня к своим губам. И контакт прервала, только чтобы сказать:

– Ты должен говорить, если у тебя что-то происходит с родителями. Рассказывай, чтобы я в тебе не сомневалась. Мне тяжело доверять, но я учусь доверять тебе. Пожалуйста… доверься мне.

Роум провел небритым подбородком по моей шее, вдыхая аромат.

– Детка… со мной ты в безопасности, и я бы все тебе рассказал по возвращении домой. Я не ожидал тебя встретить. Боже, я чуть с ума не сошел, увидев твою реакцию… а потом ты убежала, после того как пообещала никогда от меня не сбегать.

Он прижался бедрами ко мне между ног, я почувствовала его возбуждение и прикусила язык, чтобы не застонать в голос.

– Я доверяю тебе. Просто это выглядело ужасно. Она тебя поцеловала. Я… мне это не понравилось. Захотелось убраться оттуда.

Роум начал раскачивать бедрами, и я закатила глаза от удовольствия.

– Я никогда не изменю тебе, Шекспир. Черт, ты слишком важна для меня. Я же сказал, что отношусь к тебе серьезно, и мне не нравится, когда ты в этом сомневаешься.

Нервное возбуждение зародилось во мне ответ на его привычно грубый тон.

– Хорошо.

Он стал толкаться сильнее, и я, почувствовав то сладкое чувство, зарождающееся внизу живота, сжала простыни в руках.

Заглянула в глаза Роума, и они вспыхнули.

– Ромео, – пролепетала я, когда он неспешно пополз вниз. – Что…

– Ш-ш-ш…

Руки Ромео проскользили по моим голым ногам под платье. Два пальца нашли край трусиков и медленно потянули их вниз, от чего у меня перехватило дыхание.

Отбросив мое белье на пол, Ромео начал задирать платье. Моя голова вжалась в подушку, но я все же нашла в себе силы убедиться, что мое тату хорошо прикрыто.

– Я попробую тебя на вкус, крошка. Ты кончишь мне в рот.

– Ох… боже, – прошептала я и, выгнув спину, застонала, когда губы Ромео прикоснулись к моей плоти.

– Я хочу только тебя, Мол, Понимаешь? – сказал он, ускоряя движения языком.

– Да! Понимаю! – закричала я не в силах сконцентрироваться.

– Бля, какая же ты красивая.

Он не сбавлял темпа, пока я не взорвалась, задыхаясь от жара. Я крепко цеплялась за его светлые волосы и отпустила только тогда, когда для меня это стало слишком.

Ромео сел на колени и поправил мое платье, упиваясь видом меня, распростертой на кровати, затем устроился рядом и крепко обнял. Судя по выражению его раскрасневшегося лица, вернув себе контроль, он расслабился.

Переведя дыхание, я повернулась и провела тыльной стороной ладони по его щеке.

– Боже, Роум. Я совершенно сбита с толку. С тобой никогда не знаешь, как начнешь и как кончишь.

– Главное – хорошо кончить, – улыбнувшись, дерзко ответил он. Я игриво стукнула его по груди и заметила, как растаяла его улыбка. – Не уверен, понимаешь ли ты значение того, что я сегодня сделал, побежав за тобой, оставив так свою мать.